Органон врачебного искусства д-ра Самуила Ганемана (5-е изд.)

§§ 1—146

§ 1

Image Image

Высшее и единственное назначение врача состоит в том, чтобы возвращать здоровье больному излечивать его1.

§ 2

Image Image

Идеал лечения состоит в том, чтобы восстановить здоровье больного скоро, легко и прочно, или устранить и совершенно уничтожить болезнь во всем ее объеме кратчайшим, вернейшим и безвреднейшим способом, на основании ясных и очевидных данных.

§ 3

Image Image

Четыре условия необходимы для врача, желающего действовать основательно, согласно своей высокой цели, и быть истинным художником в искусстве лечения: 1) определить в точности, что дóлжно лечить в каждом данном случае (распознавание болезни, показание); 2) знать целительные свойства различных лекарств (лекарствоведение); 3) уметь применять лекарство к болезни так, чтобы выздоровление необходимо последовало, для чего необходимы как точный выбор лекарства, так и знание настоящей меры приема и времени его повторения; наконец, 4) знать и устранять обстоятельства, препятствующие выздоровлению, для того, чтобы последнее было надежно.

§ 4

Image Image

Врач должен быть также и охранителем здоровья, если ему известны причины, производящие и поддерживающие, болезни, и если он может устранить их в обыкновенном образе жизни здорового человека.

§ 5

Image Image

Пособием при лечении служат врачу вероятные поводы к заболеванию при острой болезни, равно как наиболее важные моменты истории болезни при недугах хронических, с целью определения их причин, но большей частью заключающихся в действии хронической миазмы, причем необходимо определить телосложение и темперамент больного (особенно при хронических болезнях), его характер и душевное настроение, занятия, образ жизни, привычки, общественные и домашние отношения, возраст, половые отправления и пр.

§ 6

Image Image

Беспристрастный наблюдатель, отнюдь не увлекаясь отвлеченными предположениями, не доказанными опытом, должен обращать внимание в каждом отдельном случае только на внешние, чувствам доступные изменения в состоянии тела и души больного, только на признаки и припадки болезни, т.е. на уклонения от здорового состояния, которые ощущает сам больной, видят его окружающие и наблюдает врач. Совокупность всех этих признаков представляют собой возможно полную и единственно доступную нам картину болезни во всем ее объеме2.

§ 7

Image Image

Если причина, возбуждающая или поддерживающая болезнь (causa occasionalis) очевидна, то без сомнения необходимо устранить ее прежде всего3. Но так как и в этом случае болезнь обнаруживается только посредством припадков, то последние должны служить главным и единственным показанием при выборе лекарств, способствующих выздоровлению. Принимая и соображение случайный миазм, на котором может основываться болезнь, и в то же время не упуская из вида других обстоятельств, исчисленных в § 5, врач все-таки должен обращать постоянное внимание на наружное выражение [внутренней сущности болезни], т.е. на совокупность4 припадков, как на главный и единственный предмет для руководства при выборе лекарств.

§ 8

Image Image

Невозможно ни представить себе, ни подтвердить каким-либо опытом, чтобы по устранении всех болезненных припадков и вообще внешних признаков болезни не восстановилось здоровье и не уничтожилось внутреннее расстройство организма5.

§ 9

Image Image

В здоровом состоянии человека, его телом неограниченно управляет жизненная сила и содержит все его части в чудном согласии ощущений и деятельности, так что живущий в нас мыслящий дух может свободно пользоваться этой живой здоровой машиной для высших целей существования.

§ 10

Image Image

Материальный организм без этой жизненной силы не способен ни к каким-либо впечатлениям, ни к деятельности, ни к самосохранению6. Только нематериальная динамическая сила, присущая материальному организму в здоровом и больном его состоянии (жизненная сила), может управлять всеми его ощущениями и отправлениями.

§ 11

Image Image

При наступлении болезни, первоначально поражается эта духовная, повсюду присущая телу, самостоятельная (автоматическая) жизненная сила враждебным жизни, динамическим влиянием болезненного деятеля; только вследствие такого ненормального влияния жизненная сила может сообщать телу неприятные впечатления и нарушать его правильную деятельность, что мы называем болезнью. При этом невидимая, но узнаваемая только по действиям организма, жизненная сила проявляет свое болезненное расстройство единственно изменениями ощущений и деятельности организма, доступными чувствам наблюдателя и врача; короче, болезненная деятельность этой силы выражается только болезненными припадками и ничем иным не может выражаться.

§ 12

Image Image

Только болезненно пораженная жизненная сила производит болезни, насколько последние представляются нашим чувствам, проявляя все болезненное настроение внутренней динамики; следовательно и прекращение всех проявлений болезни и всяких уклонений от здорового состояния лечением необходимо предполагает и обусловливает возвращение жизненной силы к нормальному состоянию и восстановление здоровья организма7.

§ 13

Image Image

Поэтому болезнь (если только она не принадлежит оперативной хирургии) отнюдь не должна считаться чем-то материальным, возникающим в живом организме, как это предполагают аллопаты, но невещественным, неосязаемым и неуловимым деятелем.

§ 14

Image Image

По бесконечной благости Жизнедателя, всякое невидимое болезненное настроение в недрах человеческого организма неизменно и необходимо выражается болезненными признаками или симптомами, доступными наблюдению врача.

§ 15

Image Image

Страдание в недоступных недрах организма болезненно настроенной, оживляющей наше тело жизненной силы и совокупность вызванных им в организме внешних болезненных проявлений представляют собой одно целое; они нераздельны и тождественны. Организм, как материальный снаряд жизни, немыслим без оживления его инстинктивно чувствующей и управляющей им жизненной силой, равно как и последняя немыслима без организма; поэтому тот и другая составляют одно целое, хотя наш ум и делит эту единицу на два понятия для удобства суждения о ней.

§ 16

Image Image

Под влиянием вредных деятелей на здоровый организм наша жизнедеятельность, как духовная сила, может поражаться только динамически, невещественным образом, почему и все болезненные ее расстройства (болезни) могут быть устранены не иначе, как тоже динамическим, духовным воздействием известных лекарственных веществ на нашу жизненную силу, которое передается ею нервам; итак, лекарства могут восстанавливать здоровье только динамическим действием на жизненную силу.

§ 17

Image Image

Таким образом, невидимое расстройство, совершающееся в недрах организма, и совокупность видимых припадков находятся в таком тесном отношении между собой и представляют весь объем болезни в таком единстве, что они необходимо должны как существовать, так и исчезнуть одновременно. Что могла произвести совокупность внешних болезненных припадков, то же должно произвести и нераздельное с ней внутреннее изменение в теле, так как в противном случае припадки не могли бы обнаружиться. Отсюда необходимо следует, что лекарство, уничтоживши все наружные признаки болезни, должно в то же время устранить и расстройство в недрах организма, ибо устранение первых не может состояться без исправления последнего8. С уничтожением всех признаков и припадков болезни, уничтожается и внутреннее изменение, служившее ей основанием, а следовательно проходит и вся болезнь; отсюда следует, что врачу нужно только устранить всю совокупность припадков, чтобы в то же время исправить изменение во внутренности тела и излечить всю болезнь; а так как излечение болезни есть восстановление здоровья, то в этом и заключается главная и единственная цель врача, верно понимающего важность своего назначения.

§ 18

Image Image

На основании той несомненной истины, что болезни только совокупностью своих припадков могут указывать нам на лекарство, необходимое для излечения, необходимо заключить, что полная совокупность припадков, представляемая каждым отдельным случаем, служит единственным показателем для выбора приличного лекарства.

§ 19

Image Image

Так как болезни представляют собой ничто иное, как изменение в состоянии здоровья человека здорового, обнаруживающееся посредством видимых признаков, и как излечение возможно только посредством перемены болезненного состояния в здоровое, то легко понять, что лекарствами невозможно было бы излечивать, если б они не имели силы изменять состояние человеческого здоровья, ощущений и органических отправлений организма и что только на этой силе основано их целебное свойство,

§ 20

Image Image

Эта динамическая сила, заключающаяся в лекарствах, отнюдь не может быть постигнута нами в ее сущности, одними усилиями ума; мы можем понимать ее только по действиям, которые обнаруживает она при влиянии на здоровье людей, и только опыт может дать нам о ней ясное представление.

§ 21

Image Image

Если целебного действия лекарств, в его сущности, нельзя определить умственно и если даже самый тонкий наблюдатель, производя опыты над лекарствами, не замечает в них ничего иного, кроме свойства производить перемены в состоянии человеческого здоровья, вызывая специфические припадки в здоровом теле, то отсюда следует, что лекарства не иначе могут обнаруживать свою целебную силу, как только посредством этой способности производить болезненные перемены в здоровом состоянии человека; таким образом припадки, возбуждаемые лекарствами в здоровом теле, служат нам единственными показателями их целебного свойства, представляющими нам болезненную картину, которую каждое лекарство может производить в теле человека; только таким путем мы можем узнать и самые лекарства, которыми известные болезни могут и должны быть излечены.

§ 22

Image Image

Так как в болезнях, кроме совокупности припадков, невозможно найти ничего другого, подлежащего устранению для восстановления здоровья, и так как лекарства не иначе обнаруживают целебное свойство, как своей способностью производить болезненные припадки в здоровых людях, то отсюда следует: 1) что лекарства способны лечить болезни только путем устранения наличных припадков естественной болезни возбуждением известных новых припадков, или болезни искусственной, и 2) что для устранения совокупности припадков какой-либо болезни необходимо отыскать такое лекарство, которое способно было бы произвести припадки, подобные (гомеопатический способ), или противоположные (антипатический способ) припадкам естественной болезни, смотря по указаниям опыта в том и другом случае. Третий способ употребления врачебных средств, единственно возможный кроме этих двух, есть способ аллопатический, по которому дают средства, производящие припадки не сходные и не противоположные припадкам естественной болезни, но совершенно разнородные, которые, следовательно, не имеют прямого отношения к врачуемой болезни; об этом способе говорено выше, при обзоре способов старой медицинской школы. Он представляет собой несовершенное подражание крайне недостаточным усилиям жизненной силы, силы растительной и неразумной, которая будучи представлена самой себе, стремится как ни попало освободиться от болезни. Эта органическая сила существует для сохранения организма только в здоровом состоянии, а не для восстановления здоровья, нарушенного болезнью, и отнюдь не может служить образцом искусству врача, требующему глубоких соображений и суждения.

§ 23

Image Image

Каждый чистый и точный опыт убеждает нас, что упорные припадки болезни не могут уничтожаться лекарствами, вызывающими противоположные явления (как требует этого антипатический, энантиопатнческий или паллиативный способы), но что, напротив того, болезненные припадки, после кажущегося краткого облегчения, снова обнаруживаются еще с большей жестокостью и очевидно приводят больного в худшее положение (см. §§ 58, 62, 69).

§ 24

Image Image

Итак, не остается другого способа лечения болезней, кроме гомеопатического, по которому против совокупности припадков должно отыскать такое лекарство, которое преимущественно пред всеми прочими средствами, по изменениям, производимым им в здоровом теле, обладало бы способностью возбуждать искусственную болезнь, в возможной мере сходную с естественной болезнью, о которой идет дело.

§ 25

Image Image

Единственный непреложный оракул в искусстве лечения — чистый опыт9, произведенный точными исследованиями, научает нас, что действительно, из всех лекарств, обладающих способностью расстраивать здоровье людей, то, которое возбуждает в здоровом теле припадки, сходные с большинством припадков лечимой болезни, уничтожает всю совокупность припадков этой болезни, т. е. всю болезнь (см. §§ 616) скоро, верно и прочно; это замечается во всех болезнях без исключения, предполагая однако, что прием лекарства надлежащим образом уменьшен и разжижен.

§ 26

Image Image

Целительные действия гомеопатического способа обусловлены естественным законом, который еще не узнан поныне, но на котором, однако, во все времена основывалось всякое истинное лечение. Вот формула этого закона: "Слабейшее динамическое поражение надежно уничтожается в живом организме другим сильнейшим, если последнее различно от первого по своей сущности, но весьма сходно по образу своего проявления"10.

§ 27

Image Image

Таким образом, целительная способность лекарств основывается на сходстве их припадков с припадками болезни (§§ 1226), так что всякое поражение может уничтожиться скорым, коренным и безопасным образом только при помощи такого лекарства, которое преимущественно пред прочими способно произвести в организме искусственное состояние, в возможной степени сходное с совокупностью припадков лечимой болезни и в то же время превосходящее ее в силе.

§ 28

Image Image

Так как этот естественный закон излечения подтверждается всяким чистым и правильным опытом и сам по себе не подлежит сомнению, то нам нет надобности изъяснять гомеопатическое излечение научным образом, и я даже очень мало ценю такое теоретическое объяснение, ввиду очевидности самого факта. Впрочем следующее объяснение мне кажется наиболее верным, так как оно основано исключительно на данных чистого опыта.

§ 29

Image Image

Всякая болезнь (нехирургическая) состоит только в динамическом уклонении жизненной силы от нормального состояния, состоящем в изменении отправлений и ощущений организма и обнаруживающемся видимыми припадками, назначая больному гомеопатическое лекарство, врач подвергает его влиянию другой динамической силы, превращающей естественную болезнь в искусственную, которая очень сходна с первой и несколько сильнее ее. А так как сила, производящая болезнь, представляет собой нечто нематериальное, чисто динамическое, то естественная болезнь перестает существовать, как скоро ее заменит искусственная, первая преодолевается и уничтожается последней. Но так как продолжительность искусственно вызванной болезни обыкновенно незначительна11, то и она тотчас преодолевается жизненной силой, так что эта хранительница нашего организма скоро возвращается к нормальному состоянию целости и первоначального здоровья. Это весьма правдоподобное объяснение основывается на следующих положениях.

§ 30

Image Image

Состояние здоровья человека, по-видимому, гораздо сильнее изменяется лекарствами, чем естественными болезненными раздражениями, так как последние преодолеваются и уничтожаются искусственными, лекарственными12.

§ 31

Image Image

Неприязненные силы, как физические, так я душевные, поражающие нас при жизни и называемые вредоносными и болезненными влияниями, не обладают безусловной способностью расстраивать наше здоровье13. Человеческий организм впадает через них в состояние болезни тогда только, когда он находится в особенное расположении к восприятию этих влияний; поэтому они не могут, ни в массе людей, ни в отдельных случаях, производить болезни во всякое, время.

§ 32

Image Image

Но совсем иначе действуют лекарственные болезни. Всякое истинное лекарство действует на каждого человека во всякое время и при всяких обстоятельствах, вызывая в нем свойственные себе припадки (даже ясно заметные, если прием довольно велик), так что каждый человеческий организм безусловно поражается и, так сказать, заражается врачебной болезнью, что не всегда мы видим в недугах естественных.

§ 33

Image Image

Итак, опыты доказывают14, что человеческое тело гораздо склоннее и способнее раздражается и испытывает перемены здоровья от лекарств, чем от вредоносных влияний и заразительных миазмов, другими словами, что вредоносные, нелекарственные влияния обладают более слабой и относительной силой, тогда как болезненная сила лекарств проявляется безусловно и превосходит болезненное действие первых.

§ 34

Image Image

Впрочем, преобладающая сила искусственных болезней не единственное условие их способности лечить естественные. Необходимо также, чтобы искусственная болезнь была по возможности сходна с естественной, ибо только в таком случае, при одновременном преобладании силы, естественная болезнь может быть подменена и уничтожена искусственной. Этот закон до того непреложен, что сама всесильная природа не может излечить болезни путем присоединения к ней новой несходной, тем не менее врач в состоянии достигнуть этой цели лекарствами, производящими несходное с болезнью состояние в здоровом теле.

§ 35

Image Image

Для пояснения рассмотрим в трех различных случаях способ действия природы при двух естественных, несходных болезнях, соединенных в одном и том же теле, равно как действие обыкновенного лечения болезней аллопатическими лекарствами, т. e. не способными произвести искусственное состояние, сходное с лечимой болезнью. Мы увидим, что ни сама природа, производя другую, негомеопатическую болезнь, хотя бы и сильнейшую, ни врач, употребляя лекарство негомеопатическое, как бы ни было оно сильно, не в состоянии излечить болезни хронической или слишком тяжкой.

§ 36

Image Image

I. Если две несходные болезни, встретившись в одном организме, оказываются равносильными, или прежняя болезнь сильнее последующей, то последняя будет отражена первой; так, например, страдающий тяжкой хронической болезнью не заразится умеренным осенним поносом (dysenteria), или другой подобной же эпидемией. Левантская язва, по словам Ларрея, не появляется в местах появления скорбута, которому также не подвергаются страдающие лишаями. Английская болезнь, по заявлению Дженнера, препятствует действию прививной оспы. По наблюдениям Гильдебранта, страдающие гнойным воспалением легких не заражаются эпидемическими лихорадками, если они не слишком жестоки.

§ 37

Image Image

Точно таким же образом аллопатическое лечение, не слишком сильное, хотя продолжалось бы многие годы, не может излечить застарелой хронической болезни; она остается без изменения, ибо ее лечат лекарствами, которые не могут возбудить в здоровом теле поражения, сходного с естественным страданием.

§ 38

Image Image

II. Второй случай бывает тогда, когда новая несходная болезнь сильнее предшествовавшей. Здесь прежняя болезнь останавливается на время новой, пока последняя сама пройдет или излечится, но затем прежняя болезнь появляется снова. Tulpius15 сообщает, что двое детей, подверженных падучей болезни, заразились чесоткой, причем эпилептические припадки прекратились, но как скоро чесотка прошла, эпилепсия возвратилась снова. По наблюдениям Schoepf'a16 чесотка исчезла на все время, пока больной страдал скорбутом, но по излечении цинги появлялась снова. Гнойное воспаление легких17 приостановилось, когда больной был поражен тяжкой нервной горячкой, но по миновании ее приняло свое прежнее течение. Мания, присоединяясь к чахотке, по-видимому, уничтожает последнюю со всеми ее припадками; но лишь только умопомешательство проходит, как бугорчатка возвращается и убивает больного18. Если корь и оспа поражают младенца одновременно, то уже высыпавшая корь обыкновенно останавливается, уступая место оспенным прыщам, а по излечении последних появляется снова. Равным образом, по наблюдениям Манжета19, уже привитая и высыпавшая наружу оспа задерживается дня на четыре появлением кори, затем снова воспринимает свое течение; при этом, если оспа привита назад тому шесть дней, то обусловленное ею воспаление приостанавливается обнаружившейся корью, а оспа появляется не прежде, как корь окончит свое семидневное течение20. В другом случае, когда прививали оспу детям в местах корней эпидемии, у многих появлялась корь через четыре или пять дней после привития и препятствовала высыпанию оспы до своего окончания; затем уже высыпала привитая оспа и протекала благоприятно21. Настоящая скарлатина22, гладкая, рожевидная, соединенная с жабой, была остановлена на четвертый день появлением предохранительной оспы, а по прошествии последней скарлатина появилась снова. Таким же образом и предохранительная оспа была задержана в десятый день появлением настоящей скарлатины, так что ее красный кружок исчез совершенно; но когда скарлатина прошла, предохранительная оспа появилась снова и имела правильное течение23 (отсюда, по-видимому, следует, что эти болезни равносильны). Корь также задерживает предохранительную оспу; по наблюдению Kortum'a, через восемь дней по привитии, когда предохранительная оспа достигла высшего своего развития, появилась корь; оспа тотчас же остановилась и окончила свое течение уже после окончания кори, так что ее гнойные прыщи в шестнадцатый день имели такой вид, какой они должны иметь в десятый24. В другом случае, из практики того же Kortum'a25, привитая оспа оставалась еще в своей силе после появления кори. но окончить полное свое течение могла только по прошествии присоединившейся сыпи. Я наблюдал случай, где заушница (angina parotidea) исчезла тотчас по привитии предохранительной оспы и только по совершенном прекращении последней, когда исчезли кружки ее прыщей, опухоль заушных и нижнечелюстных желез, обусловленная особенным миазмом, возвратилась и окончила свое семидневное течение.

Вообще так всегда бывает со всеми несходными болезнями: сильнейшая задерживает слабейшую (если только они не соединяются между собой, что редко случается в острых болезнях); но одна другой они никогда не излечиваются.

§ 39

Image Image

Врачебное искусство в продолжение стольких веков видело все это; оно видело, что сама природа не может излечить болезни присоединением к ней нового, несходного с ней недуга. Однако, вопреки указаниям опыта, хронические болезни продолжали лечить аллопатическим способом, т. е. лекарствами, способными вызвать болезненное состояние, не сходное с состоянием естественной болезни. Применяя сильное аллопатическое лечение против хронической болезни, аллопаты производили искусственную болезнь, которая могла замаскировать и прекратить естественную только на время своего продолжения. Они должны были видеть, что первоначальная болезнь, задержанная на известное время, всегда возвращалась, как скоро ослабление сил больного не позволяло более производить аллопатических нападений на его здоровье. Таким образом, например, лихорадочная сыпь (exanthema) вскоре исчезла с тела посредством сильных и частых приемов слабительного; но когда искусственная болезнь, произведенная в кишках больного и несходная с псорой, становилась невыносима, когда он не мог уже принимать слабительных, упомянутая сыпь снова появлялась, как и прежде, причем внутренняя псорическая болезнь обнаруживала какой-нибудь другой мучительный припадок, присоединившийся к болезненному расстройству пищеварительных органов и значительному ослаблению сил. То же должно сказать об искусственных язвах или фонтанелях, производимых на коже с целью уничтожения хронической болезни; они никогда не достигнут этой цели, потому что излишни и аллопатичны в отношении к внутреннему страданию. Впрочем, так как раздражение. производимое несколькими фонтанелями, часто оказывается сильнее раздражения естественной болезнью, то последняя иногда действительно утихает и приостанавливается, но и эта временная остановка покупается ценой истощения сил больного. Так, падучая, в продолжение многих лет задерживаемая фонтанелями, по свидетельству Пеклина и др.27, возвращается в еще более худшем виде, когда закрывают эти фонтанели. Но как слабительные относительно псоры, так и фонтанели в отношении к падучей, лекарства несходные и непригодные, так и все эти рецепты, составляемые в неизвестных и наудачу собранных средств против бесчисленных других болезней, чужды им, несходны с ними и потому непригодны для лечения. Они только ослабляют, задерживают и отдаляют на некоторое время зло, но не могут излечить его; от долговременного же употребления подобных лекарств нередко развивается новая болезнь, которая соединяется с прежней.

§ 40

Image Image

III. В третьем случае, новая болезнь, после долговременного влияния на организм, соединяется, наконец, с прежней несходной болезнью и образует с ней новый сложный недуг, причем каждая из соединившихся болезней занимает отдельную часть тела, т.е. органы, которые ей наиболее приличны, предоставляя другой болезни тоже части, ей свойственные. Так, зараженный сифилисом может еще приобрести псору, и наоборот. Как две несходные болезни, они не могут ни исключить, ни излечить одна другую. Вначале, при преобладания псоры, припадки сифилиса задерживаются, но как скоро последний сделается по крайней мере равносильным псорическому поражению, обе болезни совмещаются в организме, причем каждая занимает свойственные ей части тела28 и заражение становятся сложнее и труднее для излечения.

При стечении двух скоротечных заразительных болезней, например, оспы и кори, одна обыкновенно задерживается другой, как сказано выше, но случаются жестокие эпидемии, где (хотя редко) две несходные острые болезни появляются одновременно в организме и таким образом соединяются на короткое время. При эпидемии оспы и кори, было по крайней мере 300 случаев, где эти болезни избегали, или задерживали одна другую, так что корь поражала только через 20 дней после появления оспы, а последняя через 17 или 18 дней после кори, причем одна болезнь совершенно проходила, когда появлялась другая. Но в одном из этих 300 случаев Р. Russell29 видел эти две несходные болезни одновременно у одной и той же особы. Rainey30 также наблюдал у двух девушек соединение оспы с корью. Jean Maurice31 говорит, что он встретил только два таких случая в продолжение всей своей практики. Подобные же наблюдения можно найти у Эттмиллера32 и др. Zencker33 наблюдал случай, где прививная оспа продолжала свое правильное течение вместе с корью и просяной лихорадкой. По наблюдению Дженнера, прививная оспа не прерывала своего течения в продолжение меркуриального лечения.

§ 41

Image Image

Усложнение болезней от долговременного употребления непригодных лекарств встречается еще чаще взаимного осложнения естественных недугов; настойчивое повторение таких лекарств производит, наконец, в теле настоящую искусственную болезнь, соответствующую собственным и специфическим качествам этих лекарств. Но так как эти искусственные страдания не могут излечить несходной с ними хронической болезни гомеопатическим раздражением, то они соединяются с ней и присовокупляют новую искусственную болезнь к прежнему естественному страданию, так что больной становится вдвойне больным и более трудным для излечения. Здесь можно бы привести множество случаев из разных медицинских журналов. Сюда же относятся частные случаи сифилиса (особенно в осложнения псорой или сикозом), лечимого долгое время непригодными меркуриальными составами, причем болезнь не только не излечивается, но осложняется хроническим ртутным худосочием34 и образует с ним какую-то чудовищно сложную болезнь (обыкновенно называемую скрытым сифилисом), излечение которой в высшей степени трудно я даже невозможно.

§ 42

Image Image

Сама природа, как сказано выше, допускает иногда одновременное существование двух естественных болезней в одном и том же теле. Но это усложнение касается только двух несходных недугов, которые, согласно вечным законам природы, не могут взаимно уничтожиться и излечиться один другим. Эти две несходные болезни, совмещаясь в теле, делят, так сказать, между собой организм, причем каждая по преимуществу захватывает свойственные себе части, что однако, опять-таки по несходству этих болезней, может оставаться безвредным для целости нашего существования.

§ 43

Image Image

Но совсем иначе бывает при стечении двух подобных болезней, т. е. когда к существующей болезни присоединяется другая, сильнейшая и сходная с ней. Здесь-то показывает природа, как она сама собой может лечить болезни и чего требует от врача.

§ 44

Image Image

Эти две сходные болезни не могут ни отражать (см. о несходных болезнях § 36), ни взаимно задерживать одна другую (§ 38), ни существовать в теле одновременно, образуя сложную болезнь (§ 40).

§ 45

Image Image

Действительно, две болезни, хотя и различные между собой по своей сущности35, но вполне сходные по своим чистым действиям, т.е. относительно вызываемых ими страданий и припадков, всегда взаимно уничтожаются встречаясь и одном и том же организме причем сильнейшая преодолевает слабейшую. Причину этого легко понять. Две несходные болезни могли существовать в одном и том же теле, потому что их несходство позволяло им занимать различные места в организме; но здесь присоединившаяся болезнь занимает те же части тела и поражает те же самые органы движения и чувства, которые уже заняты болезнью. Итак, невозможно, чтобы сильнейшая болезнь существовала подле слабейшей; она необходимо должна умалить и совсем уничтожить прежнюю, как свет лампы меркнет перед солнечным лучом, который раздражает зрительный наш нерв с большей энергией. Поражаясь новой болезнетворной силой, подобной уже существующей в организме, но сильнейшей, жизненное начало освобождается от первоначального поражения и неизбежно остается под исключительным влиянием сильнейшей болезнетворной силы, так что прежняя болезнь исчезает.

§ 46

Image Image

Здесь можно бы привести множество примеров гомеопатического излечения самой природой одних болезней посредством присоединения к ним других, сходных с ними. Но не выходя из области известных и неопровержимых фактов, мы должны исключительно придерживаться только тех, всегда одинаковых болезней, которые происходят от постоянного миазма и известны под определенным названием.

Оспа, столь известная по сложности и жестокости своих припадков, служила черезвычайно часто для гомеопатического излечения многочисленных болезней, сходных с ней по симптомам. Так, одно из самых общих действий оспы состоит в том, что она производит жестокое воспаление глаз, часто оканчивающееся потерей зрения; но она же и излечивает хроническое воспаление глаз, по наблюдениям Dezoteux36 и Leroy37. По свидетельству Klein'a38, потеря зрения, продолжавшаяся два года и обусловленная скрывшейся внутрь псорой, излечилась под влиянием оспы. Сколько раз оспа вызывала глухоту и одышку! Но эти же болезни были и уничтожаемы ею, когда она достигала высшего своего развития, как свидетельствует J. F. Closs39.

Воспаление ядер, даже самое сильное, тоже частый припадок оспы; поэтому она могла уничтожить значительную и долго существовавшую опухоль левого ядра, происшедшую от ушиба, как это наблюдал Klein40, и значительную опухоль под глазами, по свидетельству другого наблюдателя41.

Оспа производит также тщетные позывы на низ (tenesmi anales), сопровождающие обыкновенно кровавый понос, поэтому она и прекращала кровавый понос, как наблюдал это Fr. Wendt42.

Когда после прививной оспы появляется натуральная, последняя тотчас уничтожает первую, не допуская ее достигнуть полного развития, как по значительному сходству, так и потому, что она сильнее прививной. Но если натуральная оспа появляется в то время, когда прививная оспа уже близка к зрелости, то последняя гомеопатически ослабляет первую, как наблюдал Muhry43 и многие другие.

Кроме способности производить обыкновенные прыщи, предохраняющие от натуральной оспы, лимфа прививной оспы обладает еще способностью вызывать всеобщую скоротечную сыпь (exanthema). Последняя состоит в появлении конических прыщей, редко гнойных и крупных, обыкновенно же мелких, сухих, которые сидят на маленьких красных пятнах, перемешанных с другими красными же и круглыми пятнами на коже. Эта сыпь, сопровождаемая иногда жестоким зудом, появляется у многих детей за восемь дней прежде, а еще чаще после появления красного кружка (areolum) прививной оспы, и исчезает через несколько дней, оставляя после себя небольшие, красные, жесткие пятна на коже. Вот почему прививная оспа излечивала у детей, совершенно и прочно, самые застарелые и беспокойные сыпи, как заметили это многие наблюдатели44.

Прививная оспа, производящая, между прочим, опухоль руки45, излечила, по высыпании своем, распухшую и полупараличную руку46.

Лихорадка прививной оспы, развивающаяся обыкновенно до появления прыщей около красного кружка, излечила гомеопатически перемежающуюся лихорадку у двух особ, как свидетельствует Hardege младший47 в подкрепление замечания J. Hunter'a48, что две лихорадки (сходные) не могут совмещаться в одном и том же теле49.

Корь по лихорадке и кашлю имеет большое сходство с коклюшем. Вот почему Bosquilion50 заметил в одной эпидемии, когда обе эти болезни свирепствовали одновременно, что многие дети, заболевая корью, оставались свободными от коклюша, если бы последний был сходен с корью вполне, а не отчасти только, если бы он также сопровождался сыпью, появляющейся при кори; поэтому корь могла не всех, а только многих детей предохранить от коклюша, и то только во время этой упомянутой эпидемии. Когда же корь встречалась в теле с недугом, сходным с ней в главном припадке, именно с появлением скоротечной сыпи, то она без сомнения может излечить его гомеопатически. Таким образом по наблюдению Kortum'a51 излечивались быстро, вполне и прочно хронические лишаи по высыпании кори. Просовидная жгучая сыпь на лице, шее и руках, продолжавшаяся шесть лет и возобновляющаяся при всякой перемене погоды, была превращена появлением кори в повсеместный подкожный отек; когда же прошла корь, то и неприятная сыпь была совершенно излечена и затем уже не возвращалась52.

§ 47

Image Image

Эти естественные излечения всего яснее и убедительнее учат врача выбору искусственных болезнетворных сил, способных уничтожать болезни верно, скоро и прочно.

§ 48

Image Image

Из приведенных примеров видно, что сама природа никогда не может уврачевать одну болезнь другой, несходной, как бы ни была последняя сильна, но она производит это излечение, как бы чудом, только под влиянием сильнейшей и сходной болезнетворной силы, припадки которой подобны припадкам лечимой болезни. Причина этого кроется в вечных и неизменных, но поныне неизвестных нам законах природы.

§ 49

Image Image

Мы нашли бы гораздо большее число этих гомеопатических естественных излечении, если бы, с одной стороны, наблюдатели были к ним внимательнее, а с другой, природа не имела так мало вспомогательных болезней, способных лечить гомеопатически.

§ 50

Image Image

Природа может употреблять для этой цели только немногие болезни с постоянным миазмом, о коих сказано было выше (оспа, корь с признаками оспы). Но болезнетворные силы, служащие природе целительными средствами, опаснее для жизни и ужаснее врачуемой ими болезни, так что последствия от них, я свою очередь, должны быть уничтожаемы лекарствами же; таким образом, природа может лечить гомеопатически только небольшое число недугов, и то с большой опасностью и неудобством для больного, ибо она не может сообразно с обстоятельствами изменять приемы этих болезнетворных сил. почему должна действовать всей совокупностью их на больного, хотя бы к очевидному вроде для него. Тем не менее мы видели разительные примеры гомеопатических излечении, произведенных самой природой, которые сами по себе служат доказательством коренного закона во врачебном искусстве: лечить болезни лекарствами, которых припадки были бы подобны припадкам этих болезней.

§ 51

Image Image

Вышеприведенных естественных излечении достаточно, чтобы понять закон, сейчас нами указанный. Но какое преимущество имеет в этом случае человек над природой! Сколько тысяч искусственных болезненных сил представляют ему лекарства, распространенные по всему лицу земли) Все это-производители искусственных болезней; весьма различные по своим действиям, они могут служить целительными средствами против всех естественных недугов, какие только возможно себе представить; это болезненные силы, которые врач может употреблять в столь малых приемах, что они поистине немногим сильнее той сходной болезни, которая должна ими уничтожиться; почему влияние этих болезненных сил исчезает само собой после совершенного излечения и уже не имеет нужды в других лекарствах для уничтожения в свою очередь! Отсюда следует, что этот превосходный способ лечения не требует никаких насильственных действий на организм я больной чувствует только легкий, мало заметный, но быстрый переход от естественного страдания к здоровью, которого он желает.

§ 52

Image Image

Из вышесказанного достаточно ясны великие выгоды гомеопатического способа, равно как и неудобства способа аллопатического, не имеющего прямого влияния на хроническую болезнь и действующего на менее страждущие части организма испражняюшими, противодействующими, отвлекающими и т. под. средствами. Употребляя сильные приемы этих сложных врачебных веществ (которых составные части, по их специфическим действиям, по большей части неизвестны) и истощая силы больного, врач производит искусственное состояние, разнородное и несходное с лечимой болезнью, которое, вследствие естественных законов и вышеприведенных примеров, никогда не может вылечить хроническую болезнь, но только ее усиливает (см. §§ 3641). Аллопатический способ подражает грубой, неразумной жизненной силе, которая, будучи предоставлена самой себе, старается освободиться от болезней через возбуждение разнородных страданий в наименее поврежденных частях тела. Что же касается неважных скоротечных болезней, она прекращает их, причиняя тяжкие страдания и черезвычайно истощая силы больного; сильные и опасные лихорадки преодолевает она с невероятной, но неприличной энергией, а в хронических болезнях ее усилия всегда бесплодны. Итак, будем лучше подражать природе в этих спасительных, хотя и редких излечениях, где она уничтожает болезнь быстрым образом, присовокупляя к первоначальному состоянию новое сходное страдание.

§ 53

Image Image

Действительные и безвредные излечения достигаются только гомеопатическим способом, который найден нами посредством опытов и наблюдений (§§ 725), Это единственный путь, которым искусство может прекращать болезни самым верным, скорым и надежным образом, так как он основан на вечном и непреложном законе.

§ 54

Image Image

Гомеопатический способ (§§ 4349) есть единственный и лучший из всех трех возможных врачебных способов также потому, что он один держится прямого пути, ведущего к легкому, скорому и надежному излечению, не ослабляя больного и нисколько не вредя ему. Это единственная прямая линия между двумя точками.

§ 55

Image Image

Что касается аллопатического или гетеропатического способа, то мы о нем уже говорили в начале книги, потому нам остается только сказать о третьем способе - антипатическом.

§ 56

Image Image

Третий единственно возможный53 способ — антипатический (энантиопатический) или облегчающий, по видимому, оказывает помощь больному, доставляя ему скорое облегчение. Но мы сейчас укажем, как вреден и бесполезен этот способ во всякой сколько-нибудь продолжительной болезни. Правда, изо всех способов прежней школы только этот имеет прямое отношение к какой-нибудь части болезни; но какое отношение? Обратное, которого должно бы наиболее избегать, чтобы за временное облегчение не подвергать больного ожесточению болезни.

§ 57

Image Image

Обыкновенный врач, следующий способу антипатическому, обращает внимание на один припадок, наиболее беспокоящий больного, не заботясь о прочих симптомах. Против этого главного припадка он дает лекарство, которое непременно противодействует лечимому припадку, следуя правилу "contraria contrariis", принятому за полторы тысячи лет старой медицинской школой. Так предписывает он сильные приемы макового сока против болей всех родов; ибо ему известно, что это средство быстро притупляет чувствительность. То же средство употребляется от поноса, потому что оно останавливает червеобразное движение кишечного канала и притупляет его чувствительность; то же лекарство признано полезным и в бессоннице, так как оно внезапно вызывает глубокий и оцепенелый сон. Он употребляет слабительные, если больной страждет завалами и запором; заставляет держать обожженную руку в холодной воде, которая на время унимает жгучую боль; предписывает больному, жалующемуся на холод и недостаток жизненной теплоты, жаркие бани, которые на минуту согревают его; ослабленного хроническим страданием заставляет пить вино, временно оживляющее силы. Таким же точно образом употребляются некоторые другие лекарства, противоположные болезни (т. е. антипатические); но кроме вычисленных, врачу остается только небольшое число других средств, потому что обыкновенное врачебное искусство знает специфические действия (первоначальные) только очень немногих лекарств.

§ 58

Image Image

Разбирая критически этот третий способ лечения, я хочу только слегка заметить, что он не верен, ибо имеет в виду уничтожить только один припадок, а следовательно малую часть целого; поэтому от него и нельзя ждать помощи против целой болезни, чего, однако, только и желает больной (см. прим. § 7). Но опыт и внимательное наблюдение доказывают, что после такого временного облегчения антипатическим лекарством, всегда и без исключения, следует ожесточение всякой хронической или продолжительной болезни, хотя бы врач и изъяснял это произвольным действием болезни, которая, по его мнению, только теперь обнаруживается54.

§ 59

Image Image

Никогда важные припадки продолжительной болезни не излечивались подобными противоположными и облегчительными средствами, но после минутного облегчения всегда и вскоре следовало противоположное состояние, т. е. возвращение и даже очевидное ожесточение болезни. Так давали кофе от хронической спячки, потому что кофе возбуждает бодрствование в своем первоначальном действии; но как скоро действие это окончится, спячка усиливается. От частых пробуждений ночью, предписывали принимать маковый сок, который, сообразно со своим первоначальным действием, производил в первую ночь глубокий и оцепенелый сон, но тем прерывистее сон бывал в следующие ночи. Таким же образом противополагали опиум хроническому поносу, потому что он, по своему первоначальному действию производит запор, но тем сильнее возвращается остановившийся на малое время понос. Только на малое время можно унять всякую сильную и часто появлявшуюся боль маковым соком, но потом она всегда возвращается в худшем виде и усиливается часто до нестерпимого. Обыкновенный врач не знает никакого другого лекарства от ночного хронического кашля, кроме опия, который в своем первоначальном действии прекращает всякое раздражение дыхательного горла; но если кашель и будет унят на первую ночь, то в следующие ночи он сделается сильнее, а при дальнейшем употреблении этого облегчительного средства, в постепенно увеличиваемых приемах, к кашлю присоединяются лихорадка и ночные поты. Слабость мочевого пузыря и происходящее от нее задержание мочи пытались лечить настойкой шпанских мух — лекарством противоположным (антипатическим), которое раздражает мочеточники, и хотя вначале производит усиленное выведение мочи, но потом делает мочевой пузырь еще менее способным раздражаться и сжиматься и легко может вызвать паралич этого органа. Хроническую наклонность желудка к запорам старались устранять слабительными лекарствами и солями, которые в сильных приемах возбуждают частые извержения из кишок; но последующим действием этих лекарств всегда бывает усиление запора. Обыкновенный врач хочет также уничтожить хроническую слабость, заставляя больного пить вино, вначале возбуждающее силы, но тем более ослабляющее их своим вторичным действием. Такой врач пытается укрепить и разгорячить страждущий от холода и хронической слабостн желудок, давая больному разгорячающие пряности, но эти облегчительные средства делают желудок еще недеятельнее своим последовательным действием. Думали даже, что недостаток жизненной теплоты и лихорадочная дрожь должны уступать теплым ваннам; но больные делались от этого еще слабее и наклонное к ознобу, чем прежде. Части, сильно обожженные, получают мгновенное облегчение от холодной воды; но вскоре боль от ожога снова усиливается и воспаление развивается до высшей степени. Застарелый насморк лечат чихательными средствами, возбуждающими отделение носовой мокроты; но насморк усиливается от вторичного действия этих лекарств, вследствие чего нос все более и более залегает. Посредством электричества и гальванизма, этих в высокой степени раздражающих сил, первоначальным их действием внезапно приводили в самое деятельное движение мышцы, ослабленные в продолжение значительного времени и почти лишенные чувствительности (парализованные) члены; но впоследствии (последовательное действие) от них совершенно уничтожалась всякая мышечная раздражительность и следовал почти совершенный паралич. Посредством кровопускания хотели препятствовать хроническому приливу крови к голове, но затем всегда следовало значительное волнение крови. Угнетение деятельности телесных и умственных органов, соединенное с потерей памяти, преобладает над другими припадками во. многих родах тифозных горячек: на том основании, обыкновенное медицинское искусство употребляет в этих случаях большие приемы валерианы, считая ее одним из наилучших лекарств, возбуждающих и оживляющих нервную деятельность. Но от внимания старой школы ускользнуло, что упомянутый результат употребления валерианы выражает только ее первоначальное действие, что при вторичном действии (противодействии) этого средства организм вскоре впадает в еще большее оцепенение и неподвижность, т.е. в настоящий паралич телесных и душевных органов, который может кончиться даже смертью. Она не видела, говорю я, что именно больные, которых наиболее кормили валерианой, умирали всего чаще. Малый, частый пульс в кахексиях замедляют на несколько часов настоем наперстянки, действительно имеющей свойство замедлять пульс в своем первичном действии; но затем повторные и усиленные приемы этого средства уже меньше исправляют пульс, а в последовательном действии еще более ускоряют его; при дальнейшем лечении больной теряет сон, аппетит, силы и вскоре умирает, если не сходит с ума. Словом, ложная теория совершенно упустила из виду, как сильно вторичное действие антипатических лекарств ожесточает болезни.

§ 60

Image Image

При появлении этих печальных следствий употребления антипатических лекарств, врач обыкновенно старается устранять их усиленными приемами тех же лекарств при всяком ожесточении болезни. Но этим достигается только кратковременное облегчение; при постепенном же увеличении приемов облегчающего средства, оно возбуждает другую, более тяжкую болезнь, или подвергает опасности жизнь, но никогда не излечивает долговременной или застарелой болезни.

§ 61

Image Image

Если бы врачи размышляли о столь печальных слсдствиях употребления антипатических лекарств, то они давно открыли бы важную истину, что только в методе противоположном антипатическому должно искать действительный и надежный способ врачевания; они поняли бы, что если врачебное действие, противное болезненным припадкам (антипатическое), доставляет только кратковременное облегчение, за которым всегда следует ожесточение недута, то доставлять надежное и совершенное излечение в болезнях необходимо должен способ лечения противоположны и ему, т.е. гомеопатический, который всегда основан на сходстве припадков. Но несмотря на то, что ни один врач никогда не произвел надежного и совершенного излечения застарелой болезни, если в его рецепте не находилось господствующего гомеопатического лекарства; несмотря на то, что всякое быстрое и совершенное излечение самой природой всегда производилось посредством новой сходной болезни (§ 46), присоединявшейся к прежней; несмотря на все это, говорю, они не нашли в целом ряду веков спасительного закона гомеопатии.

§ 62

Image Image

Причина этих печальных следствий облегчающего или антипатического способа лечения, с одной стороны, и блистательного успеха гомеопатии, с другой, объясняется множеством наблюдений. Никто не находил их до меня, хотя они весьма близки каждому и столько же ясны, сколько и важны для науки лечения.

§ 63

Image Image

Каждое лекарство, равно как и всякая сила, имеющая влияние на нашу жизненную деятельность, расстраивает и видоизменяет последнюю, производя в состоянии здоровья более или менее продолжительную перемену. Эту перемену называют первоначальным действием, и, хотя бы она была вызвана одновременным действием лекарства и жизненного начала, тем не менее, она по преимуществу есть сила врачебная. Хранительная сила организма затем стремится противодействовать чуждому влиянию, и это противодействие, принадлежащее нашему жизненному началу, этот результат его автоматической деятельности, называется вторичным, или реактивным действием (противодействием).

§ 64

Image Image

В продолжение первоначального действия искусственных болезненных сил на здоровое тело, жизненное начало, по-видимому, играет вначале просто страдательную роль, как бы поневоле воспринимая и вынося впечатления внешней силы, на него действующей; но затем оно приобретает самостоятельность и противополагает первоначальному действию другое, как результат собственной энергии. Здесь возможны два случая:
а) Если в теле существует состояние, прямо противное первоначальному действию чуждой силы, то жизнедеятельность всегда стремится воспроизвести его, и притом соразмерно с силой болезненного или врачебного влияния, а также со своей собственной энергией (действие вторичное, реактивное).
б) Но везде, где такого противного состояния не оказывается, жизненное начало старается, по-видимому, только изгладить превышающей силой первоначальное действие внешней силы и, вместо последнего, восстановить состояние спокойствия и правильного здоровья (действие вспомогательное, целебное).

§ 65

Image Image

Примеры первого случая, о котором идет здесь речь, наблюдает каждый из нас ежедневно. Рука, после погружения ее в горячую воду, приобретает вначале гораздо более жару, нежели другая, не погруженная (действие первоначальное), но после некоторого времени она прохлаждается и становится холоднее другой (действие вторичное или реактивное). Сильное разгорячение, происходящее от сильного страдания (действие первоначальное), сменяется ознобом и дрожью (действие реактивное). Рука, погруженная на долгое время в самую холодную воду, вначале становится бледнее и холоднее другой (действие первоначальное), но затем она делается не только теплее другой, но даже очень теплой, и краснеет (действие реактивное). Напившись крепкого кофе, мы чувствуем черезмерную живость (действие первоначальное), но она вскоре сменяется ощущением тяжести в теле и сильной наклонностью ко сну (действие реактивное), если мы не устраняем этих припадков на некоторое время, опять напившись кофе (процесс облегчительный). Доставивши себе глубокий и оцепенелый сон маковым соком (действие первоначальное), тем менее, пользуются сном в следующую ночь (действие реактивное). После запора, произведенного опиумом (действие первоначальное), следует понос (действие реактивное), а после испражнения, произведенного лекарствами, раздражающими кишечный канал (действие первоначальное), следует запор в продолжение многих дней (действие реактивное). Таким образом, первоначальное действие каждого лекарства, которое в большом приеме способно сильно расстраивать состояние здорового тела, непременно сопровождается противным состоянием, производимым жизненной силой повсюду, где только такое состояние положительно возможно.

§ 66

Image Image

Понятно, что от влияния слишком малых приемов гомеопатических лекарств нельзя заметить столь разительного противодействия. Правда, в этом случае и первоначальные действия столь малы, что едва заметны даже для внимательного наблюдателя, но реактивное, или вторичное действие (противодействие), производимое организмом, бывает не сильнее того, сколько необходимо для восстановления здоровья.

§ 67

Image Image

Эти неоспоримые факты, представляемые нам природой и опытом, достаточно объясняют выгоды гомеопатического способа и невыгоды антипатического.

Только в случаях крайней опасности и таких болезней, которые недавно овладели особами, прежде совершенно здоровыми, например, в случае обмирания или кажущейся смерти, вызванной громовым ударом, удушьем, черезмерным холодом и пр., позволительно и прилично возбуждать прежде всего раздражительность и чувствительность тела (жизнь физическую) облегчительным лекарством, например, легкими электрическими сотрясениями, клистирами из крепкого кофе, возбуждающими нюхательными средствами, постепенными согреваниями и пр. Так как физическая жизнь тогда возбуждается, то органы опять начинают свои правильные отправления, как и в здоровом теле. Здесь собственно нет болезни, но только угнетение жизненной силы. Сюда же относятся многие антидоты против внезапных отравлений, например, щелочные соли против минеральных кислот, серная печень против металлических ядов, камфора и рвотный корень (ipecacuanha) против отравлений опием и пр.

Не должно думать, чтобы гомеопатическое лекарство не было прилично в известном случае болезни, если некоторые маловажные припадки от лекарства соответствуют антипатически припадками болезни; довольно и того, что те из болезненных припадков которые наиболее важны и замечательны (симптомы характеристические), будут сходны с припадками лекарственными, которые одерживали бы над первыми верх, ослабляли и уничтожали их; в этом случае немногие противоположные припадки исчезнут сами собой, как скоро лекарство перестанет действовать, нимало не препятствуя восстановлению здоровья.

§ 68

Image Image

Что же касается гомеопатических излечений, то опыт показывает нам, что черезвычайно малые приемы, требуемые этим способом (см. §§ 275287), однако совершенно достаточные для того, чтобы преодолеть своими сходными припадками естественную болезнь, возбуждают сначала в организме небольшую врачебную болезнь, которая продолжается некоторое время после уничтожения естественной. Но так как прием был черезвычайно мал, то эта искусственная болезнь так легка и кратковременна, что противодействие ей организма развивается именно в той мере, сколько нужно для совершенного восстановления здоровья. Это усилие будет весьма незначительно, ибо все припадки естественной болезни уже устранены.

§ 69

Image Image

В лечении антипатическом, или облегчающем, оказываются совершенно противоположные явления. Правда, припадок от лекарства, который противополагается здесь врачом припадку болезни (например, бесчувственность и оцепенение, которые производит в своем первоначальном действии маковый сок, применяются против острой боли), не чужд последнему; оба находятся в очевидном, но обратном отношении между собой. Уничтожение припадка болезни здесь производится через противный врачебный припадок; но это-то именно и невозможно. Правда, что антипатическое лекарство непременно касается поврежденной части организма также точно, как и гомеопатическое; но первое только заглушает припадок болезни и делает его на короткое время незаметным. В самом деле, в первую минуту влияния облегчительного средства организм не переносит никакого неприятного ощущения ни от болезни, ни от лекарства; казалось бы, что оба уничтожили один другого взаимно, что один динамически нейтрализован другим; так например,, оцепеняющая сила макового сока уничтожает боль, ибо в первые минуты организм ничего не чувствует. ни оцепенения, ни боли. Но противный врачебный припадок не может заместить находящуюся в организме болезнь, как это совершается при гомеопатическом способе лечения, где лекарство возбуждает искусственную болезнь, очень сходную с естественной и сильнейшую последней. Антипатическое лекарство, будучи противно болезни и оттого совершенно различно, должно оставить ее уничтоженной. Только вначале его действия болезнь становится незаметной и как бы нейтрализуется динамически55. Но это врачебное действие тотчас ослабевает, как и всякое врачебное поражение, а антипатическое лекарство не только оставляет болезнь в том состоянии, в каком она находилась прежде, но еще заставляет организм производить действие, противное облегчительному действию (см. §§ 6365); ибо все облегчающие лекарства должны даваться в больших приемах, чтобы произвести видимое облегчение. Итак, это противоположное состояние есть противное первоначальному действию лекарства, следовательно, сходное с естественной болезнью. Последняя не только не уничтожается, но еще более укореняется и усиливается этой новой болезнью, которую присовокупляет к ней организм (реактивное действие следует за облегчительным)56. Припадок болезни (часть целой болезни) поэтому ожесточается по прекращении действия облегчительного средства, и ожесточается соразмерно с величиной приемов. Чем больше были приемы макового сока, который дали для успокоения боли, тем более усиливается недуг после того, как лекарство окончит свое действие57.

§ 70

Image Image

Из всего вышесказанного, несомненно следует:
1) Единственный предмет лечения, ясный для врача в болезнях, состоит в страданиях больного и видимых изменениях в состоянии его здоровья, одним словом, в совокупности припадков, которыми болезнь указывает на лекарство, способное излечить ее; напротив того, исследование внутренней причины болезней основывается на гипотезах и часто обманчиво.
2) Поражение нашего организма, называемое болезнью, может перемениться на состояние здоровья только путем другого органического поражения при помощи лекарств. Поэтому целительная сила последних состоит единственно в их способности расстраивать и видоизменять здоровье людей, т. е. возбуждать особенные припадки болезни; эта целительная сила может быть узнана самым ясным и точным образом только через опыты, производимые над здоровыми людьми.
3) Аллопатические лекарства (производящие в здоровом теле припадки несходные и чуждые припадкам естественной болезни) не могут излечить ее истинным образом; равно и самая природа никогда не производит такого излечения, где болезнь уничтожалась бы другой, присоединившейся к ней, но с ней несходной, как ни сильна была бы последняя.
4) Таким же точно образом, на основании опытов, невозможно допустить, чтобы болезнь, уже продолжавшаяся некоторое время, могла быть излечена таким средством, которое производит в здоровом теле искусственный припадок, противный известному припадку естественной болезни. Оно производит только временное облегчение, а затем всегда наносит вред. Следовательно, совершенно неприлично употреблять антипатический или облегчительный (паллиативный) способ в застарелых и тяжких болезнях.
5) Третий способ, единственный, который возможен — способ гомеопатический, употребляющий против всей совокупности припадков естественной болезни лекарство, способное производить в здоровом человеке искусственные припадки, возможно более сходные с припадками существующими, представляет самый верный и спасительный путь, которым болезни, как динамическое расстройство жизненной силы, всегда прекращаются и уничтожаются легким, совершенным и прочным образом. Сама природа подает нам пример в этом случае; присовокупляя к прежней болезни новую сходную с ней, она исцеляет первую скоро и надежно.

§ 71

Image Image

Если, в чем нет сомнения, болезни не иначе могут ясно обнаруживаться врачу, как только группами известных припадков; если, во-вторых, целительное свойство лекарств основывается на одной способности их возбуждать признаки и явления болезни в живом организме, и если, наконец, лекарства не могут уничтожать болезней верным, приятным, скорым и прочным образом иначе, как через искусственные припадки, сколь возможно более сходные с естественными, то лечебный способ гомеопата подводится под следующие три пункта:
I. Как исследовать предмет лечения, т.е. болезнь?
II. Каким образом находить средства, употребляемое для излечения болезней, т.е. искусственные болезненные силы, содержащиеся в лекарствах?
III. Как должен врач применять эти искусственные болезненные силы к излечению болезней?

§ 72

Image Image

Человеческие болезни бывают или скоротечные, или продолжительные. Скоротечными называются внезапные поражения жизненной силы, имеющие определенную продолжительность, более или менее кратковременную. Продолжительные (хронические) недуги, напротив того, после малого и часто незаметного начала, нечувствительно овладевают организмом (каждая особенным образом) и, наиболее нарушают его нормальное состояние, тогда как жизненная сила противополагает им только слабое, неумелое и бесполезное сопротивление (как вначале, так и впоследствии) и никогда не может устранить их собственной своей энергией. Эти недуги обусловлены хроническим миазмом и, постепенно усиливаясь, наконец совершенно разрушают организм.

§ 73

Image Image

Скоротечные или острые болезни бывают частные, спорадические (разноместные) и эпидемические (повальные). Скоротечными частными называются болезни, поражающие одно какое-нибудь лицо и происходящие от особого вредного влияния, к которому этот человек преимущественно расположен. Невоздержанность в жизни, недостаток в необходимых потребностях питания и существования тела, сильные физические впечатления, простуда, черезвычайное разгорячение, утомление, душевные потрясения и пр. бывают нередко случайными причинами подобных острых заболеваний. Но очень часто они представляют внезапное и кратковременное обнаружение скрытой псоры (psora), которая снова впадает в свое пассивное состояние, если скоротечные болезни не слишком жестоки, или тотчас устраняются лечением. Скоротечные спорадические болезни овладевают несколькими людьми вдруг, в разных местах, и происходят от вредных метеорологических или теллурических влияний. Скоротечные эпидемические болезни, близкие к спорадическим, происходят от подобной же причины, но поражают многих одновременно, а если много людей, подверженных болезненному влиянию, скучено в тесном, пространстве, то становятся обыкновенно заразительными. Эти эпидемические горячки или имеют особенное свойство58, приличное только данной эпидемии, или представляют собой горячки с особенным миазмам, являющиеся всегда под одной и той же формой. Гибельные следствия войны, наводнений и голода часто бывают производящими причинами эпидемий первого рода. Все особы, страдающие в течение этих эпидемий, представляют болезни однородные, которые, будучи предоставлены самим себе, оканчиваются в короткое время смертью или выздоровлением. Эпидемические горячки другого рода, отличаемые известными именами, суть скоротечные миазмы, которые поражают человека один раз в жизни, каковы: оспа, корь, коклюш, сиденгамова гладкая скарлатина59, заушница и пр., или же миазматические горячки, которые обыкновенно являются под формой довольно сходной, но могут случаться с человеком и не один раз в жизни, каковы: восточная чума, желтая лихорадка некоторых приморских стран (например, американская, крымская и пр), восточно-индийская холера и т. д.

§ 74

Image Image

К сожалению, в отдел хронических болезней дóлжно отнести также общие страдания, какие развиваются при аллопатическом способе лечения, вследствие продолжительного употребления сильных, героических средств в грубых и возвышаемых приемах. Сюда относятся: злоупотребление каломеля, сулемы, серой ртутной мази, азотнокислого серебра, йода и его соединений, опия, валерианы, хинной коры и хинина, синильной кислоты, серы и серной кислоты, продолжительных (по году и долее) отвлекающих, кровопусканий, пиявок, фонтанелей, заволок и пр.; непрерывным и неприятным действием этих средств жизненная сила отчасти жестоко ослабляется, отчасти же приходит постепенно в ненормальное состояние, вследствие чего, для сохранения жизни организма, она стремится изменить его, отнимая или черезмерно повышая в той или другой части тела раздражительность или чувствительность, разрыхляя или стягивая органы, производя в них размягчение или отвердение, иногда даже вовсе уничтожая их путем развития органических пороков, наружных и внутренних увечий организма60.

§ 75

Image Image

Эта порча человеческого здоровья, вызываемая неправильным аллопатическим лечением, производит опаснейшие и неизлечимейшие хронические болезни, особенно если они достигли значительной степени развития.

§ 76

Image Image

Итак, гомеопатия доставляет нам благодетельную помощь только против естественных болезней; для излечения же нередко годами продолжавшихся лекарственных болезней и увечий организма (хотя бы даже при верном выборе лекарства против основного хронического миазма), необходимо было бы переменить заново самую жизненную силу, совершенно ослабленную и извращенную беспрерывным напором лекарственных деятелей. Человеческое искусство, по моему мнению, не в силах выполнить эту задачу.

§ 77

Image Image

Хроническими болезнями неправильно называют недуги, вызванные устранимыми, случайными вредными влияниями, каковы: пребывание в нездоровых местностях, неумеренный физический или умственный труд, недостаток в движении и чистом воздухе, частые огорчения и заботы, вредные пища и питье и т.п. (если только продолжительность этих влияний не успела вызвать действительно хронической болезни), так как излечение подобных недугов достигается вполне одной переменой образа жизни больного с устранением вредных условий.

§ 78

Image Image

Истинные естественные хронические болезни суть те, кои основываются на хроническом миазме и, несмотря на самую лучшую физическую и нравственную диету, постепенно усиливаются и мучат больного до конца его жизни, если не будут излечены приличными лекарствами. Это самые многочисленные и самые ужасные враги человеческого, рода, ибо ни крепость телосложения, ни крайняя умеренность, ни самая энергическая жизненная сила не могут их уничтожить.

§ 79

Image Image

Поныне только одна сифилитическая болезнь (syphilis) была известна как хроническая миазматическая, которая, будучи предоставлена самой себе, оканчивается только со смертью человека. Другая болезнь того же рода есть sycosis (болезнь смоквоподобных наростов, смоковная болезнь), которую доселе думали лечить единственно разрушением накожных наростов, не обращая внимания на общую порчу соков.

§ 80

Image Image

Третий и самый важный хронический миазм есть псора (psora), которой внешним характеристическим признаком бывает особенного рода сыпь, производящая нестерпимый и похотливый зуд (и имеющая особенный запах), тогда как сифилитическая болезнь распознается по сифилитическому шанкру, а смоковная по шероховатым и похожим на цветную капусту наростам; впрочем, все эти характеристические признаки появляются не прежде как по совершенном внутреннем заражении организма. Псора есть единственная, истинная и первоначальная причина, производящая все другие бесчисленные формы хронических болезней, которые в патологических системах излагаются как известные и отдельные виды болезней, каковы: слабость нервов, истерика, ипохондрия, безумие, меланхолия, бешенство, падучая болезнь и судороги всех родов, английская болезнь, наросты на костях и сгибах, костоеда, рак, гриб, подагра, геморрой, желтуха, кровотечение из носу, желудка, матки и проч., удушье и нагноение легких, мужское бессилие и бесплодие, мигрень, бельмо, темная вода, глухота, камни в почках, паралич, слабость какого-нибудь чувства, разного рода боли и пр.61

§ 81

Image Image

Этот заразительный миазм, начало которого скрывается в глубокой древности и который прошел через сотни поколений и миллионы человеческих организмов, достиг в настоящее время невероятной степени зрелости и развернулся под бесчисленными формами болезней. Припомним также бесконечно разнообразное телосложение людей и бесчисленное различие вредных влияний62, на них действующих, и мы не удивимся разнообразию недугов, повреждений и страданий, происходящих от псоры и упоминаемых в патологиях под особенными именами как самостоятельные болезни63.

§ 82

Image Image

Хотя открытие псоры, как важного источника хронических недугов, подвинуло час на несколько шагов вперед к определению свойства большинства болезней, и хотя мы теперь и могли бы найти с большей легкостью надежные лекарства для страданий, основанных на упомянутом миазме; однако же, несмотря на то, врачу-гомеопату вменяется в непременную обязанность с точностью разыскивать, в каждой псорической болезни, ее признаки и особенности, и находить верное показание к приличному лекарству; ибо ни острая, ни хроническая болезнь не могут быть излечены верно и прочно без строгого рассмотрения всех признаков и припадков, т.е. без самой точной индивидуализации. Единственное различие, существующее между исследованием скоротечных и хронических болезней, состоит в том что для составления верной истории первых нужно меньше времени, труда, и вопросов, ибо здесь главные признаки гораздо резче и виднее, нежели в болезнях хронических, которые, часто в продолжение многих лет, развиваются нечувствительно, почему исследование всех явлений и страданий здесь гораздо труднее64.

§ 83

Image Image

Перехожу к изложению главных наставлений об исследовании болезней вообще. Врач, наблюдающий какую-нибудь данную болезнь, воспользуется только теми замечаниями, которые к ней относятся. Само собой разумеется, что он должен иметь ум непредубежденный, чувства неиспорченные, внимательность и верность в наблюдении за переменами болезни.

§ 84

Image Image

Больной говорит о своих страданиях; его родные снова пересказывают, на что он жалуется, каков он был и все, что они в нем заметили; врач видит, слушает и наблюдает собственными чувствами все явления, признаки и черезвычайные случаи. Он записывает рассказ больного и особ, его окружающих, в точности сохраняя их выражения. Если можно, он дает спокойно докончить изложение, не мешая им, особенно если они не делают бесполезных отступлений, ибо всякая остановка сбивает рассказывающих, прерывая нить их мыслей, и в таком случае им не все приходит на память с такой верностью, как бы сначала хотелось рассказать. Только он должен просить, чтобы они с самого начала говорили, не торопясь, дабы ему можно было следить за их рассказом и записывать его.

§ 85

Image Image

При каждом новом обстоятельстве, объявленном больным или его родственниками, врач начинает новую строку, чтобы все припадки писались один под другим, каждый отдельно. Только таким образом будет он в состоянии делать дополнения к каждому припадку, о коем сначала могли бы рассказать ему слишком неудовлетворительно, а потом уже с большей ясностью.

§ 86

Image Image

Когда упомянутые особы кончат все, что они желали высказать от самих себя, тогда врач присовокупляет к каждому припадку более точные определения, о коих осведомляется следующим образом: он перечитывает все сказанное больным и делает вопросы о каждом припадке особенно, например: в какое время был этот случай? Прежде ли принятия лекарств, доселе употребляемых больным, или в то время, когда еще он принимал их, или через некоторое время после принятия произошло то или другое действие? Какая боль, какое ощущение обнаружилось в таком-то месте? В какой именно части тела оно было? С послаблениями ли была боль и чувствовалась по временам, или продолжалась беспрерывно, не давая больному отдыха? Сколько времени продолжалась она? В какое время дня или ночи, и в каком положении тела была она сильнее, и когда совершенно переставала? Какие именно были подробности такого-то случая или обстоятельства?

§ 87

Image Image

Таким образом, врач заставляет больного определить все припадки, объявленные ему прежде, никогда однако не подготовляя своим вопросом последующего ответа, так чтобы больному оставалось говорить только "да" или "нет"65, ибо без этого больной был бы принужден утверждать то, что только вполовину истинно, или происходило совсем иначе; наконец, по беспечности или из желания сделать удовольствие врачу, он стал бы отрицать то, что в действительности было. Понятно, что ложные ответы, доставляя ложное понятие о болезни, могут обусловить неправильный образ лечения.

§ 88

Image Image

Если врач найдет, что в этом добровольном заявлении не было упомянуто о многих частях или отправлениях тела, то спрашивает, нет ли еще чего-нибудь замечательного в отношении к этим частям и отправлениям, но при этом он должен употреблять только общие выражений, чтобы рассказывающий по преимуществу сам составил свой рассказ66.

§ 89

Image Image

Когда больной (ему-то особенно дóлжно верить относительно его ощущений, за исключением притворных болезней) доставил врачу своими объяснениями необходимые сведения и довольно полно обрисовал историю болезни, то последний может затем предлагать вопросы более частные67.

§ 90

Image Image

Когда врач запишет ответы на все свои вопросы, он отмечает и то, что сам заметит в больном68, и осведомляется, не был ли пациент еще до своей болезни подвержен тому или другому из этих обстоятельств, только что замеченных им.

§ 91

Image Image

Случаи и состояние здоровья больного в то время, когда он принимает лекарства, или тотчас после них не дают верного понятия о болезни. Напротив, припадки и недуги, которыми больной страдал прежде употребления лекарств, или по прошествии многих дней после того, как он прекратил лечение, представляют истинную форму болезни, и их-то особенно должен врач записывать. Если больной страждет хроническим недугом и доселе пользовался лекарствами, то врач может оставить его на несколько дней без всякого лекарства, или давать ему пока что-нибудь нелекарственное. Он отлагает, таким образом, на некоторое время точное исследование признаков болезни, дабы наблюдать потом постоянные припадки прежней болезни во всей их чистоте и иметь возможность воспроизвести верную ее историю.

§ 92

Image Image

Но если нам представляется скоротечная болезнь, угрожающая опасность которой не терпит промедления, то врач необходимо должен довольствоваться одним наблюдением состояния болезни в том виде, какой принят ею под влиянием употребления лекарств (особенно если он не мог изучить припадков больного прежде чем последний начал принимать лекарства), и составлением себе наличной формы болезни, т. е. этого смешения естественной болезни с врачебной, дабы придти в состояние преодолеть все зло гомеопатическим средством, ибо так как прежние лекарства были часто неуместны, то искусственная болезнь бывает обыкновенно значительнее и опаснее первоначальной и часто требует самой скорой помощи для спасения больного.

§ 93

Image Image

Если болезнь была вызвана каким-нибудь особенным случаем, недавним или давнишним, то больной или его родные укажут этот случай сами собой, или по благоразумном осведомлении69.

§ 94

Image Image

При исследовании хронических болезней необходимо старательно определять те отношения, в коих находится больной касательно своих обычных занятий, обыкновенной диеты, домашней жизни и пр., для того чтобы узнать, не гнездится ли в них причин, возбуждающих или поддерживающих болезнь, и иметь возможность помогать выздоровлению, исправляя эти условия70.

§ 95

Image Image

В хронических недугах исследование как вышеупомянутых, так и всех других припадков, должно делать с наивозможной тщательностью и точностью, не упуская даже самых мелочных подробностей, ибо, во-первых, эти припадки очень замечательны в этих страданиях и черезвычайно различны от припадков скоротечных болезней, так как невозможно за один раз рассмотреть их столь внимательно, чтобы этого достаточно было для успешного лечения. Во-вторых, хронические больные до такой степени свыкаются со своими долговременными страданиями, что не придают никакой важности многочисленным мелким припадкам, в которых часто заключается главный характер болезни и которые потому решают выбор лекарства. Такого рода больные смотрят на эти припадки как на необходимую принадлежность своего физического состояния почти как на самое здоровье, истинное ощущение которого они забыли в продолжение пятнадцати или двадцати лет страданий. Им даже не приходит в голову мысль, что эти малейшие припадки, эти более или менее важные отличия от настоящего состояния здоровья неразрывно связаны с их главной болезнью.

§ 96

Image Image

Сверх того, самые больные бывают очень различного нрава; некоторые из них, особенно ипохондрики и особы, отличающиеся большой чувствительностью и нетерпеливостью, описывают свои болезни в слишком ярком свете, чтобы побудить врача к скорой помощи71.

§ 97

Image Image

Напротив, другие особы, по лености или из ложно понимаемой скромности, или по особенной робости в характере, умалчивают о качестве болезней, либо объясняются темными выражениями; наконец, отзываются о них, как о маловажных.

§ 98

Image Image

Итак, с одной стороны несомненно, что должно обращать особенное внимание на изъяснения самим больным своей болезни и собственных ощущений, и более им верить, чем рассказам родных и сиделок, обыкновенно искажающих выражения больных, но, с другой, неоспоримо (в отношении ко всем вообще, а особенно к хроническим болезням) и то, что наблюдение проявления болезни в полной совокупности припадков и отличительных признаков требует большого навыка и соображения, особенного знания людей и неистощимого терпения.

§ 99

Image Image

Вообще исследование болезней скоротечных и недавно начавшихся для врача гораздо легче, чем исследование хронических, потому что в первом случае, как у больного, так и у окружающих его особ еще свежо воспоминание о всех случайностях болезни и ясно различие между настоящим положением больного и состоянием его недавнего здоровья; болезненные припадки еще новы и отчетливы. Правда, врачу и здесь дóлжно все разузнавать таким же точно образом, как и в хронических недугах, но ему нужно меньше выспрашивать, ибо почти все говорится добровольно.

§ 100

Image Image

Что касается исследования совокупности припадков эпидемических и спорадических болезней, то нет ни малейшей нужды доискиваться, существовало ли когда на свете что-либо подобное под тем же или другим названием. Новость и особенность такой заразительной болезни нисколько не изменяют ни образа ее исследования, ни способа лечения, ибо врач всегда должен иметь в виду, что ясное проявление каждой болезни, находящейся перед его глазами, есть нечто неведомое и новое для него, почему обязан это проявление рассматривать самым точным и верным образом, если хочет быть истинным и основательным врачом; поэтому он никогда не должен руководствоваться догадками вместо верного наблюдения, или смотреть на какой-нибудь случай болезни как на известный в целом и частях, предварительно не исследовав его обстоятельно во всех припадках. Это тем более здесь необходимо, что всякая заразительная болезнь во многих отношениях есть явление особого рода и, по точному исследовании, много отличное от других заразительных болезней прошлого времени, которым ошибочно придавали одно и то же название. Я, однако, исключаю отсюда те эпидемии, которые происходят от миазма всегда одинакового, как-то: натуральную оспу, корь и др.

§ 101

Image Image

Может случиться, что врач, имея дело в первый раз с новой эпидемической болезнью, не усмотрит тотчас совершенного ее проявления, ибо открыть целость этих сложных болезней можно не иначе, как наблюдая многие подобные случаи; тем не менее, по тщательному исследованию, он может по первому и второму больному составить себе такое понятие о болезненном состоянии, что получит характеристическое изображение болезни и тотчас найдет против нее приличное гомеопатическое лекарство.

§ 102

Image Image

Когда записаны будут припадки многих подобных случаев, то полученное сведение всегда делается полнее, не по растянутости и многословию, но по совмещению замечательнейших и характеристических частностей сложной болезни. С одной стороны, общие припадки (например, недостаток аппетита, отсутствие сна) получают более точное определение; с другой, явления замечательнейшие и более частные или, по крайней мере, более редкие и свойственные только малому числу случаев, выразятся лучше других и выяснят характер этой заразительной эпидемии72. Правда, что у всех особ, подвергающихся подобной эпидемии, болезнь возникает из того же самого источника и, следовательно, одинаковая; но всякое продолжение такой эпидемической болезни и совокупность ее припадков (знание коих необходимо для полного изображения болезни и выбора наиболее приличного гомеопатического лекарства) не могут быть наблюдаемы на одном больном, но выясняются только из наблюдения многих больных различного телосложения.

§ 103

Image Image

Тот же самый способ, необходимый при исследовании всякой эпидемической болезни, применим при хронических недугах с постоянным миазмом, и особенно при псоре. Особы, подверженные подобной хронической болезни, представляют только ее частности. Поэтому мне необходимо было наблюдать множество случаев, чтобы получить полное изображение этих миазматических недугов, чтобы составить себе верную идею псоры; иначе было бы невозможно найти действительные лекарства против разнообразных форм этого худосочия.

§ 104

Image Image

Когда характеристическое изображение болезни изложено на бумаге, труднейшая часть работы окончена73. Врач будет иметь всегда перед глазами это изображение и может рассматривать недуг во всех оттенках, чтобы противоположить характеристическим и замечательным чертам лечимой им болезни искусственные силы, которые в возможной мере сходны с ней в первоначальных действиях, т. е. лекарство в высшей степени гомеопатическое, выбранное из ряда припадков всех лекарств, известных по их чистым действиям. Итак, если он удостоверится в успехах лекарства и перемене в состоянии больного, то в дальнейших случаях ему остается только соображаться с первоначальным начертанием совокупности припадков, исключая из пего те, кои исчезли, или присовокупляя к нему болезненные признаки, появившиеся впоследствии.

§ 105

Image Image

Вторая часть обязанности врача состоит в исследовании орудий, назначаемых к лечению, т.е. в исследовании болезненных сил лекарств, ибо когда дело идет о лечении какой-либо известной болезни, то ему должно выбирать средство, представляющее ряд припадков, из которых можно составить искусственную болезнь, по возможности сходную с совокупностью характеристических припадков естественной болезни.

§ 106

Image Image

Болезненные силы лекарств должны быть известны в целом, т.е. врач должен наблюдать, сколько возможно, все припадки и перемены здоровья, которые всякое лекарство в частности может произвести, прежде чем дозволить себе надеяться, что он в состоянии найти и выбрать гомеопатические лекарства против большинства естественных болезней.

§ 107

Image Image

Если бы для исследования этих качеств давали лекарства только больным особам, то увидели бы только малую часть их чистых действий, а может быть и совсем ни одного, даже при испытании простых лекарств; ибо очень редко бывает, чтобы собственные припадки, какие врачебные средства способны производить сами собой смешиваясь с припадками естественной болезни, уже существующей в теле, могли быть ясно замечены.

§ 108

Image Image

Итак, чтобы найти собственные действия лекарств на здоровых людей, самое надежное и естественное средство состоит в том, чтобы давать различные лекарства, каждое отдельно и в умеренных приемах, здоровым особам, и наблюдать, какие припадки и перемены произойдут от этого в состоянии души и тела, т.е. какие элементы искусственных болезней могут произойти от этих лекарств74. Так как всякая целительная сила лекарств основана единственно на их способности изменять здоровье людей, то очевидно, что эта сила узнается наблюдением чистых лекарственных действий над здоровым человеком (см. §§ 2427).

§ 109

Image Image

Я первый прошел этот путь с настойчивостью, которая объяснима только искренним убеждением в той великой истине, что гомеопатическое употребление лекарств есть единственный способ лечения человеческих болезней известным и совершенным образом75.

§ 110

Image Image

Заметки прежних авторов о вредном действии многих врачебных веществ, поступавших (по неосторожности, со злым умыслом, или по другой причине) в большом количестве в желудок здоровых людей, по большей части, согласны с моими наблюдениями при опытах с теми же самыми веществами над самим собой и над другими здоровыми особами. Означенные авторы выдают подобные факты, как истории отравления ядом, как результат пагубных действий этих веществ. Главная цель их сообщений состоит в том, чтобы предостеречь нас от опасности; затем, чтобы прославиться своим знанием, когда лекарства, употребляемые против опасных болезненных случаев, мало помалу приводили больных к выздоровлению и наконец, чтобы оправдаться вредоносностью этих веществ, которые они называли ядами, если больные умирали в продолжение лечения. Никто из наблюдателей и не подозревал, чтобы припадки, исчисляемые ими как доказательства вреда и ядовитости этих веществ, были верными признаками, научавшими нас уничтожать этими же веществами, как лекарствами, сходные между собой страдания в естественных болезнях. Никто из них не подозревал, чтобы болезни, возбуждаемые этими веществами, представляли собой чистые открытия их спасительных гомеопатических действий. Никто не понял, что только наблюдением перемен, производимых лекарствами в теле здоровых людей, можно узнать врачебные силы тех лекарств, так же как, напротив того, невозможно находить в них чистые и собственные качества путем рассуждении a priori, или по запаху, вкусу и наружной форме их, или через химическое разложение, или смешивая многие вместе и давая их в этой смеси (рецепте) больным. Они не предчувствовали, говорю я, чтобы эти рассказы о лекарственных болезнях образовали некогда первые задатки фармакологии — науки, которая с самого своего начала до настоящего времени была наполняема догадками и выдумками, постоянно нуждаясь в истинном и твердом основании.

§ 111

Image Image

Сходство моих наблюдений о чистых действиях лекарств с сообщениями древних писателей (хотя с совершенно различным намерением), равно как и сходство этих известий с другими того же рода у новейших авторов, легко убеждают нас в том, что врачебные вещества, расстраивая состояние здорового тела, следуют естественным, определенным и вечным законам, вызывая припадки верные, положительные и свойственные индивидуальности каждого из этих веществ.

§ 112

Image Image

В древних описаниях следствий, часто гибельных, происходивших от лекарств, употребляемых в неумеренных приемах, мы находим также припадки, которые появлялись не прежде, как к концу этих несчастных случаев, и были совершенно противоположного свойства с замеченными при начале. Эти припадки, противоположные первоначальному действию (§ 63), или истинному влиянию лекарств на тело, составляют вторичное действие, или противодействие организма (§§ 6269). Однако, когда для опыта давались умеренные приемы подобных веществ здоровым особам, то очень редко выводили что-нибудь из этого противодействия; а когда приемы были слишком малы, то и совсем ничего не замечали. Если эти малейшие приемы употребляются при гомеопатическом лечении, то организм противополагает им только то противодействие, какое в точности необходимо для восстановления правильного состояния здоровья (§  67).

§ 113

Image Image

Только одни наркотические средства составляют исключение в этом последнем отношении. Уничтожая в своем первоначальном действии частью чувствительность и впечатлительность, частью же раздражительность, они, даже в умеренных приемах, даваемых для опыта здоровым особам, очень часто усиливают чувствительность и раздражительность во вторичном действии.

§ 114

Image Image

Но, исключив эти наркотические вещества, все другие лекарства, даваемые для опыта здоровым особам в умеренных приемах, допускают видеть только первоначальные свои действия, т. е. припадки, свойственные лекарству, которыми оно расстраивает здоровье человека и производит в нем болезненное состояние, более или менее продолжительное.

§ 115

Image Image

Между первоначальными действиями некоторых лекарств есть много таких, кои в частности или при случайных обстоятельствах противоположны другим первоначальным припадкам, которые уже показались или покажутся впоследствии. Однако поэтому их нельзя принимать за противодействующие или вторичные действия организма; они только образуют состояния, чередующиеся между различными пароксизмами первоначального влияния лекарства; подобные лекарства обладают попеременными действиями.

§ 116

Image Image

Некоторые припадки производятся лекарствами в здоровом теле часто, другие реже, иные, наконец, очень редко.

§ 117

Image Image

К этим последним принадлежат так называемые идиосинкразии, или особенности телосложения, вследствие которых известные, впрочем, здоровые особы приходят в состояние нездоровья или болезни, более или менее важной, под влиянием веществ, не вызывающих, по-видимому, на других людей ничего болезненного76. Но эти прочие особы только по наружности кажутся изъятыми от болезненного влияния этих веществ. Всякое повреждение состояния здоровья через внешнее вещество предполагает, с одной стороны, что это вещество имеет силу оказывать над телом свое влияние, а с другой, что тело обладает способностью воспринимать от него впечатления. Итак, значительные расстройства в здоровье, случающиеся при идиосинкразиях, не должно приписывать исключительно особенности в сложении тела больных особ; они необходимо обусловлены также свойствами тех веществ, которые подают к ним повод. Следовательно, эти вещества должны обладать способностью производить одинаковое действие над каждым больным, под известными условиями, но необходимо и то, чтобы немногие из здоровых людей были расположены к восприятию таких необыкновенных действий. Эта истина очевидно доказывается тем, что означенные вещества излечивают гомеопатически припадки болезни, подобные тем, которые они могут вызывать в особах, подверженных известной идиосинкразии77.

§ 118

Image Image

От всякого лекарства, происходят особенные действия в человеческом теле, и никогда врачебное вещество иного рода не может произвести действий совершенно одинаковых78.

§ 119

Image Image

Как один род и вид растения разнится по внешней форме, по развитию и росту, по вкусу и запаху от всякого другого вида и рода, так и каждый минерал и каждая соль отличны от всех других по своим внешним и внутренним качествам, как физическим, так и химическим (что уже одно должно бы заставить избегать всякого смешения); по той же причине все врачебные вещества разнятся между собой в их болезненных, а следовательно и целебных действиях79. Каждое из этих веществ производит перемены в состоянии здоровья особенным только ему свойственным образом, почему смешивать его с другими невозможно80.

§ 120

Image Image

Итак, необходимо с возможной точностью обособлять лекарства, ибо от них зависит жизнь и смерть, здоровье и болезнь, для чего необходимо испытывать их свойства и истинные действия тщательными и чистыми опытами над здоровыми особами. Только таким образом можно приобрести истинное знание лекарств и избежать ошибок при лечении, ибо только точный выбор лекарства может возвратить больному скоро и надежно величайшее из земных благ — телесное и душевное здоровье.

§ 121

Image Image

Испытывая чистые действия лекарств над здоровым телом, должно обращать внимание на то, что сильнодействующие вещества, называемые героическими, уже в самых малых приемах могут расстроить здоровье даже у особ крепкого телосложения. Более слабые лекарства должно употреблять для этих опытов в большем количестве. Наконец, если хотят наблюдать действия самых слабых лекарств, то должно давать их особам, хотя и здоровым, но сложения нежного, раздражительного и чувствительного.

§ 122

Image Image

Легко понять, что врачебные средства, пригодные для подобных опытов, должны быть совершенно чисты, неподложны и достаточно свежи, так как от этого зависит верность науки лечения.

§ 123

Image Image

Каждое из исследуемых лекарств должно быть употребляемо в простой, безыскусственной форме. Так, местные растения должно выжимать свежими и сок их смешивать с небольшим количеством винного спирта, чтобы предохранить его от порчи; что касается чужеземных трав, то из них дóлжно приготовлять порошки или настойку (тинктуру), и давать ее для приема, смешав с некоторой частью воды. Соли и камеди непременно должны быть распущены в воде, прежде чем будут приняты. Если же растение можно достать только в сухом виде и оно слабо естественной силой, то следует приготовить из него настой на кипятке, который должно принимать еще горячим, вскоре после приготовления, ибо все выжимки и водные настои растений, к которым не прибавляется спирта, скоро киснут, портятся и теряют силу.

§ 124

Image Image

Всякое врачебное вещество, употребляемое с этой целью, должно быть простое и чистое, без всякой примеси. Равным образом не следует присоединять к нему никакого другого разнородного вещества, равно как и принимать что-нибудь лекарственное в тот день или в следующие дни, пока хотят наблюдать действие данного лекарства. Так как тинктуры смешиваются для приема с большим количеством воды, то малое количество винного спирта, сильно разжиженного, которое принимается вместе с лекарством, не представляет собой постороннего раздражения и не может мешать лекарственному действию.

§ 125

Image Image

Равным образом, во все время опыта должно соблюдать самую строгую диету, и потому надобно употреблять пищу не более как питательную, простую и без пряностей; должно избегать употребления многих свежих овощей81, кореньев, салату и супных трав, так как все эти снеди, несмотря на свое приготовление, всегда содержат в себе некоторые врачебные качества, которые будут препятствовать действию лекарства. Питье также должно быть отнюдь не раздражающего свойства82.

§ 126

Image Image

В продолжение всего опыта необходимо остерегаться утомительных физических и умственных занятий, равно как и всякого рода излишеств и страстей. Никакое важное дело не должно отвлекать исследователя от наблюдений. Ему необходимы полное самообладание и спокойствие. Наконец, ему нужно, при хорошем здоровье, уметь называть и описывать свои ощущения с достаточной ясностью.

§ 127

Image Image

Лекарство необходимо испытывать как на мужчинах, так и на женщинах, с целью выяснить изменения в половой системе.

§ 128

Image Image

Разнообразные и многолетние опыты научили меня, что лекарственное вещество, употребляемое для опытов в своей простой, грубой форме, далеко не выказывает всего богатства скрытых в нем врачебных сил; для достижения этой цели его необходимо потенцировать высокими делениями посредством надлежащих растираний и взбалтываний; благодаря этой простой обработке лекарство до невероятности развивает в себе скрытую и как бы заснувшую силу. Так же должно поступать и с лекарствами, действие которых считается слабым. Таким образом, исследователь принимает от 4 до 6 крупинок 30 деления лекарства, несколько смоченных водой, утром натощак, и повторяет этот прием несколько дней.

§ 129

Image Image

Если действие приемов окажется слабым, то для уяснения его должно усиливать ежедневный прием на несколько крупинок, так как одно и то же лекарство не всегда действует одинаково. Иногда человек, по-видимому, очень нежный вовсе не подвергается влиянию лекарства, известного за весьма сильное и данного в умеренном приеме, но раздражается многими другими лекарствами, гораздо слабейшими. С другой стороны, особы очень крепкие нередко испытывают очень сильные припадки от лекарства, по-видимому, слабого и, наоборот, менее расстраиваются другими, гораздо сильнейшими лекарствами. Итак, когда это обстоятельство не известно заранее, я советую врачу давать вначале каждому исследователю самый малый прием, который постепенно увеличивать, если он найдет это нужным, или в тот же самый день по прошествии нескольких часов, или через день, удвояя каждый раз прием.

§ 130

Image Image

Если первый прием был уже довольно силен, то испытатель изучает постепенность припадков и может с точностью записывать время появления каждого из них. Это большая выгода для исследования свойства лекарств, потому что тогда порядок первоначальных и переменных действий развивается самым ясным образом. Часто бывает достаточно даже одного очень умеренного приема, лишь бы особа, подвергающаяся испытанию, была довольно чувствительна и внимательна к своему состоянию. Продолжительность действия лекарства узнается не иначе, как из сравнения многих

§ 131

Image Image

Если же для надлежащего уяснения действия лекарств понадобится давать в продолжение нескольких дней сряду постепенно увеличиваемые приемы одной и той же особе, то исследователь научится отличать различные состояния болезни, которые вообще может производить это лекарство, но уже не подметит их последовательности, ибо следующий прием часто уничтожает (как лекарство) тот или другой припадок, возбужденный приемом предыдущим, или же производит противоположное состояние. Такие припадки должны отмечаться в скобках, как двусмысленные, пока другие опыты, более чистые, не решат, были ли это противодействия со стороны организма, или поочередные действия самого лекарства?

§ 132

Image Image

Таким образом, если сперва желают исследовать вообще только припадки, вызываемые слабым врачебным веществом, не принимая в расчет для цели опыта ни последовательности этих припадков, ни продолжительности действия лекарства, то следует принимать каждые сутки, даже несколько раз в день, усиленный прием, ибо только этим путем окажется действие лекарства, хотя бы это было самое слабое, особенно когда оно будет испытано на чувствительной особе.

§ 133

Image Image

Когда особа, производящая опыт, чувствует то или другое врачебное страдание, то для точного определения припадка ей полезно, и даже необходимо, принимать различные положения и наблюдать последующие затем перемены, например, когда она двигает страждущей частью тела, прохаживается по комнате или на открытом воздухе, когда стоит, сидит или лежит, то не увеличивается ли, не уменьшается, не проходит ли симптом, возвращаясь, может быть, когда она опять принимает свое прежнее положение? Равным образом ей нужно замечать, не изменяется ли припадок при употреблении пищи и питья, при разговоре, кашле и т.п. Наконец, следует обращать внимание также, в котором часу дня или ночи наиболее развивается припадок; все это служит к выяснению собственных и характеристических качеств симптома.

§ 134

Image Image

Припадки, производимые лекарством, не обнаруживаются все вдруг у одной особы или при одном опыте: напротив того, случается, что одна и та же особа испытывает различные припадки при первом, втором и третьем опыте над одним и тем же лекарством. Случается также, что у разных особ оказываются, по преимуществу, различные припадки, однако так, что например, у четвертой, восьмой, десятой и т. д. особы снова окажутся некоторые или многие из тех самых припадков, которые были у второй, шестой, девятой особы и т. д. Равным образом припадки редко возвращаются в один и тот же час.

§ 135

Image Image

Только из значительного ряда опытов над многими способными к тому лицами обоего пола, одаренными различным телосложением, распознаются почти все припадки болезни, которые может производить известное лекарство. Только тогда можно быть уверенным в основательном исследовании чистых действий данного средства, когда исследователи, при дальнейших опытах, замечают небольшое число новых симптомов и испытывают почти всегда те же самые явления, которые были уже замечены предшествовавшими наблюдателями.

§ 136

Image Image

Хотя лекарство, как сказано выше, обыкновенно не может обнаружить у одной особы всех перемен здоровья, какие оно способно производить, а развивает их не иначе, как на многих, одаренных различными телесными и душевными качествами; тем не менее, однако, по естественному, вечному и неизменному закону, оно несомненно стремится производить все эти припадки в каждом человеке (§ 110). Отсюда происходит его свойство проявлять свои действия, даже редко выказываемые им над здоровыми людьми, в тех случаях, когда его дают страждущему болезнями, подобными тем, которые возбуждаются лекарством. Даже данное в самом малом приеме, оно произведет тогда состояние искусственного недуга, очень похожего на естественную болезнь, который и уничтожит последнюю скорым и надежным образом, т.е. гомеопатически.

§ 137

Image Image

Уменьшите до крайней возможности прием лекарства, которое хотите испытать на ком-нибудь, и первоначальные действия, самые важные для исследования, выразятся тем яснее, причем не окажется почти никакого противодействия со стороны организма. Понятно, что для подобного опыта необходим исследователь непредубежденный, правдивый, умеренный во всех отношениях, чувствительный и наблюдательный. Напротив того, когда приемы слишком велики, тогда не только возникнут вторичные действия, но и первоначальные обнаружатся так быстро, резко и беспорядочно, что точные наблюдения становятся невозможными. Необходимо иметь в виду также опасность для испытателя от опыта с грубым приемом лекарства — опасность немаловажную в глазах всякого, уважающего человечество.

§ 138

Image Image

Все недуги, случайности и перемены в состоянии здоровья испытывающего лица в продолжение приема лекарства (если только вышеупомянутые условия § 124-127 вполне и точно соблюдались) происходят только от действия употребляемого лекарства и должны быть безусловно ему приписаны, как собственные его симптомы, хотя бы испытывающее лицо замечало в себе подобные перемены уже задолго до приема лекарства. Вторичное появление этих недугов, при испытании лекарства, доказывает лишь то, что пациент по условиям своего телосложения в особенности расположен к этим припадкам. В данном случае на эти симптомы следует смотреть не иначе, как на последствие лекарства, ибо здесь они появляются не самопроизвольно, но под влиянием принятого сильного лекарства, овладевшего всем организмом.

§ 139

Image Image

Если врач не на себе испытывал лекарство, но давал его другому лицу, то последнее должно подробно записать все свои ощущения, недуги, случайности и перемены здоровья в течение всего опыта, равно продолжительность их и время появления, как суточное, так и относительно приема лекарства. Врач рассматривает означенные показания в присутствии испытателя, немедленно после опыта или, если испытание продолжалось несколько дней, то даже ежедневно, чтобы можно было допросить особу, пока все еще в свежей памяти, о всякой подробности, случайности опыта, и затем дополнить или выкинуть добытые данные83.

§ 140

Image Image

Если испытатель неграмотен, то врач обязан расспрашивать его ежедневно, как и что с ним случалось. Все записанные сведения, конечно, должны быть собраны из откровенного рассказа самого испытателя, отнюдь не заключая в себе догадок, предположений и пр. Вообще к расспросу нужно приступать со всей осторожностью, как указано в §§ 84-99, при распознавании естественных болезней.

§ 141

Image Image

Впрочем, необходимо признаться, что из всех чистых опытов над простыми лекарствами наилучшими всегда останутся те, которые врач, свободный от предрассудков, здоровый и чувствительный, произведет на самом себе, со всеми предосторожностями и благоразумием. Выгоды этих опытов незаменимы. Во-первых, он совершенно убедится в той великой истине, что целительная сила лекарств основана единственно на их способности производить повреждения и перемены в здоровом человеке. Во-вторых, подобные опыты заставят его узнать свой собственный способ чувствовать и качества своего ума и темперамента; таким образом они приведут его к источнику всякой мудрости — познанию самого себя. В-третьих, эти опыты сделают из него наблюдателя, каким непременно должен быть всякий врач. Наблюдения, производимые над другими, далеко не представляют той занимательности, какую мы открываем в наблюдении над самим собой. Следя за опытом у другой особы, врач всегда может опасаться, что испытатель не чувствует ясно того, что хочет сказать, или не высказывает своих ощущений точными выражениями; врач всегда остается в сомнении, не обманывают ли его в мелочных обстоятельствах. Это препятствие к открытию истины, которого нельзя совершенно устранить при исследовании лекарств над другими, не существует вовсе в опытах над самим собой. Кто производит опыт над собой, тот достоверно знает, что он сам чувствовал, и всякое подобное испытание для него есть новый стимул к дальнейшему исследованию силы многих других лекарств. Таким образом, нимало не опасаясь обманываться в своих наблюдениях, он становится с каждым опытом искуснее в произведении их и приобретает горячую любовь к исследованию лекарств, недостаток в котором так ощутителен. Не думайте также, чтобы маловажные искусственные перемены в теле, происходящие при испытании лекарств, были вредны для здоровья; напротив, эти разнообразные, но умеренные потрясения укрепляют устойчивость организма против всех вредных влияний, как искусственных, так и естественных. Здоровье становится от них надежнее, а тело крепче.

§ 142

Image Image

Искусство открывать некоторые характеристические припадки простого лекарства между первоначальными припадками естественной болезни, особенно хронической (которая по большей части однообразнее острой), требует особой проницательности и должно быть предоставлено только мастерам в науке наблюдения84.

§ 143

Image Image

Когда испытают таким образом значительное число простых лекарств над здоровыми людьми, когда подробно и верно запишут все припадки, какие они могут производить, тогда мы получим истинное врачебное веществословие — свод чистых, истинных85 и несомненных действий, производимых простыми врачебными веществами. Тогда мы овладеем кодексом самой природы, где потомок прочтет длинный ряд припадков, вызываемых каждым лекарством в теле здорового человека. Эти-то припадки будут содержать в себе элементы искусственных болезней которыми врач должен лечить ту или другую сходную с ними естественную болезнь; только они, говорю, приводят нас к выбору надежных лекарств для лечения верным и несомненным способом.

§ 144

Image Image

Все догадки и предположения вполне будут исключены из такой фармакологии, которая сделается верным отзывом природы на предлагаемый ей точный и правильный вопрос.

§ 145

Image Image

Правда, что только весьма значительный запас таких испытанных средств может доставить нам лекарство против каждой из этих бесчисленных естественных болезней и худосочии, т.е. искусственную болезненную силу, им сродную86. Однако, так как каждое из тех лекарств, действия которых уже испытаны над здоровыми людьми87, производит очень много припадков, то нам остается уже немного болезней, против которых нельзя было бы найти довольно приличное гомеопатическое лекарство. Правда, что при ограниченном выборе они иногда оказываются несовершенными; тем не менее, с помощью их можно лечить несравненно больше болезней и вернейшим образом, чем под руководством всех общих и частных терапий в свете с их неизвестными и сложными лекарствами.

§ 146

Image Image

Третья часть труда врача состоит в употреблении надлежащим образом лекарств для выполнения гомеопатического лечения болезней.

предыдущая часть Введение Следующая часть следующая часть