Д-р Раиса Аманджолова (Казахстан)

Аманджолова Раиса Садыковна

Обязательность иммунопрофилактики: развитие парадокса и углубление кризиса в медицине


Наука Казахстана № 1 (85), 1–15 января 1997 г., стр. 5–6

Аманджолова Раиса Садыковна (р. 1918) — профессор, доктор медицинских наук, многолетняя заведующая кафедрой акушерства Алма-Атинского медицинского института, автор более 150 публикаций.

Автор публикуемой ниже статьи направила в адрес Президента Республики Казахстан Н. Назарбаева, премьер-министра А. Кажегельдина, министра науки В. Школьника, министра здравоохранения В. Девятко, ректора Казахского медицинского университета Т. Муминова, директора Национального центра охраны материнства и детства Н. Каюповой, председателя конкурсной комиссии Академии наук по научным идеям письмо с изложением трех блоков идей, нацеленная разработка которых в медико-биологических учреждениях, по мнению автора, выведет науку из тупика, а государство из кризиса, возникшего в результате омоложения болезней и чумы XX века.

Обязательная иммунопрофилактика, проводимая детям из поколения в поколение введением вакцин, содержащих ослабленные вирусы и бактерии, обеспечила снижение и даже исчезновение некоторых инфекционных заболеваний (оспы). Это достигнуто в связи с открытием биологами Л. Пастером, И. Мечниковым и их последователями способности белых кровяных шариков — лейкоцитов вырабатывать против антигенов, в том числе микроорганизмов, антитела, которые охраняют организм, повреждая антигены или образуя с ними иммунные комплексы.

Пастеровским институтом и его многочисленными филиалами, открытыми во французских колониях и затем в ряде стран, в том числе в Советском Союзе, планомерно наращивалось создание и производство вакцин вначале с вирусами бешенства, оспы, затем кори, гриппа, полиомиелита, гепатита, инфекционного паротита и др., а также с многочисленными бактериями — ослабленными возбудителями туберкулеза, бруцеллеза и др. Одни из них вошли в календарь обязательных прививок, другие используются лишь при угрозе эпидемии.

В связи с этим в структуре Министерства здравоохранения появились врачи-эпидемиологи с большими полномочиями (вплоть до увольнения с работы за невыполнение плана прививок). Одни из них создавали вакцины, другие производили их, третьи изучали эпидемиологическую обстановку, четвертые контролировали обеспеченность вакцинами, их холодового режима, выполнение кратности прививок. Прививками было охвачено почти все детское население (без прививок дети не принимались в детские сады и школы), призывники и другие организованные коллективы. Таким образом, современное поколение имеет иммунитет к антигенам различных микроорганизмов не вследствие перенесенных заболеваний, как это было до эпохи прививок, а благодаря прививкам.

Однако парадоксально, что снижению одних грозных заболеваний сопутствует рост других, не менее тяжелых, составляющих современный кризис. Они интегрально названы "болезнями и чумой XX века". Иерархия их охватывает синдром приобретенного — возвратного и прогрессивного — иммунодефицита (СПИД), аллергические, сердечно-сосудистые, эндокринологические, онкологические заболевания и иммунопатологии органов, в том числе беременных, их плодов и новорожденных. Взаимосвязь роста этих заболеваний с иммунопрофилактикой живыми вакцинами не рассматривается ни создателями этих вакцин, ни медицинской общественностью. Удовлетворенные неоспоримой эффективностью иммунопрофилактики, исполнители искали причины осложнений послеповторных прививок в недоброкачественности вакцин или в нарушении их холодового режима. Поэтому механизм развития поствакцинальных осложнений и влияния естественно приобретенного и искусственно созданного иммунитетов на процессы старения детского места и другие барьерные органы, на течение беременности и развитие плода нацеленно не изучался. Иммунитет (незамедлительное повреждение антигена) расценивался только как положительное явление. Никому и в голову не приходило, что иммунные лейкоциты ввиду наличия в структурах микроорганизмов общих с оболочками эритроцитов (с их АВО–группами) антигенов одновременно обусловливают развитие иммунитета вначале к эритроцитарным антигенам, затем к антигенам тканей различных органов и стенок их сосудов — процесса, в конечном итоге ведущего к склерозированию барьерных и забарьерных органов, в том числе органов матери и плода. Складывается впечатление, что создатели вакцин не следили за достижениями науки, которые прямо свидетельствовали о причинно-следственной связи между иммунопрофилактикой и ростом перечисленных выше заболеваний.

Во-первых, это открытия изосерологов и микробиологов (подытоженные в монографиях П.Н. Косякова, 1965; А.К. Томилина, В.В. Туманова, 1969) о наличии в микроорганизмах общих с растениями и эритроцитами животных, в том числе АВО–группами человека антигенов и рецепторов (гемаглютиногены, фитогемолизины и др.); при этом лейкоциты, которые приобрели чувствительность к антигенам микроорганизмов, повреждают эритроциты соответственно их группам крови (в том числе эритроциты беременной и ее плода — именно этим обусловлен рост анемии у беременных и осложнения у их плодов).

Во-вторых, знаменитые открытия биохимиков и коагулологов об общности структуры наследственного аппарата (РНК и ДНК) всего живого в природе. Она состоит из пяти- и шестичленных сахаров, фосфорной кислоты и всего четырех азотистых оснований. Их комплементарность и мутация определяют структуры аминокислот и их последовательность, т.е. специфичность белков для каждого организма и, главное, наличие в мембранах эритроцитов и клеток различных тканей тромбопластических субстанций (белков, соединенных с различными структурами в виде гликолипофосфопротеидов), участвующих в активации каскада ферментов свертывающей и противосвертывающей систем крови. Не учитывались и наши сообщения (1968—1972, 1974 гг.) о роли тромбопластина в нарушении сбалансированности ферментов этой системы, в развитии диссеминированного внутрисосудистого свертывания (ДВС) крови, и о том, что его развитие связано со степенью разрушения эритроцитов и степенью активации вначале кровяного, затем тканевого тромбопластина. Не учитывалось также сообщение и о том, что эритроцитарный тромбопластин и развитие ДВС постепенно ведут к закупорке просвета сосудов различных барьерных и забарьерных органов, капилляров стенок и их сосудов, каналов, протоков, фолликулов, лимфатических узлов, кроветворных органов и эндокринных желез, и что при этом нарушается питание тканей, развивается некроз. Сообщалось, что механизм развития склероза связан с осаждением билирубина, холестерина (недорасщепленные структуры разрушенных эритроцитов и других клеток крови) и солей на фибрин, и что при нарушении этого процесса развивается реакция воспаления, происходит образование по ходу различных выводных каналов и протоков язв, камней или, наоборот, усиленное размножение лейкоцитов в ответ на поглощение ими нерасщепляемых структур собственных тканей. При этом они вырабатывают антитела, которые при взаимодействии с собственными антигенами обеспечивают, в свою очередь, образование тканевого тромбопласгина и осаждение фибрина — заживление язв, участков некроза и их склерозирование.

Своевременное использование создателями вакцин только этих открытий и их последствий, вероятно, отбило бы охоту наращивать дальнейшее создание живых вакцин и рекомендовать их повторное введение в организм.

При изучении коллективом возглавляемой мною кафедры роли естественно развившегося и искусственно созданного иммунитета в клинике и эксперименте на течение беременности и внутри- и внеутробное развитие плода, вскрыты причинно-следственные нарушения сбалансированности ферментов свертывающей и противосвертывающей систем крови, причины становления и нарушения энзимов внутри клеток (трофобластов хориона) и мутации в их наследственном аппарате. Этот последовательный процесс мы назвали кругом коагуло-энзимо-иммуно-геннопатологии (КЭИП), в котором последствия нарушения его составляющих систем проявляются всеми симптомами общей патологии — нарушением сбалансированности биохимических реакций, сопровождаемым изменением структуры ткани органов, их склерозированием и развитием функциональных нарушений, вынуждающих, как теперь видно, к замене органов донорскими.

Последнее обосновывается рядом открытий (материалы публикуются нами с 1972 г.), а именно: а) механизма эволюции АГ по принципу "я тебе, ты мне" и образования у плода (следовательно, у всего живого) новых антигенов; б) роли фагоцитов (лейкоцитов, поглощающих растворенные корпускулярные антигены и иммунные комплексы с последующим образованием эмбриональных клеток, в том числе макрофагов) в образовании у плода барьеров на пути антигенов в забарьерные органы и механизма защиты ими наследственного аппарата; в) механизма образования у плода истинных и ложных эмбриональных клеток и их роли в узнавании своих и чужих антигенов; г) механизма обеспечения антигенами плода развития реакции "трансплантат (плод) против хозяина" и "хозяин (мать) против трансплантата" (ТПХ и ХПТ) и роль этих механизмов в физиологии развития плода; д) роли предшествующей чувствительности, т.е. сенсибилизации лейкоцитов матери к антигенам микроорганизмов в обезглавленном течении этих реакций в ускоренном развитии КЭИП и во всех осложнениях беременности.

И, наконец, открытие триггерной — пусковой роли разрушенных клеточных структур (под влиянием иммунологических реакций или нарушенной экологии, в том числе высокой радиации, химизации, технизации) в причинно-следственном нарушении функций систем, составляющих круг КЭИП, и развитии симптомов общей патологии. Они, в зависимости от локализации в барьерных и забарьерных органах, степени выраженности, функциональных нарушений, развивающихся как следствие иммунитета, определяют диагноз всех осложнений при беременности, вскрывают механизм ухудшения сопутствующих ей заболеваний и развития болезней и чумы XX века у матери и плода и их омоложения, а также роль в их учащении при повторных введениях вирусов, механизм развития при них возвратного и прогрессивного иммунодефицита. Уточняют, что последнее является не ослаблением функции иммунной системы матери и плода, а, наоборот, усилением ее функции и нарастающей затраты иммунных лейкоцитов с прогрессированием иммунитета на нейтрализацию чужих и собственных антигенов.

Как видно, создатели вакцин, будучи уверенными в эффектности прививок, не сочли нужным следить за достижениями науки и изучать влияние иммунопрофилактики на эволюцию АГ в генерациях людей, животных и растений (на закон эволюции антигенов, целостных организмов и их болезней мною получено от Национального патентного агентства свидетельство на интеллектуальную собственность № 26 от 10.03.1994).

В наших экспериментах пятая генерация привитых только вакцинами БЦЖ, АКДС, АДС, АС (а их более 20) крольчих не дожила до репродуктивного возраста, а в течение предыдущих четырех генераций проявились почти все осложнения, наблюдаемые теперь в клинике у матери и у плода, составляющие современный кризис.

Таким образом, своевременное проникновение в суть перечисленных выше открытий позволило бы оценить и разработать альтернативные меры профилактики не только инфекционных заболеваний, но и иерархии болезней и чумы XX века, а самое главное — были бы приняты меры профилактики повышенной чувствительности и раннего развития иммунитета к структурам антигенов плода, т.е. профилактики обезглавленного течения реакций ТПХ и ХПТ и развития КЭИП, а, следовательно, всей патологии на протяжении беременности, родов, внутри- и внеутробного развития организма и послеродового периода.

Увы, при всем этом ясно, что, ссылаясь на влияние факторов экзоэкологии, виновные в развитии парадокса и кризиса в медицине, в том числе в акушерстве и гинекологии, выйдут сухими из воды. Ответственными морально окажутся акушеры, педиатры и врачи других профилей, экономически — государство и семьи, обязанные воспитывать и содержать неполноценное потомство, которое будет расти из поколения в поколение. Но самое ужасное то, что принятия целенаправленных мер по разрешению парадокса и выхода из кризиса, судя по всему, пока не предвидится. А они могут и должны быть приняты на уровне государственных деятелей, ответственных за здоровье современного и будущих поколений, ибо дальнейшее промедление грозит народным бедствием.