Нил З. Миллер (США)

Нил З. Миллер

Хитрости иммунизации

Перевод Александра Ястребова (Санкт-Петербург)
Neil Z. Miller
Thinktwice Global Vaccine Institute
P.O. Box 9638
Santa Fe, NM 87504 USA
Website: www.thinktwice.com

Оригинал по адресу http://www.thinktwice.com/ploys.htm



Манипулируют ли родителями?
30 тактик, используемых врачами для обмана народа

Авторитеты здравоохранения, включая врачей, медсестер и других членов аллопатического братства, используют некоторое количество стратегий, направленных на то, чтобы добиваться подчинения родителей инструкциям по вакцинации. В настоящее время считается, что родители должны давать властям разрешение отравлять чистые и священные маленькие тела их детей более чем 30 смесями редких микробов, бактерий и других отвратительных субстанций — и все это до того, как они пойдут в школу!

Чтобы адекватно оценивать значимость сообщений, касающихся прививок, или опасности связанных с ними ситуаций, в которые вы можете попасть, и чтобы повысить ваши знания о том, как защитить ваших драгоценных детей, в следующий раздел включены несколько наиболее распространенных связанных с прививками уловок, с которыми вы можете столкнуться, и приведены примеры каждой из них.

1. Прививки называют "иммунизацией". Многочисленные исследования показывают, что нельзя полагаться на вакцины как на средство усиления иммунной системы и защиты человека от заражения болезнью, для предупреждения которой вакцина предназначена. Например, Департамент здравоохранения штата Миннесота доложил о 769 случаях свинки среди школьников. Но 632 из этих случаев (82%) произошли с детьми, которые были ранее привиты от этой болезни [119]. Центр контроля и профилактики заболеваний (CDC) сообщил, что 89% всех школьников, которые недавно заразились корью, были привиты то этой болезни. [120-122]. А "Медицинский журнал Новой Англии" опубликовал исследование, показывающее, что вакцина против коклюша "оказалась неспособной давать... защиту от болезни". В действительности более чем 80% случаев заболевания детей в недавних эпидемиях произошли с детьми, которые до того получили нужное число доз вакцин [123, 124].

По мнению д-ра Сандры Хафман, главы Центра по предотвращению неправильного детского питания "Вскармливание", "возрастающий уровень грудного вскармливания среди американцев мог бы предотвратить больше детских болезней и смертей... [чем программы вакцинации, одобряемые правительством]" [125]. Таким образом, должно быть сделано различие: дети, которых кормят грудью, иммунизированы [126-128]; дети, которым вводят микробы и другие ядовитые вещества, — вакцинированы.

Называть прививки "профилактической медициной" — также обман. Как считает доктор Кеннет Купер, изобретатель аэробики, "Моя концепция профилактической медицины — это попытка предупредить те вещи, которые нас убивают. Инфекционная болезнь стоит в этом списке далеко" [129] (д-р Купер подвергался остракизму со стороны медицинского сообщества за то, что поощрял упражнения, укрепляющие здоровье!).

2. Рационализация и отрицание. Медицинскому персоналу оказывается трудно ставить вопросы о вакцинации прямо. Гораздо легче лживо оправдывать использование вакцин или просто отвергать идею о том, что они могут быть небезопасны и неэффективны. Некоторые врачи приходят в сильное возбуждение, когда с ними поднимают эту тему, они отказываются даже обсуждать ее. Те врачи, которые готовы обмениваться мыслями и тревогами по поводу эффективности и безопасности вакцин, часто полагаются на рационализацию и отрицание.

Уловка рационализации и отрицания может быть явной или завуалированной. Явную рационализацию легче обнаружить. Например, в недавно увидевшей свет статье по педиатрии канадский невролог откровенно пишет:

В этой статье [о вызванном вакциной повреждении мозга] я... предложу некоторые советы педиатрам, чтобы рационализировать это эмоциональное противоречие.

Он также прямо утверждает:

Требуется огромное усилие, чтобы развеять миф о повреждении мозга, вызываемом DPT [130].

Он дает свои советы, несмотря на ужасающее количество материалов в медицинских журналах, показывающих связь между этой вакциной и серьезным умственным ухудшением [131].

Завуалированную уловку рационализации и отрицания обнаружить труднее. На первый взгляд она кажется логичной и разумной. Но она просто представляет собой более замысловатую попытку подавления и запутывания правды. Например, по словам некоторых исследователей, вакцина DPT (АКДС. — прим. перев.) не вызывает припадков; вместо этого "лихорадка от вакцины DPT может инициировать один из этих припадков" [132]. Или, согласно опытному разработчику прививочной политики доктору медицины Эду Мортимеру, "эти дети уже имели скрытые проблемы, и DPT был первым действующим на этих детей фактором, вызвавшим лихорадку" [133]. Опять же, это не вакцина вызвала повреждение мозга, а лихорадка от вакцины.

Вот еще примеры уловок рационализации и отрицания.

Когда заболеваемость некоторой болезнью низка, власти заявляют, что это благодаря высокому уровню вакцинации. Когда происходит вспышка болезни, нам говорят, что прививки получило недостаточное количество людей. Например, до недавней вспышки кори в Гоббс, штат Нью-Мексико, районные школьные власти хвастались 98-процентным уровнем вакцинации. Затем, когда появились 76 случаев болезни, исследователи заявляли, что "несрабатывание прививок было связано с иммунизациями, которые могли не документироваться в записях поставщиков медицинских услуг" [134].

Хотя Управление контроля пищевых продуктов и лекарств (FDA) юридически было обязано создать Систему сообщений о неблагоприятных (побочных) эффектах прививок (VAERS) и осуществлять надзор за ней, и, несмотря на то, что каждый год в Управление поступает около 12000 сообщений о неблагоприятных реакциях на вакцины [135], власти отказываются эти случаи расследовать, так как "агентство в любом случае не может изучить каждое сообщение" и, кроме того, "причинно-следственная связь не предполагается" [136].

К 10 ноября 1999 года Национальная программа компенсаций увечий от прививок уже выплатила более 1 миллиарда долларов на удовлетворение исков о вызванных прививками увечьях и смертях [137]. Однако, поскольку от производителей вакцин и от федерального правительства не требуется признания ответственности, даже если иск оплачивается, они могут заявлять, что "удовлетворение иска не обязательно доказывает ответственность" [138].

3. Двойной стандарт и творческая логика. Медицинские советчики использовали эту уловку еще в 1806 году. В тому году Эдвард Дженнер, сомнительный "отец современной вакцинации", предстал перед комитетом Коллегии врачей. Многочисленные представители английского населения, которые были недавно привиты изобретением Дженнера и которые таким образом считались невосприимчивыми к натуральной оспе, заразились болезнью. Многие были поражены болезненной сыпью на коже и умерли. Когда уловка отрицания, на которую обычно полагались, перестала быть эффективной, выяснилось, что причиной была "ложная" коровья оспа. Пока число привитых людей, пораженных болезнью, возрастало, возрастал и общественный страх. Дженнера спрашивали, как можно было идентифицировать ложную коровью оспу и избежать ее. Предполагается, объяснял он, что ложная коровья оспа не вызывает ничего необычного у коровы, но дает определенные странности действия коровьей оспы на прививаемых. Иными словами, когда привитый выздоравливал после испытания и не заражался оспой, коровья оспа была подлинной; в противном случае она была ложной [139].

Современное применение уловки двойного стандарта может быть найдено почти на любом форуме или семинаре, где собираются разработчики политики вакцинации. Например, на недавнем семинаре Управления контроля пищевых продуктов и лекарств официальные лица говорили, что для них оправдано назначение новых и непроверенных вакцин, заявляя, что отказываться от этого неэтично!

Вот еще пример аргумента "неэтично". Недавнее исследование показало, что вирус СПИДа непосредственно вызывает рак. Вы можете подумать, что это остановит стремление исследователей создать вакцину против СПИДа. На самом деле Джеральд Майерс, директор Проекта анализа данных последствий СПИДа в Национальной лаборатории в Лос-Аламосе, подтверждает, что живая вакцина будет нести риск заболевания раком как у привитого человека, так и у его потомства. Тем не менее он заявляет, что "риск может стоить" того, чтобы предупредить распространение СПИДа. "Было бы неэтично не попробовать это" [141].

Обычное применение уловки двойного стандарта и творческой логики может быть обнаружено всякий раз, когда представители здравоохранения делают возмутительные заявления, что непривитые дети представляют угрозу для остального общества. Этот аргумент показывает, как мало веры вкладывают авторитеты в свои собственные вакцины. Если бы вакцины были действительно эффективными, рисковал бы только непривитый. Этот аргумент также упускает возможность разнесения вируса привитым индивидом непривитому населению. Например, в отдельных научных исследованиях обнаруживалось, что новая вакцина от краснухи, введенная в 1979 году, является причиной синдрома хронической усталости — иммунологического расстройства, о котором впервые сообщалось в Соединенных Штатах в 1982 году. Было показано, что вакцина, введенная детям, задерживалась в их организмах на годы, и вакцинный вирус мог передаваться взрослым при случайном контакте [142-144].

В попытках сокрытия несрабатывания прививок медицинские власти часто прибегают к уловке двойного стандарта, часто в соединении с тактикой запугивания. Однако, несмотря на их активную болтовню, им не всегда удается обмануть общественность. Например, международное издание "Медикл Обзёрвер" утверждает, что был обнаружен "новый штамм кори, устойчивый к вакцине". Этому непосредственно противоречит заявление: "Те, кто не имеет достаточной вакцинации, будут незащищенными". Хотя смысл состоит в том, что каждый должен прививаться, вакцина, очевидно, бесполезна, если новый штамм кори устойчив к ней [145]!

Вот еще примеры уловки двойного стандарта.

Ученые, ищущие добровольцев для испытаний новой экспериментальной вакцины от СПИДа, пытаются успокоить страх и недоверие, заявляя, что "нет доказательств", что она вызывает СПИД. Но откуда могут быть доказательства? Она новая и экспериментальная и до сих пор не была проверена! И, конечно, "нет доказательств" того, что она не вызовет СПИД [146].

В попытке убедить общественность, что вакцины дают лучшее, что только существует, медицинские исследователи и цитирующие их журналисты часто запутываются в своих собственных сетях обмана. Например, в недавно опубликованной пропрививочной статье автор утверждает, что непривитые дети восприимчивы к инфекции. Далее он противоречит себе, заявляя, что привитые дети "изолируют", или защищают, непривитых. Путаница состоит в том, что когда непривитые дети заболевают инфекционной болезнью, то это потому, что они не привиты. Однако, если они остаются свободными от этой болезни, то это потому, что привитые обеспечивают их невосприимчивость [147].

Очень часто двойной стандарт, используемый властями, настолько очевиден, что кажется поразительным, что так мало людей ставят под вопрос его обоснованность. В недавней рекламной кампании производители противогриппозной вакцины и официальные лица общественного здравоохранения делали утверждение, что новая и улучшенная вакцина от гриппа "приготовлена из инактивированного вируса гриппа [перевод: "убитый" вирус гриппа — см. эвфемизмы, перечисленные ниже] и не может вызвать болезнь". (Редкое признание, что более ранние типы вызывали болезнь.) В том же абзаце они предупреждают, что "у некоторых лиц может развиться легкая лихорадка и плохое самочувствие" на несколько дней после прививки [148] (мне это кажется очень похожим на грипп!).

В других случаях двойной стандарт, используемый исследователями вакцин, бывает в высшей степени продуманным. Хотя определить эффективность вакцины очень просто — дать ее людям, которые этого хотят, и не давать тем, кто не хочет, и подсчитывать заболеваемость — некоторые ученые имеют другие идеи. Один пишет:

В связи с неоднородностью действия вакцины, общее выражение для общего параметра эффективности вакцины является функцией от эффективности вакцины в разных типических группах привитых, взятых с весами, равными долям привитых групп населения в каждой группе. Интерпретация и возможность оценивания общего параметра эффективности вакцины зависит от того, можно ли идентифицировать каждую группу и связана ли неоднородность с организмами или вакцинами.

В поддержку этой развесистой клюквы приводится математическая модель на целую страницу [149].

Последний взгляд на уловку двойного стандарта и творческой логики приносит следующие открытия: дети, которые соблюдают "соответствующие" календари прививок, "защищены", если только они пока не заболели после получения полного комплекта прививок, когда они очевидно "все еще восприимчивы к болезни" [150]. В таких случаях это не вакцина оказывается бесполезной или, еще хуже, вызывает болезнь; это случаи болезни становятся "непредотвратимыми"! [151]

4. Уловка "Я забыл сказать, что..." — обычная тактика, используемая медицинскими властями, заинтересованными в сокрытии важнейшей информации. Например, представитель Департамента здравоохранения штата Огайо передал в "Дейтон Дейли Ньюс" следующую статистику: за последний год в Огайо сообщалось о 2720 случаев кори. Эта цифра была использована в соединении с уловкой "крестного отца" (предложение, от которого трудно отказаться), когда была также сделана следующая угроза: "Делайте прививки или забудьте о 7-м классе". Чего не сказало официальное лицо, так это того, что более 72% этих случаев произошли с привитыми людьми [152]. Эта цифра сравнима с другими вспышками по стране, где большинство случаев кори часто происходило с привитыми детьми, "иногда в школах, где уровень вакцинации выше 98%" [153, 154].

Одна обеспокоенная женщина рассказывает о своем опыте в связи с прививкой от кори и уловкой "Я забыл сказать, что...":

В колледже Форт Льюис была эпидемия кори, и школу закрыли на короткое время. На следующий год я вернулась как аспирантка за учительским сертификатом, и мне отказывали в приеме, пока я не сделаю прививку от кори, хотя я была полностью привита в детстве. Этой осенью я вновь поступила в колледж Форт Льюис, и они хотели, чтобы я сделала еще одну прививку! Они говорили мне, что та, которую я уже сделала, "не работает". Я отказалась от прививки и сказала им, что я отказываюсь также и от всех прочих прививок. Они ответили: "Хорошо, только подпишите эту бумагу". Никто никогда вам не скажет, что от прививок можно отказаться, подписав документ о личном отказе [155].

Еще один пример уловки "Я забыл сказать, что..." можно найти в официальной оценке синдрома Рея, болезни мозга и печени, часто смертельной. По словам д-ра Роберта Мендельсона, Центр контроля заболеваний "спешит предположить наличие связи между [этой детской болезнью] и некоторыми вспышками гриппа", но они не упоминают о "связи между этой болезнью и самой вакциной от гриппа" [156].

5. Уловки с шутками. Разработка стратегий повышения уровней вакцинации — первоочередная задача авторов прививочной политики. Без сомнения, уловка с шуткой — проверенный победитель. В самом деле, Американская медицинская ассоциация (AMA) недавно признала, что "вакцинация взрослых требует шутки" [157]. Врачи Центра контроля заболеваний рекомендуют броские лозунги, типа "Прививки — не только детское дело" [158]. По телевидению показывали Шери Льюис, несущей в массы пропрививочные проповеди, и ее щенка [159]. Даже Билла Клинтона можно было увидеть на печатной рекламе, умоляющей родителей следить, чтобы их дети получили "все свои уколы, пока ноги голы" ["All their shots while they’re tots"] [160].

6. Взятки. В том же семействе лукавых маневров можно найти уловку со взяткой. Например, в Англии Национальная служба здравоохранения платит "премии" врачам, у которых уровень вакцинации выше определенного процента [161]. Здесь, в Соединенных Штатах, можно было видеть по телевидению бывшего президента Джимми Картера, предлагавшего родителям, согласившимся прививать своих детей, бесплатные билеты на концерт Майкла Джексона [162]. В округе Сагино, штат Мичиган, детям обещают "бесплатные чипсы", если они попадут в первую тысячу людей, сделавших прививки [163]. В г. Таосе, штат Нью-Мексико, "все ученики, которые вернут бланки согласия на прививки и получат прививки, будут участвовать в лотерее с большими призами!" [164].

7. Искаженная статистика. Разработчики пытаются создать новую вакцину для борьбы с респираторным синцитиальным вирусом (RSV), хотя даже д-р Билл Гарри из Центра контроля заболеваний признаёт, что "вакцина против RSV была разработана 10-15 лет назад, но оказалась неудачной и сделала много людей больными". Чтобы способствовать интересу к этому темному проекту и усилить иллюзию, что нам нужна эта вакцина, недавний доклад, выпущенный Центром контроля заболеваний, указывает, что "около половины" из 69 лабораторий, отслеживающих болезни для агентства, сообщили об увеличении количества случаев RSV на 16% [165]. Выражение "около половины" обманчиво смутное, и попытка не говорить о процентах роста или падения числа случаев RSV в остальных "около половины" из 69 лабораторий является манипулятивной и нечестной.

Еще один хороший пример уловки с искаженной статистикой исходил от администрации Клинтона. Подгоняемые медицинским сообществом, федеральные власти анонсировали свою сомнительную задачу вакцинировать всех детей в США. Чтобы совершить этот подвиг, Клинтон запросил у конгресса 300 миллионов долларов. Для поддержки своего требования он сделал ложное заявление, что "мы можем предупредить самые худшие инфекционные болезни у детей с помощью прививок и сэкономить 10 долларов на каждый 1 вложенный доллар" [166]. Но он не смог представить факты и цифры в поддержку своего заявления. Возможно, так получилось потому, что администрация решила осуществить уловку "Я забыл сказать, что...", удобно забывая учесть миллионы долларов, которые правительство уже потратило на компенсации семьям, где дети пострадали или погибли от прививок [167].

Еще пример уловки с искажением статистики.

Использование контрольных субъектов (индивидов, рассматриваемых как стандарт для сравнения при проверке результатов эксперимента) является признанной процедурой в большинстве областей научных исследований. Но только не внутри сообщества исследователей вакцин. Новые экспериментальные вакцины, тестируемые на группе людей, редко сопоставляются с равным числом людей, не участвующих в испытании. Конечно, после того, как новая вакцина от СПИДа была протестирована на сотнях людей, обнаружилось, что некоторые из добровольцев были инфицированы ВИЧ. Однако поскольку число контрольных субъектов было подозрительно малым (38 человек), и потому бесполезным, Национальный институт здоровья (NIH) смог заявить, что "нет статистического основания для заключения, что вакцина связана с возросшей восприимчивостью к инфекции" [168].

8. Уловка мошенничества является испытанным средством достижения быстрого и прочного успеха. В 1956 году, вскоре после появления полиомиелитной вакцины Солка, должностные лица решили проверить, насколько она безопасна и эффективна на самом деле. Результаты этого исследования — печально известных ныне полевых испытания Френсиса — должны были определить возможность продолжения вакцинации миллионов маленьких детей. То, что было обнаружено, должно было удержать большинство нравственных людей от продолжения прививок: большое количество детей заразились полиомиелитом после получения прививок. Ясно, что вакцина была либо опасна (вызывала болезнь, которую должна была предотвращать), либо неэффективна (не могла защитить от болезни). Однако вместо того, чтобы изъять вакцину с рынка, чиновники решили исключить из статистики все случаи полиомиелита, произошедшие в течение 30 дней после вакцинации под предлогом того, что болезнь "уже существала" [169, 170].

В Национальном институте здоровья, влиятельной ветви прививочной олигархии, недавно проводили расследование, столкнувшись с обвинениями в научном мошенничестве в своих собственных рядах. Как сообщает "Нью-Йорк Таймс", Уолтер У. Стюарт и д-р Нед Федер, расследовавшие научное мошенничество в Национальном институте здоровья, были бесцеремонно отстранены от своих обязанностей после выпуска отчета с критикой в отношении других ученых из института. Их кабинеты были без предупреждения закрыты и опечатаны вместе с папками с текущими материалами расследования. Эти два ученых были переведены на работы, не связанные с их деятельностью в предыдущие годы. Этот инцидент показывает, как могут подавляться исследования и отчеты, содержащие критику официальных догм, и высвечивает "продолжающиеся нравственные баталии о том, как правительство и университеты должны следить за учеными" [171].

9. Предсказание будущего. Когда руководители медицины и здравоохранения оказываются неспособными объяснить причины ухудшения здоровья и смерти, происходящих вскоре после детской прививки, и отрицание оказывается неэффективным, они могут прибегнуть к уловке "предсказания будущего". В самом деле, официальная позиция Управления контроля пищевых продуктов и лекарств состоит в том, что "'событие' [перевод: сильная побочная реакция на прививку — см. уловку с эвфемизмами] могло быть связано с текущими болезнью или состоянием... или могло произойти случайно в то же время, когда была введена вакцина". Иными словами, ребенок был в любом случае обречен на то, чтобы получить болезнь или умереть во время прививки [172].

Бывший директор Департамента здравоохранения штата Огайо и другие прививочные авторитеты называют вызванные вакцинами увечье или смерть "лишь временны́ми совпадениями". Опять же, перевод означает, что ущерб был совпадением; он все равно бы случился в любом случае [173].

Вот еще примеры уловок предсказания будущего.

"Плохой прогноз на сезон гриппа, — кричали газетные заголовки. — Приближается суровый гриппозный сезон; делайте противогриппозные прививки немедленно" [174]. Кто же эти пророки конца света, и где они добыли свою сверхъестественную новость?

По данным американского правительственного Еженедельного отчета о заболеваемости и смертности (MMWR), эффективность гриппозной вакцины зависит от того, правильно ли правительство "предсказало" [перевод: предположило], какие вирусы должны быть помещены в вакцину для этого года. Должно быть "хорошее соответствие" между вирусами гриппа, действительно присутствующими в обществе в конце года, и вакциной, произведенной на несколько месяцев раньше [175].

10. "Прошу прощения". Медицинские организации, опасающиеся реакций на прививки, часто защищают своих членов, проводя в жизнь правило "прошу прощения", освобождающее врачей от выполнения их собственных правил. Например, в Эванстоуне, штат Иллинойс, 46-летняя социальная работница была выгнана с работы, когда она отказалась делать прививку от краснухи. Политика в больнице требовала, чтобы все наемные работники, кроме врачей, были привиты против краснухи. Врачи не считались "наемными работниками" [176].

Статья, опубликованная в "Журнале Американской медицинской ассоциации", сообщает, что среди всех врачей акушеры-гинекологи менее всех склонны соглашаться на прививку от краснухи. Привиты менее 10%, а анализы крови показывают, что они восприимчивы к краснухе. Исследователи заключают, что "страх непредвиденных реакций на прививку" побуждает этих специалистов проводить в жизнь их освобождающее себя правило "прошу прощения" [177].

Некоторые врачи также отказываются прививать своих детей. Как сообщает д-р Джером Мерфи, бывший глава отделения педиатрической неврологии в Детском госпитале Милуоки, "существуют просто ошеломляющие данные о том, что есть связь [между коклюшной вакциной и припадками]. Я знаю, что это побудило многих детских неврологов не прививать своих детей от коклюша" [178].

Недавно Управление контроля пищевых продуктов и лекарств проиграла важную судебную битву, когда они разрешили к широкому применению полиомиелитную вакцину с живым вирусом, производимую "Ледерле Лэбз", несмотря на то, что она не соответствовала существующим стандартам безопасности. В результате нескольким людям был причинен серьезный вред. Проиграв дело в Верховном суде США, Управление контроля пищевых продуктов и лекарств немедленно ввело в действие уловку "прошу прощения" и переписала свои процедуры обеспечения безопасности так, что ранее неприемлемые меры безопасности стали допустимыми. Следовательно, "Ледерле" может продолжать производить, а Управление — продолжать санкционировать использование того самого вида полиомиелитной вакцины, которая прежде причинила вред [179].

11. Мания величия. Врачи, медицинские ученые, аллопатические разработчики прививочной политики и производители вакцин склонны испытывать манию величия. Это происходит всякий раз, когда они ставят себе в заслугу уменьшение почти любой заразной болезни. Но еще до введения прививок произошел более чем 95-процентный спад в заболеваемости и тяжести многих из этих болезней. Это тщеславие также игнорирует тот факт, что многие болезни, вроде скарлатины и чумы, уменьшились сами собой, даже несмотря на то, что против них не были разработаны вакцины [180].

Чиновники здравоохранения заявляют, что для прерывания распространения болезни и искоренения заболеваемости ею необходим высокий уровень вакцинации. Например, они берут на себя всю заслугу (мания величия!) в том, что в Соединенных Штатах низка заболеваемость полиомиелитом. Однако во многих европейских странах, которые отказались от обязательных прививок от полиомиелита, была привита лишь часть людей, и полиомиелит исчез [181]. Чтобы объяснить эту загадку, чиновники пускают в ход уловку двойного стандарта и творческой логики: очевидно, были привиты достаточно много людей для того, чтобы "перекрыть нормальные пути распространения вируса среди населения". Тем не менее, страны наподобие Финляндии использовали вакцину с убитым вирусом, которой чиновники не приписывают способности обеспечивать иммунитет среди непривитых [182]!

Позднее Финляндия объявила об "искоренении" кори, свинки и краснухи, хотя только 30% людей были привиты. К тому же, хотя исследователи и заявляют о том, что эти болезни "искоренены", они отмечают, что происходит "десяток случаев каждой болезни в год, большинство из которых 'вероятно, импортированы' [из другой страны]" [183].

Разработчики прививочной политики обещали, что к 1982 году корь будет стерта с лица Земли — мания величия. Сегодня, в 1990-х, она вернулась с возмездием. Уровень смертности от кори более чем в 20 раз выше, чем до широкомасштабного использования вакцины [185].

Разработчики медицинской политики неутомимы в своих стараниях сыграть роль Бога. Сообразив, что "количество визитов в лечебное учреждение [для прививок] является препятствием" для получения полного набора прививок, они предложили разработать одну-единственную вакцину, обеспечивающую "пожизненную иммунизацию" против многих распространенных детских болезней. Они называют эту единственную прививку "суперпрививкой" или "магической пулей" и лоббируют в конгрессе средства на продолжение исследований в этом направлении [186]. Если принять во внимание неспособность медицинского сообщества обеспечить пожизненный иммунитет против одной болезни, а также их скромный уровень успеха с нынешними мультивакцинами (DPT и MMR) и количество забивающих суды исков о вызванных прививками увечьях и смертях, эта последняя авантюра "сумасшедшей науки" ясно показывает их чрезмерную склонность к мании величия.

12. Внезапное нападение. Родители часто рассказывают, что им надоедает медицинский персонал, желающий вакцинировать их детей, даже если они приходят в лечебное заведение с другими целями. Действительно, некоторые врачи кажутся настолько озабоченными прививочным статусом своих пациентов, что забывают о настоящей цели визита. Таким образом, будьте готовы к внезапному нападению.

Членов медицинского братства действительно обучают внезапному нападению, как это было замечено в "Журнале Американской медицинской ассоциации":

Каждая встреча с поставщиком медицинских услуг, включая визит в отделение скорой помощи или госпитализацию, является возможностью проверить прививочный статус и, если это показано, сделать необходимые прививки. Перед выпиской из больницы дети должны получить прививки, которые им положены. Кроме того, дети, сопровождающие родителей или братьев и сестер, обращающихся за любыми услугами, также должны быть проверены и, если это показано, получить необходимые прививки [187].

Последствия неготовности к внезапному нападению действительно могут быть суровыми. Рассказ Джонатан, опубликованный в другом месте на этом сайте, иллюстрирует реакцию одного родителя на засаду, устроенную медиками.

Другая обеспокоенная мать описывает внезапное нападение на нее следующими словами:

Мой муж и я решили позвать акушерку, и у нас были домашние роды, которые прошли прекрасно. Акушерка настояла на том, чтобы я показала нашу дочь местному педиатру для осмотра. Причина, по которой я этом вам рассказываю, состоит в том, что с нами обращались, как с отбросами. Мне было сказано, что домашние роды автоматически означают "красный флаг". Врач доложил о нас в cоциальную службу, и мы были подвергнуты допросу с пристрастием. Меня [также] допрашивали относительно моего мнения по поводу иммунизации. Моей дочери было всего две недели... и, тем не менее, они хотели ввести ей несколько вакцин.

Как мне найти врача для моей дочери? Я не хочу повторять этот ужасный опыт... из-за страха, что cоциальная служба снова будет прислана разбираться с нами, потому что мы не носим нашу дочь к врачам для регулярных "осмотров здорового ребенка", которые на деле являются уловкой для навязывания прививок невинным детям и ничего не подозревающим родителям [188].

13. Запугивание и принуждение. Врачи часто заявляют, что прививки обязательны. Многие угрожают отказать в обслуживании или пугают родителей, когда они отказываются от прививок. Вот что говорит одна мать:

Мой педиатр отказался меня обслуживать, поскольку я не хочу следовать медицинским "правилам". Другой врач согласился работать со мной, но лишь после того, как я выслушала его предупреждения (в очень ясных выражениях, обо всех опасностях, которые могут свалиться на моего ребенка) [189].

Другая мать пишет:

Я озабоченный родитель, который не прививал cвоего 13-месячного ребенка. Наш детский врач встретил меня в критической и почти агрессивной манере. Кажется, что в его уме нет места для выбора по этому вопросу [190].

Излагая это более отчетливым образом, еще одна мать пишет:

Я — гражданка Австралии [проживающая в Соединенных Штатах]. Я никогда не знала, что за ужасная вещь [прививки] в этой стране, пока у меня не появились собственные дети, и какое сильное давление оказывает на тебя медицинский мир, и, кроме всего прочего, какое большое влияние имеют школы. Я действительно не знаю другой страны, где это превращают в столь трудное решение и которая была бы столь однобокой по части информации. Там, откуда я родом, вы либо делаете прививки, либо не делаете. Вопрос ставится, решение принимается, и это навсегда, если только вы не передумаете! Между прочим, большинство [родителей в Австралии] не прививают [своих детей], но мы не имеем более высокой заболеваемости, чем в США [191].

Примечание: Соединенные Штаты имеют один из наихудших показателей младенческой смертности среди развитых стран. Фактически, уровень смертности детей первого года жизни последовательно возрастал с 1950-х годов, когда начались кампании массовой иммунизации. Сегодня младенческая смертность в некоторых городах США такая же, как в развивающихся странах [192].

Чиновники из общественных школ, невольные приспешники врачей, часто предупреждают родителей, что их дети не смогут поступить школу без соответствия прививочным правилам. Каждый штат, однако, предлагает один или более отводов от прививок. Несмотря на эти отводы, одной матери начальство сказало, что ей придется написать письмо, объясняющее, почему ее сын не был привит, и что ей придется взять на себя всю ответственность за любые эпидемии, которые могут произойти, пока ее ребенок числится в школе [193]!

Обеспокоенный отец рассказывает:

Я просил религиозного отвода для своего сына в общественной школе в г. Тотова, штат Нью-Джерси. Школьная медсестра сообщила об отводе в Департамент здравоохранения. Тогда инспектор по иммунизации штата Нью-Джерси написал школьному директору письмо. В нем он заявил, что мое прошение об освобождении "недостаточно хорошее", и что мой сын не должен быть допущен в школьное здание вообще. Директор школы написал письмо мне, подтверждая, что моему сыну не будет разрешено поступить в школу, и угрожал, что "вы бы лучше начали прививать" своего сына. Я должен уложиться в срок до августа, чтобы зарегистрировать сына в школе, а то они его даже не пустят в здание. Время уходит, и моему сыну отказывают в образовании [194].

Примечание. Такие истории часто рассказывают родители по всей стране. Очевидно, законы штатов нематериальны для начальников, имеющих намерения путем запугивания и принуждения лишить родителей их законных прав. Например, статья в Санитарном кодексе штата Нью-Джерси 26:1A-9.1 допускает "освобождение от обязательной иммунизации для учащихся, если родитель или опекун возражает против этого в письменном заявлении, подписанном родителем или опекуном, на почве того, что предлагаемая иммунизация препятствует свободному осуществлению религиозных прав учащегося".

Обеспокоенная мать из Калифорнии сообщает, что когда ее девочка попала в приемное отделение больницы из-за небольшой неприятности, медицинский персонал был больше заинтересован прививочным статусом, чем характером ее травмы [эмоциональный шок]. Выяснив, что ребенок "не соответствовал" графику прививок, они отказались вернуть ребенка матери до тех пор, пока она не даст согласия на проведение прививок. Когда она отказалась, врачи сообщили о ней в социальную службу, заявляя о "дурном обращении" ею с ребенком. Вскоре этого к этому делу присоединился генеральный прокурор штата и стал преследовать мать — даже несмотря на то, что законы о прививках в ее штате разрешают родителям выбор отказа от прививок, основанный на личных убеждениях против них! [195]

Многие родители сообщают, что врачи и медсестры шантажируют их, чтобы вакцинировать новорожденных немедленно после рождения. Одна мать сообщает:

В самый первый раз я услышала о прививке против гепатита B в больнице после рождения моего второго ребенка. Нечего и говорить, что я отказалась, хотя они продолжали приставать ко мне. Позднее, когда я показала своего младенца педиатру для осмотра в двухнедельном возрасте, он пытался путем запугивания заставить меня сделать ей прививку. Он сказал, что гепатит очень заразен и что мой ребенок может легко подцепить его от других детей или инфицированных взрослых. Когда я сказала ему, что мне не кажется правильным вводить вакцину моему младенцу, он информировал меня, что мне придется искать другого врача, поскольку он не будет лечить моего ребенка [196].

20 ноября 1993 года передаваемый по всей стране в вечернее время тележурнал новостей "Крузэйдерс" выпустил в эфир бесстрашное шоу об опасностях вакцины DPT. Были проинтервьюированы родители детей, пострадавших от прививки, и были показаны душераздирающие кадры их детей, ставших тяжелыми инвалидами. В то время как американское медицинское сообщество отвергает связь между прививками и повреждениями мозга или смертью, зрители слушали эксперта по вакцинам д-ра Майкла Пакикеро, который предупреждал родителей, что некоторые партии вакцины DPT более токсичны, чем другие. Д-р Джон Менкинс, бывший глава подразделения неврологии в детской клиники Калифорнийского университета в Лос-Анжелесе, честно подтвердил: "Вы можете получить пожизненное, необратимое повреждение мозга, которого не было до вакцинации [DPT]". Тем временем Майкл Сеттони, главный журналист, ведущий расследование, на основании правительственных источников подсчитал, что "ежедневно сообщается по меньшей мере о двух детях, убитых или пострадавших от этой прививки" [197].

Через несколько дней после выхода программы в эфир, г-н Джон Бьют, исполнительный продюсер "Крузэйдерс", получил злобное письмо от Томаса Балбье-мл., директора Национальной программы компенсаций увечий от прививок, требующее опровержения. Он утверждал, что в настоящее время множество исков по поводу увечий и смертей от прививок, поданных родителями за последние годы, представляет собой заявления об ущербе "фактически за весь XX век". Он также ругал шоу за то, что они отсылали зрителей к Национальному центру информации о вакцинах (NVIC) — некоммерческой организации, деятельность которой направлена на повышение безопасности вакцин и поддержку права родителей делать выбор в пользу или против них. Он заявил, что этот центр "не санкционирован" федеральным правительством и потому "не является официальным выразителем" информации по безопасности вакцин. Он также сделал то, что выглядит завуалированной угрозой, заметив, что копии этого письма были посланы в Департамент юстиции США и в Федеральную комиссию по СМИ [198].

Примечание: 8 января 1994 года "Крузэйдерс" выпустил опровержение, процитировав самые горячо любимые — и мошеннические — данные о вакцине DPT: сомнительное исследование, проведенное в Великобритании в 1950-х годах. Даже несмотря на то, что у 42 младенцев в этом исследовании были судороги в течение 28 дней после прививки, что 80% детей были в возрасте от 14 месяцев и старше, и что испытания были направлены на проверку эффективности (а не безопасности) вакцины, медицинские власти США все еще используют эти результаты как свидетельство того, что вакцина безопасна для младенцев в возрасте шести недель [199]. Очевидно, что уловка запугивания и принуждения еще раз имела большой успех.

19 марта 1992 г. журнал "Роллинг Стоунс" опубликовал замечательный рассказ, документирующий возможную связь между первой полиовакциной и СПИДом. Многие независимые исследователи сочли разоблачение честным и необыкновенно хорошо расследованным. Спустя несколько месяцев, однако, журнал напечатал "пояснение" на полстраницы, показывающее, что любая связь между ранними полиомиелитными вакцинами и СПИДом — это "одна из нескольких спорных и недоказанных теорий" [200]. Очевидно, первоначальный рассказ поставил под удар будущие прививочные кампании и научные репутации.

Вот еще примеры уловки запугивания и принуждения.

Женщина из Огайо, у которой два ребенка были убиты вакциной DPT, получала угрожающие письма из Департамента здравоохранения штата Огайо, информирующие ее, что ее единственный выживший ребенок должен быть привит [201].

Несчастной матери, чье дитя умерло через 17 часов после прививки DPT, угрожали лишением ее льгот по программе продовольственной помощи (WIC) за отказ вакцинировать остальных детей [202].

Матери из Канзаса, возражавшей против прививок, сказали, что у нее отнимут дочь, сделают ей прививки силой и поместят ее в приемную семью. Ребенок был привит и сейчас является в результате этого инвалидом [203].

Последний пример уловки запугивания и принуждения ясно показывает наглую и бесчувственную природу медицинского сообщества. Горюющие и подавленные родители, которые лично контактируют с Системой сообщений о неблагоприятных (побочных) эффектах прививок (VAERS), чтобы сообщить об увечьях или смерти, вызванных прививками, должны иметь в виду, что получат почтовый конверт со следующей надписью большими красными буквами, сделанной поперек лицевой стороны от края до края: "ПРИВИВАЙТЕ РАНО!" [204]

14. Уловка "крестного отца" — это крайний вариант маневра запугивания и устрашения. Она может включать шантаж. Например, бедные матери, получающие государственную помощь в штате Мэриленд, теперь должны прививать своих детей, или государство будет изымать 25 долларов из ежемесячного пособия на каждого дошкольника, который не привит и не прошел осмотры вовремя. Семья, к которой санкции применяются в течение трех месяцев, получит телефонный звонок от работника социальной службы, который попросит разрешения посетить дом, чтобы "помочь разрешить ситуацию и любые другие проблемы". В то время как правозащитные группы объявляют новый закон карательным и нечестным, секретарь штата по человеческим ресурсам возражает, что "многие [из этих получателей пособия] просто нуждаются в толчке, чтобы сделать то, что от них ожидается как от ответственных родителей" [205].

Вот другой пример уловки "крестного отца": медицинские страховые компании угрожают прекратить действие полисов, когда родители отказываются от прививок детям, если родители не подпишут бумагу, освобождающую компанию от ответственности в случае, если ребенок заболеет определенными болезнями [206].

С нарастающим постоянством возмущенные члены семей сейчас сообщают об экстремальной версии уловки "крестного отца" — привлечении родителей к ответственности. Очевидно, медицинский персонал в стремлении поддерживать прививочный обман готов на все, чтобы отвести от себя ответственность. Мамы и папы, которые все еще оплакивают детей, умерших после прививок, теперь обвиняются в убийствах. Например, одна мать, чей здоровый ребенок умер всего через два дня после прививок DPT и MMR, была настолько возмущена этой санкционированной правительством преступной деятельностью, что пыталась бороться путем возбуждения судебного процесса. Власти ответили обвинением ее в убийстве ребенка [207].

15. Паническая тактика. Когда разработчики медицинской политики и их пешки из средств массовой информации берутся за рекламную кампанию по повышению уровня вакцинации, они неизменно полагаются на уловку панической тактики. Хотя эта стратегия похожа на уловку запугивания и принуждения, есть небольшие отличия. Те, кто практикует уловку запугивания, пытаются в основном властвовать над принятием решения родителями путем простого насилия над их волей. Уловка панической тактики направлена в основном на то, чтобы манипулировать эмоциями и влиять на поведение путем преувеличения печальных и устрашающих рассказов о непривитых.

Одна недавно опубликованная статья в поддержку прививок описывает в страшных подробностях опасности отсутствия вакцинации. Прежде всего читателей информируют, что "даже взрослые могут быть убиты предупреждаемыми инфекционными болезнями". Далее медсестра из применого отделения больницы красочно рассказывает о своих попытках запустить сердце человека, который заболел корью и которому становилось все хуже и хуже: бактерия, которая обычно вызывает острый фарингит, "проникла в маленькие дырочки в коже человека", оставшиеся от коревой сыпи. Сердце человека не удалось перезапустить, и он умер от вторичной инфекции. Затем, чтобы окончательно захватить наши эмоции, нам говорят, что он оставил сиротами трех маленьких детей [208].

Примечание: та самая вакцина от кори, которая, по словам авторитетов, могла бы предотвратить болезнь, вполне могла ее и вызвать. До применения вакцины от кори эта болезнь была относительно безопасной детской болезнью, и она практически не была известна у младенцев, подростков и взрослого населения. Но вакцина все это изменила. Теперь корью заболевают люди тех возрастных групп, для которых более вероятно получить самые тяжелые осложнения, включая смерть [209, 210].

Вакцина от ветряной оспы была доступна годами, однако власти не хотели ее санкционировать, так как многие люди считают эту болезнь относительно безвредной. Тем не менее, медицинские силы были подготовлены к ее утверждению, так как "США смогут сберечь в пять раз больше, чем они потратят на вакцину", избегая затрат, связанных с тем, что мамы и папы остаются дома с больными детьми. В ответ на грандиозные планы медицинской индустрии продвигать вакцину, пешки из средств массовой информации бросились печатать страшные рассказы, описывающие в подробностях опасности этой "серьезной" болезни. Например, одна газета опубликовала личный рассказ, начинавшийся со слов "Как мой сын умер от ветрянки". Эта уловка панической тактики была соединена с уловкой "Я (почти) забыл сказать, что...", поскольку ребенок до этого имел состояние, делавшее его восприимчивым к инфекции [211].

Примечание: 17 марта 1995 года Управление контроля пищевых продуктов и лекарств объявило, что оно одобрило вакцину от ветряной оспы [212]. Вскоре после этого Американская академия педиатрии начала рекомендовать ее всем младенцам [213].

16. Эвфемизмы. Медицинский персонал часто пытается скрыть факты, используя расплывчатые термины со скрытым значением — это уловка эвфемизмов. Например, врачи были извещены Центром контроля заболеваний, что случаи гемофильной инфекции могут происходить после прививки, "до появления защитного эффекта вакцины" [перевод: наши вакцины могут вызвать у вашего ребенка болезнь]. Другие исследования предупреждают о "повышенной восприимчивости" к болезни в первые 7 дней после вакцинации [еще одно завуалированное признание, что вакцина может принести ребенку болезнь]. Вдобавок, дети, которые заболевают определенной болезнью, даже если они получили все прививки в соответствии с установленным планом — более ранним планом, так как с того времени он изменился (см. уловку переменных рекомендаций) — эти дети не являются жертвами неэффективной вакцины или неработоспособности вакцины; вместо этого они называются "неправильно привитыми". Эти случаи объявляются "непредотвратимыми" [214-216].

В 1993 г. в Англии две из трех использовавшихся в то время вакцин от "MMR"-болезней (кори, свинки и краснухи) были тихо изъяты из употребления, по поводу чего руководство здравоохранения заявило, что был "легкий" риск "кратковременного" менингита [217]. Недавнее исследование в Соединенных Штатах определило, что риск болезни и смерти от детских прививок реален, но "чрезвычайно мал", ведя власти к заключению, что это были "очень редкие события" [218]. Столь отдаленные и мимолетные возможности находятся в разительном контрасте со словами, используемыми властями, заинтересованными в продвижении своего дела. Тогда мы должны бояться "слабо развитой" иммунной системы маленьких детей (это аргумент в пользу вакцин!), "крайне заразной" природы вируса и "серьезного риска осложнений", связанных с заболеванием [219, 220].

Вот еще примеры уловки эвфемизмов.

Исследователи пытаются разработать супервакцину, "магическую пулю", "которую будут давать один раз при рождении, чтобы иммунизировать младенцев от всех детских болезней" [221] — мания величия. Возможно, они называют ее "магической пулей" потому, что смерть младенцев от "выстрела" будет оставаться загадкой для негодяев от медицины, которые спускают курок.

Общественность информируют, что уровень вакцинации возрастает к тому времени, когда дети поступают в школу, так как родители "мотивированы" (а не вынуждены) прививать своих детей [222].

Наконец, берегитесь всякий раз, когда власти объявляют, что скоро будет доступна "беспрецедентная" или "экспериментальная" вакцина. В действительности это означает: "Мы ищем людей на роль морских свинок для изучения эффектов нашего новейшего творения".

17. Прямая ложь. Ложь — укоренившаяся уловка медицинского сообщества. Это быстрый и легкий путь продвижения вакцинного бизнеса без необходимости полагаться на честность, мораль или этику. Умелые члены медицинского братства знают, что лишь немногие люди задают вопросы докторам и их товарищам.

Американская ассоциация нянь недавно сотрудничала с "Каждого ребенка к двум годам", кампанией за раннюю иммунизацию Розалин Картер и Бетти Бамперс, чтобы "разъяснить няням, родителям, деловым лидерам, гражданским организациям и преподавателям настоятельную необходимость иммунизации детей". Их агрессивная позиция против непривитых детей включает выпуск новостей со следующим заявлением: несколько детских болезней, включая полиомиелит, дифтерию, краснуху, свинку и столбняк, переживают "второе рождение". Это утверждение есть прямая ложь, сделанная, очевидно, для того, чтобы путем запугивания заставить родителей прививать своих детей. Ни одна из этих болезней не возвращается. На самом деле все они находится на наинизших уровнях с тех пор, как их стали регистрировать [223].

По словам Донны Шалала, секретаря президента Клинтона по здравоохранению и гуманитарным службам, "ожидается, что в этом году грипп, пекинский штамм, ударит очень сильно". Она также заявляет, что от 10000 до 45000 американцев лишаются жизни из-за гриппа ежегодно [224]. Однако официальная правительственная статистика, которую представляет Донна Шалала, противоречит ее заявлению. В 1991 году Центр контроля заболеваний сообщил только о 990 смертях, связанных с гриппом, а в 1992 году — о 1260. Американцы умирают в 3 или 4 раза чаще от распространенных болезней, таких, как астма (4650 смертей в 1992), язвы желудка (5770 смертей в 1992 году) и недостаточного питания (3100 смертей в 1992 году) [225].

18. Меняющиеся и нелогичные рекомендации. Наши дети используются в качестве морских свинок. Чтобы скрыть этот факт, власти часто меняют свои рекомендации. Новые и экспериментальные вакцины заменяют старые и неэффективные. Количество доз и возрасты, в которых их следует получить, также регулярно изменяются, часто безо всякого рационального объяснения, оправдывающего первоначальную рекомендацию или изменение. Например, в 1985 году первая вакцина против гемофильной инфекции типа B была одобрена для широкого применения в Соединенных Штатах и быстро рекомендована всем детям от двух лет и старше, несмотря на то, что 75% всех случаев гемофильной инфекции происходит до двух лет! В 1988 г. новая "конъюгированная" вакцина была одобрена для детей в возрасте не раньше 18 месяцев. К 1991 г. ее рекомендованное использование было распространено на детей в возрасте 2 месяцев. Сегодня вакцина от гемофильной инфекции, полученная с помощью генной инженерии, заменила все ранние версии [226-229].

В 1963 году рекомендуемый возраст для вакцинации против кори составлял 9 месяцев. В 1965 году он изменился до 12 месяцев. В 1976 — до 15 месяцев [230]. Однако, поскольку сейчас меньше мам имеет естественный иммунитет к кори — благодаря большому числу матерей, которые получали детские прививки в 1960-х, 1970-х и 1980-х годах — и потому не могут передать защитные антитела своим младенцам, вспышки случаев кори сейчас происходят с детьми младше 15 месяцев [231]. На самом деле к 1993 г. более чем 25% всех случаев кори происходили с детьми до одного года [232]. В результате в некоторых областях страны рекомендуемый возраст для получения прививки от кори был снова снижен, пройдя полный круг к начальным рекомендациям — когда большинство детей были, по словам медицинских властей, "неправильно привиты" [233]!

Свежие данные показывают, что подавляющее большинство случаев кори происходит с привитыми людьми [234]. Чтобы скрыть этот факт, власти полагаются на уловку с меняющимися рекомендациями и теперь рекомендуют ревакцинацию против кори в возрасте от 4 до 6 лет [235]. Некоторые школы требуют доказательств ревакцинации перед поступлением в 7-й класс. Многие колледжи отказываются принимать студентов, не имеющих свидетельств ревакцинации. Однако более ранние исследования — одно недавно опубликованное в "Журнале детских инфекционных болезней" — показали, что "бустерные" дозы вакцины от кори сравнительно неэффективны [236, 237].

Базируются ли изменяющиеся рекомендации на твердой науке или на личном удобстве? Разработчики прививочной политики, озабоченные введением прививки от ветрянки, были поставлены в тупик количеством прививок, уже существующих. Они не могли решить, в каком возрасте рекомендовать свой новый продукт. Они хотели освободить место для него в 15 месяцев, но это вызвало бы необходимость изменить третий из четырех сроков введения оральной полиомиелитной вакцины с "от 15 до 18 месяцев" до "6 месяцев". Однако, поскольку для вакцины MMR имеется больше "свободы дрейфа", они решили изменить первый срок ее введения с "15 месяцев" на "от 12 до 15 месяцев" [238].

Вакцинация от гепатита плазменной вакциной была введена в 1970-х годах. В 1987 году была разработана методами генной инженерии "дрожжевая" вакцина. В 1991 году Центр контроля заболеваний и Aмериканская академия педиатрии начали процесс навязывания новой вакцины всем детям, несмотря на то, что больше всех рискуют заразиться этой болезнью наркоманы, вводящие наркотики внутривенно, а не дети [239]!

Вот последний пример уловки меняющихся и нелогичных рекомендаций. Власти настолько разгневаны количеством людей, заявляющих, что прививки навредили здоровью или убили члена семьи, что пытаются еще больше ужесточить строгие критерии Национальной программы компенсаций увечий от прививок. Например, вновь пересмотренные правила оговаривают, что серьезная реакция на вакцину DPT — такая, как анафилактический шок — должна произойти в течение 4 часов! Иными словами, если ваш прежде здоровый ребенок получает прививку в 10 часов утра и имеет сильную аллергическую реакцию — задыхается, падает в обморок — в 3 часа пополудни и затем диагностируется повреждение мозга, то федеральное правительство скажет, что повреждение не связано с прививкой, и потому у вас не должно быть претензий. Другие критерии программы также сужаются или полностью отменяются [240].

19. Подогнанные диагнозы и раздутые эпидемии. Чиновники здравоохранения быстро сообразили, что уровень эффективности вакцин можно максимизировать с помощью творческой диагностики. Например, стандарты определения полиомиелита были изменены, когда была введена полиомиелитная вакцина с живым вирусом. Новое определение "эпидемии полиомиелита" требовало сообщений о большем числе случаев (35 на 1000 вместо обычных 20 на 100000). В это время паралитический полиомиелит был переопределен так, что его случаи стало трудно подтверждать и, следовательно, подсчитывать. До введения вакцины было достаточно, чтобы у пациента паралитические симптомы присутствовали в течение 24 часов. Лабораторное подтверждение и тесты на определение остаточного (длительного) паралича не требовались. Новое определение требовало, чтобы у пациента паралитические симптомы присутствовали в течение не менее 60 дней, и остаточный паралич должен был быть подтвержден дважды во время течения болезни. Наконец, после того, как была введена вакцина, случаи асептического менингита (инфекционной болезни, которую часто трудно отличить от полиомиелита) стали чаще регистрироваться как отдельная от полиомиелита болезнь. Но такие случаи до появления вакцины считались полиомиелитом [242, 243]. Эффективность вакцины, о которой сообщалось, была таким образом искажена.

Не так давно у двух детей одних родителей появился сильный кашель, и их доставили к семейному врачу для осмотра. Отдельно к тому же врачу привели двух их двоюродных братьев, которые тоже подхватили сильный кашель, были доставлены к тому же врачу. Прежде чем осмотреть детей, врач спросил каждых родителей о прививочном статусе их детей. У первых двух детей, которые не были привиты, был диагностирован коклюш. У других двух детей, которые были привиты от коклюша, был диагностирован бронхит. Никаких клинических анализов сделано не было [244]. Эта тактика служит двум функциям: 1) она раздувает статистику коклюша, внушающую необходимость коклюшных прививок, и 2) она скрывает правду о неэффективности вакцины.

У детей, которые умирают вскоре после получения прививок, часто диагностируется синдром внезапной детской смерти (СВДС). В действительности эта тактика настолько удобна, что коронерам разрешается использовать этот термин для сертификации младенческих смертей до возраста 24 месяцев [245, 246].

Когда работники здравоохранения неправильно диагностируют болезни или преувеличивают их число, часто "создаются" эпидемии болезней, против которых делаются прививки. Например, когда телевизионная программа поставила под вопрос безопасность коклюшной вакцины, Департамент здравоохранения штата Мэриленд обманул общественность, обвинив влияние этих шоу в новой "эпидемии" коклюша. Однако, когда д-р Энтони Моррис, бывший главный вирусолог Отдела биологических стандартов США, проанализировал оригинальные данные, он заключил, что эпидемии в штате Мэриленд не было. Лишь в 5 из 41 случая были обоснованные свидетельства для диагноза "коклюш". И каждый из этих 5 детей ранее получил от одной до четырех доз коклюшной вакцины [247].

В Пласитасе, штат Нью-Мексико, заголовки предупреждали родителей об опасной "эпидемии" коклюша в этом городе. Но были обнаружены лишь три случая коклюша, два из них у детей одних родителей, и все три у привитых детей [248].

20. Патриотический долг и социальная ответственность (известные также как переживание вины). По словам д-ра Мартина Смита из Американской академии педиатрии, "дети нации — это солдаты в защите страны от болезни" [249]. Адвокаты прививок утверждают, что некоторые дети должны быть принесены в жертву "во имя благополучия, безопасности и комфорта" нации [250]. Одной матери, чей ребенок получил пожизненное повреждение мозга через несколько часов после прививки DPT, семейный врач сказал, что это была цена, которую должен был заплатить ее ребенок, чтоб сохранить остальных в безопасности. По словам д-ра Джорджа Флореса, сотрудника здравоохранения Сонома Канти, родители, отвергающие прививки, "не рассматривают воздействие своего ребенка на остальное общество" [251]. Видимо, непривитые дети опасны каждому, кто привит, даже хотя привитые считаются "защищенными". (Нам говорят, что для того, чтобы прививки действовали, в эту игру должны играть все [252].) И семьи, уклоняющиеся от прививок, как нам говорят, часто извлекают выгоду за счет тех, кто выполняет свой долг по вакцинации детей [253].

21. Неэтичное экспериментирование. В декабре 1990 года было принято федеральное постановление, в котором Управление контроля пищевых продуктов и лекарств давало разрешение Департаменту обороны "объехать" американские и международные законы, запрещающие медицинские эксперименты на субъектах, не желающих этого. Это тот декрет, который позволил Департаменту оборону вводить военнослужащим, участвующим в войне в Персидском заливе, неутвержденные экспериментальные лекарства и вакцины без их информированного согласия, считая получение согласия солдат "неосуществимым" [254]. Сегодня многие из этих ветеранов, их жен и детей искалечены неизвестными болезнями [255].

В судебном процессе по групповому иску американские индейцы из Южной Дакоты судятся с Управлением контроля пищевых продуктов и лекарства и Центром контроля заболеваний за тестирование новой вакцины от гепатита A на их младенцах. Чиновники здравоохранения не предупреждают родителей, что подвергаемые этой прививке дети будут иметь риск опухолей, судорог, расстройств зрения или смерти [256]. Сейчас власти планируют протестировать вакцину от гепетита A на жителях деревень удаленных районов Северо-Западной Аляски [257].

Одновременное введение вакцин не было проверено на безопасность, хотя власти продолжают его рекомендовать, а медики продолжают их вводить. Недавнее исследование в "Журнале Американской медицинской ассоциации" обнаружило пониженный уровень коклюшных антител у детей, которым одновременно вводили вакцины DPT и от гемофильной инфекции. По словам автора работы, "за это нужно взяться, так как мы, очевидно, не должны подвергать наших детей риску без обеспечения им оптимальной выгоды" [258].

Считается, что каждый год осенью и зимой в обществе циркулирует новый вирус гриппа. Чтобы создать вакцину против этого вируса, представители здравоохранения должны правильно предсказать примерно на год вперед, какой вирус придет (давая некоторым людям выдвинуть предположение, что когда чиновники предсказывают правильно, то именно сама вакцина может распространять болезнь). Если производство обычно начинается в январе, и конечный продукт лицензируется Управлением контроля пищевых продуктров и лекарства в августе, то до начала прививок остаются всего один или два месяца, и на ком же тестируются вакцины [259]?

Исследователи вакцин осуществляют неэтичные эксперименты на человеческих популяциях каждый раз, когда их творения готовы к тестированию. Таким образом, неудивительно узнать об их планах добавлять инородные субстанции — "вирусные материалы" — в пищепродукты. Фактически, биотехнологические фирмы уже экспериментируют с добавлением вакцин в бананы, салат, картофель, помидоры и соевые бобы в течение нескольких лет [260, 261]. Как вы думаете, на ком эти вакцины будут тестироваться?

22. Обязательность. Если вакцины так прекрасны, то почему правительство вынуждено делать их обязательными? Казалось бы, все должны выстроиться в очередь для получения прививок. Но уровни вакцинации скромны. Администрация Клинтона заявила, что цена и доступность вакцин удерживают родителей от соблюдения планов прививок [262]. Однако, по данным исследования, проведенного службой Гэллопа для "Ледерле Лэборэториз", крупного производителя вакцин, "цена и потраченное время — наименее важные" соображения для родителей, решающих, прививать ли детей. "Возможность побочных эффектов наиболее часто называют важной для принятия решения" [263].

Законы штатов требуют, чтобы дети были привиты до того, как они поступят в общественные школы, если родители не подпишут отказ, показывающий возражение против прививок. В то время как некоторые штаты допускают философский или религиозный отвод, все они предусматривают медицинский отвод, если есть противопоказания. Но родители не должны подписывать бумагу, возражая против обязательных прививок. Вместо этого те, кто решил делать детям прививки, должны быть обязаны прочитать полный перечень возможных негативных реакций. Тогда от родителей, которые, тем не менее, делают выбор в пользу вакцинации своих детей, должно требоваться подписание формы, показывающий, что они понимают весь связанный с этим риск.

Обязательные прививки являются также бессовестным средством извлечения денег из доверчивых родителей. Представьте себе огромные доходы любой компании, которая выпускает продукцию, которую каждый обязан законом покупать, даже против своей воли. Более того, огромное богатство, приобретенное путем этого медицинского рэкета, припрятывается не только одними производителями лекарств: добыча делится с обычными врачами. По словам покойного д-ра Роберта Мендельсона, всемирно известного педиатра, вакцины — это "хлеб и масло" педиатрической практики [264]. Другие предполагают, что из-за вреда, наносимого прививками, могут возникать новые проблемы со здоровьем и редкие болезни [265-267] в количестве, достаточном для того, чтобы медицинские специалисты были заняты и богаты в грядущие годы.

Представьте себе ненадолго группу специалистов по питанию, которые разрабатывают поливитамин. Они ставят свои своих собственных людей на должности, где занимаются оценкой выгод и рисков от продукта. Он "официально" объявляется безопасным и эффективным. Действительно, сообщается, что дети, которые принимают этот новый поливитамин, оказываются на 50% здоровее остальных. Но имеется ловушка: дорогостоящие витамины должны приниматься с постоянным интервалом, и принимать их должен каждый, иначе они не сработают. Они не будут улучшать здоровье, говорят нам, поскольку предрасположенные к болезням "незащищенные" дети — потомки безответственных родителей — будут передавать своих микробов "защищенным" детям, детям из "ответственных" семей. Так специалисты по питанию пытаются воздействовать на правительственных чиновников, чтобы сделать их продукт обязательным. Занятые законодатели изучают "официальные" результаты исследования, определяют, что "защита" детей — высший приоритет, и решают поддержать цели и амбиции этой мощной лоббирующей силы.

Представьте любую коалицию профессионалов, имеющих программу действий. Скажем, союз гипнотизеров установил, что детей можно гипнотизировать, чтобы они учились в школе лучше тех, кого не гипнотизируют. Но опять имеется ловушка: детей надо через определенные интервалы брать у родителей, чтобы гипнотизировать, и гипнотизировать надо всех детей, или эффект будет неполным. Вы согласитесь с этой практикой? Контроль ума, контроль тела; кто имеет власть над нашими детьми?

23. Отказ сообщать о реакциях на вакцины. Вопреки федеральному закону, прошедшему через конгресс в 1986 году — Национальному акту о вреде, нанесенном детскими прививками, — требующему от всех врачей, проводящих прививки, докладывать о реакциях на вакцины должностным лицам федерального здравоохранения, многие предпочитают игнорировать это законное требование. Врачи часто оправдывают свои отказы сообщать о реакциях на вакцины, заявляя, что прививка не имеет никакого отношения к заболеванию или смерти ребенка. Воля конгресса нарушается, а сведения о заболеваниях и смертях, вызванных вакцинами, сильно занижаются [268].

Система сообщений о неблагоприятных (побочных) эффектах прививок (VAERS) является федеральной программой, предназначенной для подсчета сообщений об увечьях и смертях от прививок. К 2002 году было сообщено о десятках тысяч реакций на вакцины, включая смертельные, несмотря на медицинский бойкот сообщений о таких случаях [269]. Более того, эти цифры можно удесятерить, так как, по оценке Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, 90% врачей не сообщает об происшествиях [270].

Для дальнейшего подтверждения степени происходящего занижения данных, в 1988 и 1989 гг. "Конно Лэборэториз" провела исследование для определения истинного уровня негативных реакций, связанных с выпускаемыми ею вакцинами. За этот период времени добровольно предоставленные ("стихийные") сообщения о негативных событиях поступали в количестве 20 на миллион доз. Однако, когда они снабжали врачей вакцинами с просьбой сообщать о любом негативном явлении, происходящем в течение 30 дней после вакцинации, при условии, что оно потребовало вызова врача, то число таких событий подпрыгнуло до 927 на миллион доз. По мнению д-ра Джима Фрошле, директора клинических исследований "Конно Лэборэториз", эта разница показывает "пятидесятикратное занижение данных о негативных реакциях" [271]. Однако даже эта цифра может быть заниженной. По словам д-ра мед. Дэвида Кесслера, директора Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, "в Управление сообщается лишь об одном проценте событий [негативных реакций на препараты]" [272].

Следующие показания родителей и родственников детей, пострадавших от прививок, иллюстрируют, как легко врачи могут отбрасывать очевидные реакции на вакцины и таким образом оправдывать отказы от докладов о них.

Наш сын получил вторую прививку DPT и оральную полиовакцину в возрасте четырех месяцев 22 сентября 1989 года. Он ранее реагировал на первую иммунизацию DPT двумя месяцами раньше продолжительным пронзительным криком и сильной рвотой... После второй прививки он снова немедленно начал пронзительно кричать. Он не мог больше держать головку и не мог принимать пищу. Он не мог ни спать, ни бодрствовать, у него были припадки забытья, от десятков до сотен в день. С каждым днем ему становилось все хуже и хуже, и он умер 14 апреля 1990 г.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Наш 16-месячный внук получил четвертую прививку DPT 5 декабря 1989 г. и умер через 24 дня. Он также получал прививки MMR и оральную полиовакцину в то же время. В течение 24 часов его ноги были красными и распухшими, у него была температура 39,4°C, и он был очень нервный и раздражительный... Его предыдущие прививки приводили к подобным реакциям... Мы знаем, что прививка привела к его смерти.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мы потеряли нашего красивого, драгоценного и обожаемого 4-месячного сына через 26 часов после вакцинации DPT и оральной полиовакцины во время профилактического осмотра 25 января 1990 г. Мы знали, что поведение нашего сына изменилось после прививки... У него были широко раскрытые глаза, он смотрел остолбенело, только ненадолго засыпал, его вырвало содержимым его бутылки... Врач настаивал, что это была смерть от СВДС.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Наш сын получил первую прививку DPT и оральную полиовакцину в возрасте 14 месяцев 22 февраля 1990 года. В тот вечер он начал пронзительно кричать. В следующие два дня у него была температура 38,3°C, и он проспал 15 часов. Когда он проснулся, он был чрезвычайно легковозбудим... Он очень страдал от боли. Временами он смотрел так, как будто его ударили. В другое время он сворачивался в тугой комок, который мы не могли распрямить. У него были припадки, а мы об этом не знали... У него продолжаются припадки. Врач, хотя закон обязывает его записывать производителя и номер партии, не записал номер.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мой сын получил первую прививку DPT во время осмотра в 2 месяца 8 мая 1990 года... Четыре часа спустя он начал кричать... Я заметила, что он был бледный и как статуя... Он перестал дышать. Я вытащила его, встряхнула, и он снова задышал. У нас был друг, и он набрал 911. Мой сын переставал дышать еще 8 или 10 раз, и я каждый раз встряхивала его, пока не приехали парамедики. Он был белым, как пепел... кричал, когда мы попали в больницу... У меня есть еще один ребенок, который имел сильные реакции от прививок. У него были припадки после каждой из первых трех прививок DPT, и его лечили в течение трех лет.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой.

Мой 16-месячный внук получил 2-ю прививку DPT, MMR и полиовакцину на профилактическом осмотре 16 августа 1990 года. Менее чем через 48 часов у него была температура 40,6°С, и начались судороги... Моему внуку с каждым днем становилось все хуже. Он ходит на прямых ногах, или его колени гнутся... У него проблемы с кишечником, запоры, за которыми следует понос, текущий по ногам через каждую минуту. Мы смотрим на наши старые видео и понимаем, как сильно он изменился.

Врач не сообщил об этой реакции и не дал родителям информацию о производителе и номере партии использованной вакцины.

Мой внук получил первую прививку DPT и оральную полиовакцину на профилактическом осмотре в 2 месяца. Через 21 час он был мертв. После прививки он начал кричать [пронзительный крик]... Моего внука начало сильно рвать, и он продолжал пронзительно кричать... В 7 часов утра моя дочь разбудила внука и обнаружила у него пурпурный цвет на одной стороне лица, сжатые кулаки, кровотечение из носа и рта и отсутствие дыхания. Мой внук был мертв. Я пообещала дочери, что его смерть будет не напрасной и не станет просто очередной статистической единицей, называемой СВДС.

Врач не сообщил об этой реакции. Он не считал, что она была связана с прививкой [273].

24. Сокрытие информации / запрещение обнародования противоречивых свидетельств. 1 апреля 1993 г. в конгресс были внесены несколько законопроектов, предлагающих систему федерального "отслеживания и надзора", которая следила бы за родителями, которые предпочитают не прививать своих детей. Несколькими неделями позже член палаты представителей Генри Ваксман и сенатор Тед Кеннеди возглавляли "публичные" слушания по этой законодательной инициативе, но запретили вносить информацию от отдельных родителей, родительских организаций и профессионалов здравоохранения, обеспокоенных безопасностью вакцин. Вместо этого было разрешено присутствовать лишь заинтересованным в ратификации этих законопроектов кругам: спонсорам Белого дома, нескольким президентам компаний с многомиллиардным оборотом, производящих вакцины, агентам Американской академии педиатрии и чиновникам здравоохранения [274].

Было установлено, что в "инактивированной" или "убитой" вакцине Солка допускается содержание 5000 живых вирусов на миллион доз. Однако, поскольку вакцина рекламировалась как не способная вызвать полиомиелит, его случаи, происходившие после применения вакцины, отвергались, и их исключали из статистики осложнений [275]. Центр контроля заболеваний также отказывается признать случаи энцефалита и припадочных расстройств, следовавших за приемом оральной полиовакцины, хотя было известно, что энцефалит случается после полиомиелита, которым заболевают в естественных условиях [276].

Вот еще примеры уловки сокрытия информации.

Недавний доклад, опубликованный в "Ланцете", отмечает, что некоторые люди заболевали менингитом после получения вакцины MMR. Тем не менее автор заключает, что "по причине крайней редкости этого осложнения, родителям не следует говорить о риске перед решением о вакцинации" [277].

Даже хотя Национальный комитет по оценке лекарств (ADRAC) рекомендовал, чтобы дети находились под наблюдением в течение достаточного периода времени после вакцинации для отслеживания реакций, власти боролись против предлагаемого периода наблюдения на почве того, что это создает неудобства для родителей и увеличивает беспокойство по поводу безопасности детских прививок [278].

Когда Национальный акт о компенсациях увечий от прививок в 1986 году стал законом, конгресс поручил Департаменту здравоохранения и гуманитарных служб (HHS) "разработать и распространить информационные материалы о вакцинах для раздачи работниками здравоохранения". Этот материал должен был включать информацию об осложнениях, противопоказаниях и о доступности программы федеральной компенсации для людей, пострадавших или умерших от обязательной прививки. Департамент должен был удовлетворить юридическое требование к 22 декабря 1988 года. К 4 марта 1991 года этот вопрос так и не был урегулирован. Когда Департамент в конце концов представил затребованную информацию, "она не удовлетворяла даже минимальным стандартам научной точности, беспристрастия и честности". Опасности прививок были систематически занижаемы или просто проигнорированы [279].

Хотя медицинский персонал обязан по закону снабжать своих клиентов информационными буклетами, объясняющими до получения прививок пользу и риск вакцинации, лишь немногие врачи предлагают эти буклеты клиентам. Следующий рассказ иллюстрирует, какого рода ущерб может быть нанесен, когда работники здравоохранения предпочитают скрывать жизненно важную информацию.

Я 29-летняя женщина, получившая прививку MMR, требуемую [медицинским центром, где я работаю]. После получения этой прививки я испытывала несколько побочных эффектов: головокружение, головные боли, онемение ступней и лодыжек, одышку, боль в груди и боль в суставах.

Я посещала нескольких врачей за последние шесть месяцев столько раз, что сбилась со счета. Те врачи, которые признавали, что эти симптомы могут быть связаны с прививкой, считали, что за шесть месяцев симптомы должны утихнуть. К сожалению, этого не случилось. На самом деле некоторые симптомы усилились. Мои лодыжки немеют почти постоянно, боль в груди начала перерастать в боль в левой руке и челюсти, сопровождаемую затрудненным дыханием.

Это повлияло на все стороны моей жизни, включая возможность работать, которая была причиной того, что мне пришлось первым делом сделать прививку. Мне сказали, что либо я ее сделаю, либо я не получу работы. К несчастью, к этому времени я уже бросила работу, которой занималась более пяти лет.

Мне не предоставили информацию до получения прививки. [Позднее я узнала] что люди, страдающие аллергией на яйца, не должны получать эту прививку. У меня есть аллергия на яйца, но персонал больницы ничего не спрашивал и не говорил мне. Мой лечащий врач не знает, что со мной делать. Но я продолжаю страдать [280].

25. Психологическая проекция. Общеизвестно, что медицинские работники усматривают в других те самые мысли и действия, которые они отрицают у себя. Эта тонкая и неосознанная защита от беспокойства и вины и есть то, что психологи называют проекцией. Исследователи вакцин, например, разочарованы тем, что женщины и меньшинства неохотно подвергают себя экспериментам с новой вакциной от СПИДа, даже в свете недавних разоблачений об испытаниях радиацией на не подозревающих этого субъектах во время холодной войны. Не желающие прививаться добровольцы, а не исследователи, были обвинены в том, что они питают "ложную веру", что вакцина может вызвать СПИД, вопреки тому, что говорят ученые [281].

Примечание: менее чем пятью месяцами позже исследователям пришлось признать, что "по меньшей мере пять добровольцев в главном правительственном исследовании вакцины от СПИДа оказались инфицированными вирусом СПИДа после получения вакцины". Говорилось, что один из субъектов испытывает "необычно быстрое падение количества белых кровяных телец, стандартной меры прогрессирования СПИДа". Это вызвало беспокойство исследователей "не только о том, насколько хорошо работает вакцина, но и о том, может ли она повышать вероятность инфекции и... даже ускорять прогрессирование болезни" [282].

Разработчики медицинской политики и некоторые законодатели заявляют, что родители, не допускающие вакцинации детей, дурно обращаются с ними [283, 284]. Некоторые родители были обвинены в дурном обращении с детьми — "синдром ребенка, которого трясли" — после того, как у детей были припадки или они впадали в кому после вакцинации [285]. На самом деле именно власти, которые позволяют использовать эти опасные вакцины, дурно обращаются с детьми и сваливают вину на родителей. Так родители теряют опеку над своими любимыми чадами [286].

26. Организованная пропаганда. Часто медицинские ассоциации используют общественные организации и родительские группы для помощи в организации кампаний против непривитых детей. "Добровольцы" редко ставят под вопрос похожие на культ доктрины, которые навязывают им адвокаты вакцинации. Но помогают ли в действительности обществу эти организации и их помощники? Насколько честны прививочные кампании, в которых забывают упомянуть о тысячах семей, страдающих ежегодно от осложнений после прививок? Почему запрещается раскрывать истинные факты? И почему родителям нельзя доверить самостоятельно взвесить факты?

Медико-промышленный комплекс хорошо подготовлен почти к любым неблагоприятным событиям, способным произойти. Например, вскоре после того, как шоу "NOW" телекомпании "Эн-Би-Си" передало рассказ об опасной вакцине DPT, производитель DPT послал телеграммы специалистам здравоохранения по всей стране с уверениями в безопасности вакцины [287]. После того, как шоу показали вторично, Центр контроля заболеваний организовал пропагандистскую кампанию, быстро разослав врачам и другим обеспокоенным людям по всей стране факсы с искаженной информацией в пользу прививок. В этих факсах Центр контроля заболеваний имел наглость заявить, что "почти все младенцы с любой болезнью, включая смерть, были привиты ранее в своей жизни... [и] почти все младенцы с любой болезнью, включая смерть, пили молоко раньше в своей жизни" [288], предполагая, что получения прививок так же благодатно, как питье молока.

27. Юридическая неприкосновенность. Когда Управление контроля пищевых продуктов и лекарств проверило партию вакцины DPT, было обнаружено, что вся партия оказалась на 200% сильнее, чем допускалось по нормам. Вместо того, чтобы немедленно уничтожить ее, агентство позволило руководству здравоохранения "протестировать" ее на сотнях детей в Мичигане. Это оказалось трагической авантюрой. Позднее, когда родители детей, которые были парализованы и получили повреждения мозга от принудительных прививок, пытались судиться с государством, суды отказывали им, так как "доктрина неприкосновенности верховной власти" защищает правительство от исков, возникающих от услуг, которые может обеспечить только государство [289].

13-летняя девочка из Пенсильвании получила необратимое повреждение мозга от коревой вакцины, полученной во время программы обязательной массовой вакцинации в своей школе. Однако решение суда показало, что ни производитель вакцины, ни правительство не могут быть признаны ответственными, так как вакцины "неизбежно небезопасны" [перевод: родителей заставляют играть в уникальную разновидность русской рулетки, придуманную медицинским истеблишментом]. Суд также заявил, что производитель вакцины адекватно определил риск на вкладыше в упаковке [290]. Следовательно, эти родители считались единственными ответственными за уход за своей дочерью, теперь умственно отсталой, даже хотя они, как и большинство родителей, не были предупреждены об опасности вакцины, им не говорилось об этих вкладышах, и они не давали согласия на вакцинацию своей дочери [291]!

Фармацевтические компании имеют юридический иммунитет против большинства исков по увечьям от вакцин, и их стимул производить более безопасные вакцины был уничтожен, когда в 1986 году был принят Национальный акт об увечьях, нанесенных детскими прививками. Этот закон устанавливает, что "никакой производитель вакцины не несет гражданской ответственности за ущерб от связанной с прививкой болезни или смерти". Невероятно, но первоначальный проект также утверждал: "Термин 'связанная с прививкой болезнь или смерть' означает болезнь, повреждение, состояние или смерть, связанную с одной или более прививками, перечисленными в таблице осложнений от прививок, за тем исключением, что термин не включает болезнь, повреждение, состояние или смерть, связанную с примесью или загрязняющим веществом, намеренно добавленным в вакцину" [292].

28. Угрозы прекратить бизнес. До того, как в 1986 г. был принят Национальный акт об увечьях, нанесенных детскими прививками, на производителей вакцин подавали в суд так часто и на такие деньги, что многие угрожали прекратить бизнес, и делали это [293]. Когда правительство начало принимать на себя ответственность за увечья и смерти от прививок, фармацевтические компании добились исчезновения важного стимула производить безопасные и эффективные вакцины.

29. Создание препятствий. Занимающиеся вакцинацией должностные лица используют тактику создания препятствий всякий раз, когда они хотят задержать принятие ответственности или избежать ее. Например, когда одна мать, чей сын умер через четыре дня после второй прививки от полиомиелита, изучала предварительный протокол вскрытия, она заметила, что основным в нем было обнаружение миокардита и гепатита, и что из этих больных органов был выделен полиовирус — это могло быть связано с реакцией на вакцину. Но когда она поставила под вопрос первоначальное заключение патологоанатома (синдром внезапной детской смерти) и потребовала дополнительных анализов для определения того, был ли полиовирус дикой или вакцинной разновидности, то ее втянули в девятилетнюю баталию с Центром контроля заболеваний, чтобы достичь результата (медицинские власти в итоге были вынуждены признать правду: вакцина вызвала у ребенка полиомиелит) [294].

Когда ребенок гибнет от обязательной прививки, ожидается, что правительство выплатит родителям компенсацию в размере до 250 000 долларов. Однако, если ребенок получает серьезное осложнение от вакцины, остается в живых и требует пожизненного ухода, то могут быть выплачены несколько миллионов долларов. Правительственные чиновники могут не желать быстрого урегулирования вопроса, надеясь, что пострадавший ребенок умрет и тем самым плата будет уменьшена. Это именно то, о чем миллионы людей узнали из "Крузэйдерс", тележурнала новостей, выпустившего дерзкое шоу об опасной коклюшной вакцине. Отец маленького мальчика, который получил серьезное и необратимое повреждение мозга всего через несколько часов после прививки DPT, не смог добиться от руководства урегулирования вопроса. Семья нуждается в деньгах для оплаты специализированного ухода за ребенком, но "если с ним что-нибудь случится и он не будет жив, то они не будут платить за пожизненный уход за ним" [295].

30. Секретность. Если бы вакцины несли только выгоды, то правительству не нужно было бы делать их обязательными, и уловки, описанные в этой главе, не были бы необходимы. Напротив, родители выстроились бы в очередь на прививки. Члены медицинского братства понимают это, и они объединились между собой для сокрытия того, как производятся вакцины, на ком они испытываются, насколько они эффективны в действительности, и какова на самом деле статистика побочных явлений. Даже цена производителя при сбыте вакцин считается "коммерческой тайной или конфиденциальной информацией" [296].

Врачи, осмелившиеся публично усомниться в прививках, "предупреждены, что их карьеры ставятся на карту и что они рискуют [потерять лицензии на занятие медициной]" [297]. Других компрометируют [298].

После того, как ребенок в одной семье пострадал от прививки DPT, родители получили, используя Акт о свободе информации, сообщения о более чем 34 000 побочных реакций на вакцины за более чем трехлетний период. Они предполагали, что их сын получил плохую вакцину — из "горячей серии" — и хотели проверить, могут ли они защитить других детей от нанесения вреда.

После проделанной большой работы они выяснили, что их сын был привит вакциной из "горячей серии". Уровень смертности, связанный с этой партией, был втрое выше, чем у других серий. От нее умерли десять детей. Но когда родители обратились к чиновникам из Управления контроля пищевых продуктов и лекарств, чтобы определить, будет ли агентство проводить расследование, им было сказано, что "по причине размера серии смертельные случаи не являются основанием для значительного расследования". Когда же они поинтересовались размером серии, Управление прямо заявило: "Это конфиденциальная иифомация" [299].

Повсеместно родители хотели бы знать, скольких смертей было бы достаточно, чтобы найти основания для расследования. Если десяти недостаточно, то достаточно ли двадцати? Тридцати? Сорока? Какого числа достаточно? Какая промышленность имеет разрешение действовать в тайне и выдавать обществу продукцию без ответственности? Обеспокоенные граждане не могут даже выяснить у руководства, каков механизм инициации отзыва, если, конечно, он вообще существует [300].

Компенсации от фармацевтической компании за вред от вакцин обычно устанавливаются вне суда. Родителей, желающие получить компенсацию за ребенка, пострадавшего или погибшего от вакцины, часто обязывают хранить молчание — это является условием соглашения. Родителям, требующим компенсации от Федеральной программы компенсаций увечий от прививок, также часто советуют воздерживаться от обсуждения своих случаев и соглашений [301]. Чтобы узнать, как трудно пробить завесу секретности, попробуйте получить специфическую информацию по вакцинам от Центра контроля заболеваний или Управления контроля пищевых продуктов и лекарств. Они с радостью вышлют вам свою официальную пропаганду, но быстро окажутся осторожными и сдержанными, когда вы начнете зондировать дополнительную информацию. Эти государственные организации, поддерживаемые долларами налогоплательщиков, владеют всеми видами информации. Однако они вряд ли поделятся ею с обычными гражданами, поскольку тогда мы бы стали способны принимать наши собственные рациональные, информированные решения относительно прививок. Но американский народ имеет право знать ответы на вопросы до того, как подвергать своих детей "обязательным" прививкам.


"Мы могли бы встать на колени на разбитом стекле и дать Американской медицинской ассоциации все, чего она хочет, и все равно они будут против. Они намерены толкать нас как можно дальше, а затем просто выжать нас" — Federal Healthcare Task Force Member, Time (September 20, 1993), p. 61.

"Каждый врач скорее позволит коллеге умертвить всех местных жителей, чем нарушить узы профессионального этикета, выдав его" — Джордж Бернард Шоу.