Проф. Михаил Руднев

Пo вопросу о введении обязательного оспопрививания в Poccии*

Image
Журнал для нормальной и патологической гистологии и клинической медицины,
1875, ноябрьдекабрь, с. 573580
Руднев Михаил Матвеевич (1837—1879) — профессор и ученый секретарь СПб Медико-Хирургической академии, вице-президент Общества русских врачей, редактор-издатель "Журнала для нормальной и патологической гистологии, фармакологии и клинической медицины", основатель школы патологической анатомии.





*Эта записка представлена была мной в Медицинский совет по поводу проекта о введении обязательного ocпoпрививания в России. — Авт.

Всякая санитарная мера тогда только может быть сделана обязательной, когда она удовлетворяет двум существенным требованиям: 1) если принятиe этой меры верно ведет к цели и 2) если оно не сопряжено ни с какими вредными последствиями. Удовлетворяет ли этим двум требованиям оспопрививание?

Опыт и долговременные наблюдения показывают, что обязательное оспопрививание ни в каком случае не может удовлетворять ни тому, ни другому требованию.

Остановимся прежде на рассмотрении вредных последствий, возникающих нередко от прививания оспы.

В прежнее время до последнего десятилетия на привитие оспы смотрели очень легко и просто; думали, что через прививание оспы вносится в тело ядовитое вещество, которое производит только простые расстройства, продолжающиеся недолго и являющие такое благодетельное действие на весь организм, что все тело становится неспособным к заражению оспенным ядом и таким образом будто бы уничтожается возможность заболеть оспой, если человеку она была привита. Но такое воззрение на предмет оказалось совершенно ложным, благодаря целому ряду научных исследований произведенных в последнее время, относительно инфекционных болезней, к которым, конечно, принадлежит и предохранительная коровья оспа. В настоящее время твердо стоит тот факт в науке, что ни одна инфекционная болезнь не проходит без участия в болезненном процессе многих важнейших органов в теле. Следовательно, ни один случай привития оспы не протекает так, чтобы при этом не поражались в большей или меньшей степени все важные органы тела. О сущности этих поражений, степени опасности их для отдельных органов и даже для всего тела мы скажем ниже.

Прежде всего мы рассмотрим те временные последствия от оспопрививания, которые являются часто как результат случайной примеси к ocпе других зачатков болезней, но тем не менее наблюдаются часто. Эти случайные заболевания при оспопрививании могут быть разделены на две большие категории:

К 1-й относится тот ряд болезненных расстройств вследствие оспопрививания, где при совершенно чистой оспенной материи у привитого вследствие его индивидуальных условий, которые никаким современным исследованием определить мы пока не можем, развиваются местные расстройства тканей на месте привития оспы, расстройства иногда такого бурного характера, что скоро oни делаются из местных общими и выражаются обширными изменениями органов, ведущими нередко к смертельному исходу.

Ко 2-й категории относятся те случаи оспопрививания, где оспенной материей вводится в тело другое заразительное вещество, так что мы вместе с оспой прививаем здоровому человеку зараз две инфекционные болезни, например, оспу и сифилис.

Что касается первой категории расстройств вследствие оспопрививания, то сюда относятся разные формы воспалений на месте привития. Мы не будем говорить об ограниченных воспалениях, имеющих характер грануляционных изменений в коже, которые поддаются лечению и большей частью имеют относительно благополучный исход. Но мы не можем не выставить на вид обширных рожистых и флегмонозных воспалений на месте привития оспы.

Не говоря уже о том, что эти воспаления очень тягостны, продолжительны, требуют для лечения тщательного ухода за больным, воспаления эти оканчиваются даже смертью. И доказывают это случаи, занесенные даже в литературу. Так недавно1 в одном австрийском полку 8 драгунам привита была предохранительная оспа. Шестеро молодых здоровых людей заболели уже на второй день после привития оспы сильной лихорадкой (из 6 крепких солдат умерло четверо), на плечах на месте привития образовалось рожистое или флегмонозное воспаление тканей. В одном случае сделаны были разрезы через всю толщу кожи, при этом нигде не показался гной, вскоре наступило полное омертвление тканей, потеря сознания, и на 8-й день смерть.

При вскрытии оказалось, что все органы были хорошо развиты, в артериях и венах никаких патологических расстройств. Подкожная клетчатка руки инфильтрирована гангренозной вонючей жидкостью.

Очевидно, что в этом случае от привития оспы произошло гнилостное заражение всего тела, и смерть последовала от септицемии.

Вторая не менее тяжелая и опасная форма заболевания от оспопрививания есть воспаление вен — phlebitis и лимфатических сосудов — lymphatitis. В этих случаях легко в воспаленных сосудах образуются фибринозные осадки из протекающей жидкости; этими осадками сосуды закупориваются как пробками, пробки скоро начинают размягчаться и распадаться на маленькие куски, который уносятся из места их первоначального образования в отдаленные органы и производят в них так называемые метастатические абсцессы или эмболические гнезда. Так образуется общее заражение тела, обыкновенно оканчивающееся смертью. Примером такого печального исхода оспопрививания может служить второй случай привития оспы драгуну. 22-летний здоровый солдат на другой день после оспопрививания заболел потрясающим ознобом, жаром и головной болью. На месте привития оспы образовалось обширное рожистое воспаление; через две недели произошел упадок силы, падение температуры и смерть.

При вскрытии трупа найден был абсцесс в правой нижней доле легкого. Без сомнения, это был метастатический или эмболический абсцесс.

Такую же картину патологических расстройств, окончившихся смертью, представляет третий случай привития предохранительной оспы: здоровому солдату 21 года 24 марта была привита оспа; под грудными мускулами образовалась вскоре болящая опухоль, перешедшая в нагноение; нарыв был вскрыт в подмышке, но с 3-го мая появились ознобы, желтуха, понос, упадок сил и 13-го мая последовала смерть.

При вскрытии найдено нагноение в лимфатических железах, на обоих сторонах, воспаление плевры и многочисленные абсцессы в обоих легких. Очевидно, что здесь местное воспаление, вызванное оспопрививанием, перешло в общее заболевание организма в форме эмболии, окончившейся смертью.

Вот главнейшие формы тяжелых и гибельных болезней, производимых привитым по-видимому самой доброкачественной оспы; я говорю доброкачественной, потому что той же материей были привиты еще другие субъекты, которые остались здоровыми и никаких видимых расстройств не представляли. При этом не может быть не остановлено внимание наблюдателя на том обстоятельстве, что если привитие по-видимому доброкачественной оспы и притом рукой врача, конечно заботящегося о чистоте инструментов при операции, сопровождается развитием таких тяжелых страданий у взрослых совершенно здоровых и молодых людей, притом привыкших к более суровому образу жизни, каковы солдаты, то чего нужно ожидать от привития оспы грудным детям, ткани которых гораздо нежнее и восприимчивее к заболеваниям? Ясно, что у грудных детей таких случаев смерти вследствие осложнений при привитии оспы бывает очень много2.

Вторую группу болезненных изменений, происходящих от оспопрививания, составляют те случаи, где вместе с оспенной материей вносятся в тело здорового ребенка зачатки другого общего инфекционного болезненного процесса. Из основных начал общей патологии должно быть всякому понятно, что вместе с оспенной материей могут быть смешаны и другие заразительные вещества, служащие основой разнообразных болезней вещества, натура которых в настоящее время не определена с точностью. Самый обыкновенный пример такой комбинации двух ядов представляет собой смесь яда оспенного с сифилитическим. Если взята оспа от ребенка, у которого находится так называемая скрытая форма сифилиса, то привитие такой оспы здоровому субъекту вызывает в нем и оспенный процесс, и конституциональный сифилис.

Литература случаев заражения сифилисом при оспопрививании очень богата, распространение сифилиса путем оспопрививания доходило иногда до ужасающих размеров: так, например, врач Беллани3 привил от одного по-видимому совершенно здорового ребенка оспу 64 детям, у всех развился сифилис и распространился на матерей и кормилиц. Из зараженных умерло 8 детей и 2 кормилицы. Впоследствии оказалось, что ребенок, от которого взята была оспа для привития, имел скрытый наследственный сифилис.

B Финляндии в 1863 году женщина, занимавшаяся оспопрививанием и для этого переходившая из деревни в деревню, распространила сифилис до такой степени, что понадобилось учредить сифилитическую больницу.

Предотвратить же передачу сифилиса при оспопрививании очень трудно и напрасно высказывается мысль, что будто бы по истечении трехмесячного возраста можно, наверное, определить, есть ли сифилис у ребенка или нет. История сифилитических расстройств напротив показывает, что могут проходить даже годы, причем сифилис не обнаруживается ясными и легко уловимыми припадками — остается в так называемом скрытом состоянии.

Если таким образом сифилис легко передается при оспопрививании, то что же мы должны сказать о его течении для организма зараженного? В настоящее время в науке твердо стоит факт, что раз развившийся в теле конституциональный сифилис на всю жизнь оставляет после себя более или менее важные расстройства в органах, часто делающие человека на всю жизнь неспособным ни к развитию, ни к правильному отправлению органов. Нередко расстройства внутренних органов при сифилисе так прогрессивно развиваются, что неминуемо ведут к смертельному исходу болезни.

Конечно, против заражения сифилисом можно бы было пользоваться оспой не от человека, но с теленка; но во 1-х: трудно из этого источника удовлетворить всем потребностям обязательного оспопрививания, во 2-х: тождество в действии телячьей оспы с человеческой не имеет еще значения достоверного научного факта, в 3-х: привитие телячьей оспы не предотвращает в свою очередь заражения другими инфекционными формами, сущность которых еще мало исследована, но подлинность которых не может быть подвергнута сомнению. Я разумею в этом случае заражение при оспопрививании творожистыми процессами, группа которых в теле известна под общим именем золотушных процессов.

В настоящее время может считаться твердо стоящим факт, что творожистые гнезда, происходящие путем воспаления лимфатических желез, очень часто ведут к развитию бугорчатки, которая как общая инфекционная болезнь безусловно смертельна.

Мы рассмотрели главнейшие формы болезненных процессов, производимых в теле при оспопрививании; мы убедились, что эти процессы весьма разнообразны и в общей сложности многочисленны. В виду этого для нас нисколько не удивительна такая статистика, какую представил Альбу4, где из 500 детей, совершенно здоровых, которым была привита оспа, только 86 перенесли вакцинацию без видимого вреда, все же остальные 414 детей заболели еще до отпадения вакцинных струпьев. В течение первого года из этих детей умерло 103. Такая поражающая цифра неблагоприятного влияния оспопрививания на организм должна быть понятна нам в настоящее время, когда мы познакомились с теми изменениями органов, которые сопровождают всякую инфекционную болезнь, а следовательно и оспу.

Мы выше сказали, что в настоящее время взгляд на привитую оспу изменился; теперь мы знаем, что вводя ядовитое вещество в тело, мы непременно вызываем общее расстройство органов, а не одни местные изменения, выражающиеся образованием пустулы. Kaкие же изменения от привитой оспы бывают в органах и в каких именно органах? При всяком оспенном процессе изменения в паренхиматозных органах всегда бывают в большей или меньшей степени и они выражаются так называемыми паренхиматозными воспалениями. От индивидуальных, часто неуловимых причин зависит то обстоятельство, что в одном организме преимущественно заболевает воспалением один орган, например мозг, у другого же больного более резкие изменения наблюдаются в печени, у третьего в почках и т.д. Эти паренхиматозные воспаления имеют различный характер, в одних случаях они проходят благополучно и оканчиваются разрешениями, в других же приобретают по крайней мере местами разрушительный характер и оканчиваются дегенеративными изменениями, причем пораженные части навсегда разрушаются.

Всякому понятно, какие последствия в теле образуются в тех случаях, когда паренхиматозные воспаления примут дегенеративный характер. Если дитя с привитой оспой и останется в живых, то в одном случае у него будет недоставать некоторых элементов в центральной нервной системе, в других будут разрушены некоторые участки печени или почек, и только при самых благоприятных условиях привитая оспа пройдет благополучно, не оставив после себя никаких изменений, кроме раздражительности тканей вследствие бывшего воспаления и, следовательно, большей наклонности к последовательным заболеваниям.

Но может быть все многочисленные вредные влияния оспопрививания искупаются той пользой, какую им дает оспа в смысле предохранения от заболевания натуральной оспой? Вопрос о том, верно ли оспопрививание ведет к цели, т.е. предохраняет ли от заболевания натуральной оспой, решается статистическими данными. Правда, статистические цифры, полученные во многих случаях оспенных эпидемий, по-видимому, говорят в пользу того факта, что у непривитых натуральная оспа бывает чаще, нежели у тех, которые имели привитую оспу.

Но мы должны сознаться, что не всякая статистическая цифра может пользоваться правом фактической достоверности. Если подвергнуть надлежащему анализу собранные числа, говорящие в пользу предохраняющего действия привитой оспы, то окажется, что числа эти построены на ложных основаниях. Доктор Рейтц в трудах своих под заглавием "Критический взгляд на оспопрививание" и "К вопросу о прививании предохранительной коровьей оспы" наглядно показал, как неверно составляются часто статистические вычисления относительно значения оспопрививания. Здесь достаточно будет указать на приемы проф. Томаса, чтоб видеть, до какой степени ненаучны приведенные им статистические вычисления. Томас говорит, что процент смертности от оспы у непривитых, в возрасте выше 70 лет, равняется 100%, смертность же привитых равняется нулю. Этот вывод, по-видимому, поразителен, но на чем же он основывается? Из таблицы Томаса видно, что в сказанном возрасте была у него всего одна невакцинованная старуха, которая и умерла, и одна вакцинованная, которая осталась живой. Отсутствие всякого научного метода в этом наблюдении очевидно. А между тем, на основании подобных вычислений Томас приходит к такому заключению: почти все смертные случаи и следовательно все заболевания могли быть устранены, если бы во время была произведена вакцинация и ревакцинация.

Точные же наблюдения других приводят к совершенно иным заключениям; так например, доктор Флейшман разработал материал, представившейся ему в течение 20 лет в венском детском госпитале Josefkinderspital, и пришел к следующему выводу: причина громадной смертности невакцинованных детей зависит от того, что дурно питаемые, слабые и от того не подвергавшиеся вакцинации дети умирали при первом сильном лихорадочном воспалении и бóльшая смертность обусловливается слабым противодействием детского возраста тяжкому заболеванию.

Далее статистика, составленная Мюллером о берлинской оспенной эпидемии в 1871 году, показывает, что прививание коровьей оспы нисколько не защитила жителей Берлина ни от заболевания оспой, ни от смерти. Из этой таблицы мы видим, что вакцинованных детей в возрасте от 2 до 6 года заболело оспой 1012, и из них умерло 385, т.е. 38%; невакцинированных заболело 1214 и умерло 441, т.е. 40%. Можно ли на этих цифрах основывать заключение о благотворном влиянии вакцинации?

В заключение я позволю себе привести данные из отчета доктора Келлера, главного врача австрийских железных дорог, составленного им по материалу, доставленному 80 врачами.

У него процент смертности для детей до 1-го года получился у вакцинованных 57%, у невакцинованных — 43%. От 1 до 2 года для вакцинованных 52% и для невакцинованных 38%. Очевидно, что смертность невакцинованных была даже меньше, чем у вакцинованных в этом же возрасте. Отсюда совершенно справедливо доктор Келлер выводит заключение о совершенной бесполезности оспопрививания.

Очевидно, что оспопрививание даже вовсе не предохраняет от заболевания натуральной оспой.

Поэтому, ввиду с одной стороны часто повторяющихся вредных последствий от оспопрививания, с другой стороны, на основании крайне сомнительного предохранения от заболевания оспой, в Пруссии закон о насильственном оспопрививании (§ 14) был отвергнут в Рейхсрате 11 марта 1874 г. большинством 141 голоса против 140.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См. реферат в этом журнале. 1875, стр. 552
2 Reitz, Versuch einer Kritik der Schutzpockenimpfung, 1873
3 Gazetta medica di Milano, 1843
4 Berlin. klin. Wochenschr. № 18, 1871

Другие материалы по вакцинации против натуральной оспы