Мищенко В. С.1, Бондаренко Г. Н.2, Фатуева Л. А.3, Кудинова Н. А.3

С. Н. Корсаков: известные и неизвестные
страницы жизни и судьбы

Гомеопатический ежегодник, МГЦ, 2009, стр. 3–15

1Московский гомеопатический центр; 2Российское гомеопатическое общество; 3Музей-заповедник "Дмитровский Кремль".

Я желал бы видеть Вас президентом Академии новой медицины, обещающей спасение человечеству.

Н. С. Мордвинов






Современник С. Ганемана Семен Николаевич Корсаков (1787–1853) более трети своей жизни посвятил служению гомеопатической науке, особенную услугу которой оказал введением в употребление высших разведений и способа их приготовления, причем рядом опытов и наблюдений доказал, что лекарственные вещества, будучи приводимы в такие деления, все еще сохраняют свою силу и способны производить исцеления. Это так называемые корсаковские разведения, которые широко используются и в настоящее время во Франции и Бельгии.

Отец его, инженер-полковник Николай Иванович, строитель Херсонской крепости и любимец князя Г. Потемкина, погиб при штурме Очакова в 1788 г. Однако благодаря заботам своей матери, женщины умной и энергичной, Семен Николаевич получил самое тщательное и изысканное домашнее воспитание. По словам лиц, близко знавших С. Н. Корсакова, он обладал большим умом, развитым блестящим образованием, и до конца жизни сохранил очаровательные черты своего характера — кротость, ласковость, приветливость и деликатность в обращении со всеми и искреннюю дружескую приязнь с родными.

По окончании воспитания он служил сначала в Министерстве иностранных дел, но в Отечественную войну 1812 г. поступил в ополчение, был ранен в сражении при Березине, затем участвовал в кампании 1813 года, где получил орден за храбрость при овладении Данцигом, а по окончании кампании поступил на службу в статистическое отделение Министерства внутренних дел. Будучи не особенно связан со службой, он бóльшую часть времени проводил в своем селе Тарусове в 90 верстах от Москвы.

Еще за несколько лет до знакомства с гомеопатией, живя в деревне, Семен Николаевич начал интересоваться медициной, что видно из оставшихся после него тетрадей, — собирал рецепты и лечил членов своего семейства и домашних.

Корсаков Семен Николаевич

В 1829 году С. Н. Корсаков в первый раз испытал на себе самом действие гомеопатического лекарства — Ledum (вероятно, в 30-м разведении): он страдал такой сильной мучительной ломотой, что без помощи костыля не мог ходить. Он принял гомеопатическое лекарство, только уступив настоятельной просьбе своего родственника А. Н. Львова. Лекарство помогло, и Семен Николаевич, пораженный его быстрым и в высшей степени плодотворным действием, с жаром принялся изучать гомеопатию.

Признав истину, он считал своим долгом совести ревностно содействовать ее распространению не только убеждениями, но и самим делом. В его бумагах, помеченных с 12 февраля 1829 г. по май 1834 г., найдены записки о лечении 11 725 разных болезненных случаев. Записки эти имеют форму таблиц, состоящую из пяти граф: номер, кому, от какой болезни, чтó дано, и результат. К каждому тому записок за каждый год прилагались алфавитные списки больных, болезней и лекарств. В 1834 г. он перестал записывать своих больных, но продолжал лечить: у него была отведена особая комната с широкой лавкой. Больной, приходя, звонил в колокольчик, проведенный в кабинет хозяина, который во всякое время тотчас же оставлял всякое занятие и являлся для оказания помощи.

С. Н. Корсаков до конца своей жизни был неустанным тружеником, занимаясь очень обширной врачебной практикой, пропагандируя гомеопатию и работая над исследованиями лекарств. Несмотря на незрелость и несовершенство его исследований и наблюдений над действиями разных лекарственных веществ на различные части организма, несмотря на эти недостатки, весьма понятные в труде неврача, неспециалиста, нельзя не отдать ему полной справедливости в глубоком понимании того дела, которому так ревностно взялся он служить. В осознанной им потребности подобного рода наблюдений незримо зарождалась идея о необходимости обобщения богатого, но лишенного всякого систематического порядка фармакологического материала, т. е. он как бы предчувствовал необходимость гомеопатической общей терапии. Стремление создать эту часть гомеопатической медицины возникло лишь 30 лет спустя в уме одного из самых ученейших мужей того времени д-ра Грауфогля.

Нельзя не поставить в заслугу Корсакова его исследования над употреблением высших разведений гомеопатических лекарств, что было одобрено даже самим Ганеманом, с которым С. Н. Корсаков вел переписку через д-ра Германа, зятя К. Б. Триниуса, академика Петербургской академии наук и племянника первой жены С. Ганемана, приехавшего в Россию в 1826 г. и успешно проводившего гомеопатическое лечение в известнейших домах Петербурга. Вот только несколько писем Германа С. Н. Корсакову.

Письмо от 27 февраля 1830 г.:

Очень рад узнать через Ваше письмо о счастливых успехах гомеопатии. Благодаря Вашему старанию объяснилось, что опыт показал Ганеману, что высокие разведения (30) совершеннее развивают деятельность лекарственного вещества и лучше действуют, производя менее ожесточений... Я не знаю способа, по которому Вы приготовляете лекарства в крупинках: Ганеман ничего не писал мне об этом, и я буду весьма Вам благодарен, если Вы дадите мне некоторые объяснения на этот счет.

Письмо Германа от 28 мая 1830 г.:

Весьма благодарен за Ваше рассуждение о бесконечном развитии целительных сил лекарственных веществ, которое хотя уже и подозревалось некоторыми гомеопатами, — было, может быть, даже испытано самим Ганеманом, — но все-таки станет известно только благодаря Вашему усердию и сделается теперь достоянием науки. Способ достигнуть 1000-го деления прост и неоспоримо верен; оба Ваши открытия дают Вам право на сердечное расположение великого основателя гомеопатии и каждого из нас.

Письмо Германа от 7 сентября 1831 г.:

Вы доставили моему тестю (Триниусу) и мне истинное удовольствие вашим трактатом ("Sur les émanations de la matière etc." — "О материи как источнике истечения сил и об упрощенном способе приготовления гомеопатических средств"), переданным от Вашего имени адмиралом Мордвиновым. Это такие интересные, новые мысли; Вы проливаете такой свет на самую неясную, темную сторону гомеопатии, что все гомеопаты должны благодарить Вас за то, что вы с таким успехом обработали эту часть науки. Ганеман был уже в восторге от первого Вашего трактата и поручил мне очень благодарить Вас...

7 марта 1832 г. С. Ганеман из Кётена прислал С. Н. Корсакову письмо:

Милостивый государь! Я удивляюсь неутомимому усердию, с каким Вы предались нашему благодетельному гомеопатическому искусству, сколько затем, чтобы иметь возможность лечить членов Вашего семейства и окружающих бедных, столько же и для того, чтобы проникнуть в тайны природы, как Вы доказали в дельных Ваших записках по этому предмету. В последней, которую Вы мне прислали через моего племянника, мне в особенности нравится превосходная мысль Ваша, что нюханье лекарства может облегчить выбор наиболее соответствующего в данном случае, для дачи его внутрь. Я сам очень часто находил подтверждение этому на опыте. Я сам по мере сил моих прежде всего стараюсь отыскивать все, что может непосредственно служить на пользу моих ближних и увеличить благополучие рода человеческого. В самом деле, я полагаю, что это самое лучшее средство найти себе счастие в непродолжительный срок жизни, дарованный смертным, и я уверен, что Вы того же мнения. Продолжайте деятельность, удовлетворяющее сердце, способное чувствовать, и продолжайте так же, прошу Вас, радовать благоволением Вашего, милостивый государь, совершенно преданного Самуэля Ганемана.

Свои знания С. Н. Корсаков деятельно передавал соседям, приятелям, родным: Левшину, Норовым, Беляеву, Н. С. Мордвинову, Н. Муравьеву, Тулинову и многим другим.

Н. С. Мордвинов в ноябре 1831 г. написал С. Н. Корсакову:

Вы много усовершенствовали гомеопатию и в этом отношении Вы оказали великую услугу человечеству, но Ваши диссертации будут известны только в Германии, публика русская не узнает их: они будут заключены в медицинские архивы, которые будут читать одни только доктора. Зачем России не знать так же, что один из наших соотечественников простер наблюдения свои далее, чем кто-нибудь из гомеопатов во всем мире? Зачем оставлять в неизвестности Ваше имя и Ваши прекрасные открытия? Я советую Вам перевести на русский язык все диссертации, посланные Вами к Ганеману, прислать их ко мне и позволить напечатать в здешних журналах.

Во время холеры 1830 и 1847 годов С. Н. Корсаков по избранию дворянства занимал должность окружного инспектора местных холерных больниц, причем со свойственной ему любознательностью и старательностью собирал и записывал сведения о ходе и лечении болезни, передавая записи Н. С. Мордвинову для опубликования.

После него осталось много литературно-медицинских трудов, которые лучше всего свидетельствуют о его неутомимой деятельности до самой смерти.

*****

В последние годы появилось много публикаций о жизни и деятельности известных людей Российской империи, составивших ее славу и оставивших заметный след в ее истории, но незаслуженно позабытых. Не составил исключения и Семен Николаевич Корсаков, который жил и работал в Дмитровском уезде Московской губернии. Однако благодаря энтузиазму сотрудников музея-заповедника "Дмитровский Кремль" проведено очень интересное исследование документов о роде С. Н. Корсакова и его окружении. На основе не опубликованных прежде фактов, документов, писем воссоздается очень живой портрет Семена Николаевича на фоне исторических событий той поры, его связей и родственных и дружеских со многими знаменитыми людьми того времени, ярко и осязаемо воспроизведена жизнь и устремления "людей, которые сделали бы честь самой превосходной нации на земле".

Нам хотелось бы познакомить наших читателей с отдельными выдержками из содержательной статьи Л. А. Фатуевой "Милое Тарусово, как не любить тебя!"

Род Корсаковых оставил заметный след в истории России.

Все Корсаковы ведут свою родословную от чеха Жигмунда Корсака, выехавшего в Литву при Витовте. Сын Жигмунда Венцеслав прибыл из Польши в Россию в 1390 г. в числе лиц, сопровождавших Великую княжну Софию Витовтовну, невесту Великого князя Московского Василия Дмитриевича. От Венцеслава Корсака пошел в России род Корсаковых и Римских-Корсаковых. У Венцеслава был брат Милослав, от которого пошел род Милославских.

Отец С. Н. Корсакова Николай Иванович — инженер-полковник, строитель Херсонской крепости и Севастопольского мола, набережной реки Фонтанки в Санкт-Петербурге, родился в Новгородской губернии. Выпускник кадетского корпуса, он в чине капитана был командирован в Англию "для изучения водяных сообщений и судоходства", слушал курс лекций известных профессоров в Оксфордском университете, посетил Эдинбургский и Кембриджский университеты, стал почетным гражданином г. Глазго за деятельное участие в проекте по расширению и углублению русла реки Клайд, сделавшей город главным европейским портом для приема судов. Проведя за границей шесть лет, он вернулся на родину высококвалифицированным специалистом. Он стал правой рукой князя Потемкина-Таврического по освоению Новороссии и руководил сооружением всех стратегических объектов в Тавриде, разработал проект дороги для приезда императрицы Екатерины II весной 1787 г. с целью обозрения успехов по созданию российского Черноморского флота и освоения Тавриды. В письме императрице Потемкин отмечал: "Корсаков, матушка, такой инженер, что у нас не бывало... Сего человека нужно беречь". Умер Николай Иванович молодым, по нелепой случайности: осматривая вражеские окопы во время осуществляемых под его руководством осадных работ под Очаковом, он, поскользнувшись, упал и разбился во рву.

Мать С. Н. Корсакова Анна Семеновна была любимой младшей сестрой адмирала Н. С. Мордвинова. После смерти мужа она посвятила свою жизнь воспитанию сына, жила с ним в семье своего родного брата, который заботился о них всю жизнь и в полной мере заменил С. Н. Корсакову отца.

Семен Николаевич родился в городе Херсоне 14 января 1787 года (по старому стилю), был крещен князем Потемкиным-Таврическим и княжной Вяземской, матерью князя Вяземского, друга А. С. Пушкина. Назван он был в честь отца матери Семена Ивановича Мордвинова, одного из первых гардемаринов Петра I, "человека большого ума и кротости нрава удивительной".

Дядюшка Н. С. Мордвинов многому научил своего любимого племянника, особенно по части наук и земледелия, которыми сам с удовольствием занимался в свободное время, а также познакомил со многими людьми, бывавшими в его доме.

В 1805 году С. Н. Корсаков поступил на службу в Коллегию иностранных дел. В Петербурге он прослушал курс лекций по естественному праву, а в мае 1811 г. с легкостью выдержал экзамены в Педагогическом институте, которые принимали преподаватели по праву, экономике, физике, математике, истории, географии, статистике. Такая аттестация, возможно, была необходима ему для определения на службу и продвижения по чину.

С началом Отечественной войны 1812 года С. Н. Корсаков вступил в ополчение, был ранен при Березине, затем участвовал в походах русских войск за границей, имел награды. С 1817 года служил в Министерстве юстиции по статистике, с 1835 года был чиновником по особым поручениям Министерства внутренних дел.

Семен Николаевич прекрасно знал чистую и прикладную математику, занимался опытами с электричеством, гальванопластикой, фотографией. В 1824 г. он представил на рассмотрение управляющему Министерства внутренних дел г-ну Ланскому проект о Гражданской бирже, или Справочном месте, — новом заведении для облегчения частных сделок. Проект был рассмотрен и одобрен, и в том же году в Кирпичном пер. близ Полицейского моста Справочное место под управлением С. Н. Корсакова начало работать, позднее Справочное место было открыто и в Москве.

Вероятно, 14 декабря 1825 г. С. Н. Корсаков, чиновник статистического отделения Министерства юстиции, был на Сенатской площади, поскольку именно он составил сводку о погибших в тот день — 1271 человек, из черни 903, малолетних 19. Эти сведения считаются наиболее достоверными, поскольку официальные круги пытались скрыть реальные цифры.

В апреле 1818 г. состоялась свадьба С. Н. Корсакова с Софьей Николаевной Мордвиновой, дочерью Н. С. Мордвинова. У них родилось 11 детей, двое из них в малолетстве умерли, осталось три дочери и шесть сыновей, все они получили прекрасное образование. В 1827 г. Семен Николаевич приобрел сельцо Тарусово Московской губернии, ставшее нескольким поколениям Корсаковых милым домом, куда они всегда стремились.

Неудобства в получении медицинской помощи в деревенских условиях, возможно, способствовали проявлению его интереса к медицине — вначале к обычной, а с 1829 года к гомеопатической. С. Н. Корсаков был поражен новым взглядом на медицину, приобрел и с жаром принялся изучать Ганемановы книги, а потом и применять гомеопатический метод, в течение 30 лет оказывая помощь всем приходящим к нему больным, в среднем около 2345 человек в год, и часто с большим успехом.

Гомеопатия захватила все его помыслы, он знал о ней все, что было написано, а с учетом собственного опыта даже больше. В том же 1828 г. он нашел способ сохранять гомеопатические лекарства в сахарных крупинках, которые можно было брать с собой, о чем позднее написал в письме С. Ганеману (НИОР РГБ, Ф. 137, К. 11, ЕХ9, Л.Л. 15–36). Такие крупинки до сих пор используются гомеопатами во всем мире. Заодно он придумал и карманную аптечку для хранения крупинок, а также разработал метод подбора лекарства посредством нюхания (НИОР РГБ, Ф. 137, К. 20, ЕХ. 31, Л. 7). Помимо крупинок он разработал новый способ приготовления гомеопатических лекарств, так называемый способ одной пробирки, который до сих пор широко используется в Западной Европе с пометкой "К" по имени разработчика. В 1831 г. вышла статья С. Н. Корсакова "Опыты по разъяснению медицинской силы гомеопатических средств".

Несколько тысяч больных записаны в книжке у Семена Николаевича. Он перестал их записывать, но лечил до конца своей жизни. Удивительное терпение он имел при этом, во всякое время дня больной имел к нему доступ, он оставлял свои занятия, которые так любил и с неизменным вниманием и добротой занимался больным, Бог благословлял его труды.

В 1831 г. гомеопатические аптечки из Москвы с "корсаковскими" крупинками уже использовали декабристы в Сибири.

По роду службы С. Н. Корсаков занимался статистикой, что предполагает обработку больших объемов информации. Изобретательный склад его ума и большой опыт работы с картотеками подсказали ему идею облегчения этого трудоемкого процесса. В 1832 г. от коллежского советника С. Н. Корсакова в Академию наук поступило описание изобретенной им "машины для сравнения идей", или "идеоскопа". Сейчас ее назвали бы системой информационного поиска или средством для создания баз данных. Основным носителем информации в этом устройстве были перфокарты, хранящиеся в специальных картотеках и автоматически сортировавшиеся по определенным признакам. В этом изобретении реализованы почти все принципы, составившие основу известного табулятора Холлерита, созданного на 50 лет позднее. Машина С. Н. Корсакова могла мгновенно сравнивать сложные основные понятия на уровне уточняющих деталей, определяя их наличие или отсутствие, и находить нужную информацию. Число идей, сравниваемых за одну операцию, могло достигать несколько сотен, а число уточняющих деталей — более ста.

Свое изобретение С. Н. Корсаков сопроводил печатной брошюрой на французском языке ("Aperçu d'un procédé nouveau d'investigation au moyen de machines à comparer les idées"), в которой привел чертежи устройств, их описание и принцип действия. Он впервые ввел понятие "интеллектуальные машины". Вот как сам автор оценивал свое изобретение: "Машины, вкратце описанные мною, это первый шаг в процессе, который, несомненно, дойдет до высоких степеней совершенства. Тем не менее даже в самом начальном виде они совершенно необыкновенны. Равно как телескопы придают дополнительную силу нашим глазам, интеллектуалъные машины безгранично расширяют возможности нашей мысли..." Разработка коллежского советника Корсакова была столь революционна, что не была оценена и понята его современниками, хотя ее рассмотрением занималась специальная комиссия из пяти ученых во главе с молодым математиком академиком М. В. Остроградским (1801–1862), получившим образование в Париже. Их резолюция заканчивалась словами: "Господин С. Н. Корсаков потратил чересчур много своих интеллектуальных сил, пытаясь научить других, как вовсе без оного интеллекта прожить".

В то время интеллектуальные машины С. Н. Корсакова не получили распространения и практического применения, но сам он пользовался ими для составления баз данных по гомеопатической фармакологии (см. А. Нитусов "Семен Корсаков и 'машина для сравнения идей'"). В этой разработке соединились два его пожизненных увлечения — гомеопатия и статистика, в которых ему удалось сделать настоящий прорыв. Эта машина стала прообразом первого компьютера, который позднее создал британский ученый Чарльз Беббидж. Устройства, подобные машинам Корсакова, впервые появились только в начале XX века. В них использовались карты с перфорацией по краям. Оба изобретателя, и С. Н. Корсаков и Ч. Беббидж, — пионеры науки, заслуживающие самого глубокого уважения.

Заслуги С. Н. Корсакова сначала оценили за рубежом. Сам он был далек от мысли прославиться и даже не предпринимал попыток запатентовать свое изобретение. Единственное, что двигало им, это искреннее желание быть полезным отечеству и помогать людям, и когда это удавалось, он благодарил Господа за эту милость. Среди его нереализованных идей были такие как "издание особого журнала о новых проектах и усовершенствованиях до пользы общей" и "способ видеться и переписываться за 5 верст расстояния, не телеграфом, но иначе".

В 1842 г. С. Н. Корсаков получил чин действительного статского советника, а в 1845 г. он окончательно вышел в отставку и до конца дней жил в Тарусове, продолжая упорно трудиться и помогать всем нуждающимся.

Корсаков был добр и отзывчив к людям, к управляющему и старосте обращался на "вы" и по имени-отчеству. Не имея свободных средств, тем не менее помогал пособиями погорельцам, благословлял на брак крестьянские пары, дарил им подарки, накрывал для крестьян столы в честь отъезда из Тарусова и возвращения детей с учебы или службы, но в то же время был рачительным хозяином.

В своей домашней лаборатории Семен Николаевич постоянно проводил опыты, постигая законы природы. Опыты он демонстрировал своим гостям. С помощью электрической машины он изучал природу магнетизма, которым был чрезвычайно увлечен.

Весной он много занимался земледелием, устраивал цветники у дома, привлекал к этому детей, которые с малолетства работали в саду и огороде, выполняя посильные работы. Все они имели свои клумбы и грядки, где сажали то, что им нравилось, и с радостным волнением следили за первыми ростками.

Супруги любили детей и были рады каждому ребенку. Все дети получили хорошее домашнее воспитание, занимаясь с учителями по несколько часов в день, без каникул, отдыхая только по праздникам. Началами английского, физикой, химией, астрономией, ботаникой занимался сам Семен Николаевич, он же учил мальчиков снимать планы, межевать, мастерить, работать на токарном станке и многому другому. Музыке обучала Софья Николаевна. Верховая езда была любимым развлечением.

Корсаков имел обыкновение, видимо, унаследованное от дядюшки Н. С. Мордвинова, записывать свои мысли и рассуждения. Вот некоторые из них. Сущность благополучия: здоровье, спокойствие души, любовь ближних, достаток, независимость личная, просвещение; правила жизни: оканчивай, что начинаешь; перенимай хорошее от каждого; в одежде будь прост и незаметен; имей неослабный надзор над собой и исправляй себя по методе Франклина, т. е. искореняя поодиночке и постепенно каждый порок порознь; внимай всегда гласу совести; не унижай себя никогда перед собой.

Семен Николаевич постоянно работал над собой: старался раньше вставать, чтобы больше успеть, меньше курить, больше ходить пешком, регулярно проверять счета и проч. За нарушение этих правил он даже установил себе штрафы в один рубль в пользу бедных. Эти правила жизни получат развитие у детей Корсаковых и будут занимать уже несколько страниц.

Среди детей С. Н. Корсакова наиболее известен Михаил Семенович Корсаков, бывший в течение десяти лет генерал-губернатором Восточной Сибири и ознаменовавший свою службу в этом крае присоединением к России Приамурья и Приморья. Михаил Ceменович Корсаков образование получил в школе гвардейских подпрапорщиков, по окончании которой был зачислен в штаб лейб-гвардии Семеновского полка. С 1849 г. по ходатайству своего близкого родственника генерал-губернатора Восточной Сибири Н. Н. Муравьева (будущего графа Амурского) М. С. Корсаков был определен в Иркутск на должность чиновника особых поручений. Вся его дальнейшая карьера была тесно связана с сибирским краем. Выполняя различные поручения генерал-губернатора, он объездил почти всю Восточную Сибирь. Современники даже шутили, что он свое генеральство не выслужил, а выездил. Особенно велика его роль в деле заселения и освоения вновь приобретенного Амурского края. Став в 1852 г. начальником казачьего отделения Главного управления Восточной Сибири, он внес значительный вклад в создание Забайкальского казачьего войска и организацию сплавов по Амуру. В мае 1855 г. был назначен командующим войсками, сосредоточенными в устье Амура, а в конце этого же года занял должность военного губернатора Забайкальской области и наказного атамана забайкальских казаков. В 1856 г. произведен в генерал-майоры. Много сделал для укрепления забайкальского и амурского казачества, заселения Амурского края, развития просвещения на восточных окраинах Сибири. За свою деятельность в Забайкалье и на Амуре был удостоен орденов Святой Анны II степени, Святого Станислава II и I степеней, послужного пенсиона в 2 тыс. рублей в год и причисления к императорской свите. В 1860 г. М. С. Корсаков был переведен в Иркутск и возглавил Совет при генерал-губернаторе, а после отставки Н. Н. Муравьева-Амурского в 1861 г. занял его место, став самым молодым генерал-губернатором в России. Ему едва исполнилось 35 лет. Вероятно, молодость послужила причиной того, что утвержден в должности генерал-губернатора и произведен в чин генерал-лейтенанта он был только в апреле 1864 г. В должности генерал-губернатора внес значительный вклад в социально-экономическое и культурное развитие края, продолжал традиции Н. Н. Муравьева в административной и общественной жизни. В его честь одной из улиц поселка Запрудня Талдомского района Московской области в 1991 г. присвоено имя Корсакова. На Сахалине есть город Корсаков, а в Приморском крае село Корсаковка, два села Корсаково на реке Амуре. В Енисейском заливе Карского моря есть Корсаковские острова.

Два сына Семена Николаевича Корсакова, Сергей и Николай, дослужились до чина полковника и были поочередно мировыми посредниками в Дмитровском уезде. Александр Семенович был флигель-адъютантом Его Императорского Величества, гвардии полковником. Николай Семенович, будучи в 1870-е годы председателем Дмитровского училищного совета, содействовал участию частных лиц и сельских обществ в развитии училищного дела в уезде ("Журналы уездных земских собраний Московской губернии. 1874 г." — М., 1876, с. 179). В 1873 г. он построил в Тарусове школу для крестьянских детей в память о братьях Александре и Михаиле, а затем две школы в с. Гари, и был их попечителем. В 1877 г. передал уездному земству эти три начальных народных училища, созданные на его средства.

У Корсаковых была богатая библиотека, насчитывающая более 7 тыс. томов (по другим источникам 14,5 тыс.) на русском и иностранных языках, собрание редких гравюр. Библиотекой любил пользоваться Василий Сергеевич Норов, декабрист, возвратившийся в Надеждино из ссылки. Он был очень дружен с Семеном Николаевичем. К сожалению, библиотека Корсаковых сильно пострадала во время пожара в 1920 г., когда сгорел усадебный дом в Тарусове. Остатки библиотеки сейчас находятся в музее-заповеднике "Дмитровский Кремль". Сейчас в ней насчитывается 325 (было 745) книг на русском языке и 665 на иностранных языках (было передано 1720). На многих книгах на иностранных языках надпись "Николай Карсаков" и "Анна Корсакова". На всех книгах, полученных Дмитровским музеем из Тарусова, при первичной записи была сделана пометка "Т".

Состав библиотеки Корсаковых разнообразен, и из собрания книг видно, чем увлекался их собиратель: история России, особенно времен Петра и Екатерины, происхождение великороссов и дворянства, жизнеописания генералов и славных мужей различных эпох, на которых воспитывались в семье мальчики.

Вот только некоторые из книг:

  • Родословная книга князей и дворян российских и выезжих. М., Универc. тип. Н. Новикова, 1787, которая известна под названием Бархатной книги и сейчас может быть использована при изучении русского дворянства;
  • Собрание собственноручных писем государя императора Петра Великого к Апраксиным. Ч. 1–2, М., тип. Н. С. Всеволожского, 1811;
  • Уложение царя Алексея Михайловича, 1796;
  • Лефорт А. А. История царствования государыни-императрицы Екатерины II. 1, 2, 3, 5 ч.;
  • Устрялов Н. Г. Русская история. 1837–1841;
  • Суворов А. В. Наука побеждать. СПб, 1806;
  • Палас П. С. Путешествие по разным местам Российского государства. СПб, Импер. АН, 1786–1788;
  • Путешествие вокруг света в 1803, 4, 5 и 1806 годах по повелению Александра I, на кораблях 'Надежда' и 'Нева' под началом Крузенштерна". — СПб, Морская тип., 1810;
  • Путешествие в Китай через Монголию в 1820 и 1821 г. СПб, тип. медиц. деп. Минист. внутр. дел, 1824. Автор книги Е. Тимковский сопровождал Пекинскую духовную миссию в Китай и жил полгода в Пекине;
  • Струве Е. В. Воспоминания о Сибири, 1848–1854 г. СПб, тип. т-ва "Общественная польза", 1889. На обложке книги надпись "С. С. Корсакову в знак искреннего уважения";
  • Сопиков В. Опыт Российской библиографии, или Полный словарь сочинений и переводов, напечатанных на славенском и российском языках от начала заведения типографий до 1813 г. В 5 частях. СПб, 1813.

Увлечение Семена Николаевича гомеопатией, а Анны Семеновны ботаникой объясняет наличие книг о свойствах трав и растений. Например, книга "Начальные основания естественной истории, содержащее царства животных, произрастений и ископаемых". — СПб.: Импер. тип., 1794, изд. акад. В. Севергиным; "Начальные основания ботаники" (для преподавателей). — СПб.: Импер. тип., 1815; справочные издания по естественным наукам; указатель открытий по физике, химии, естественной истории и технологии (изд. Н. Щеглов.— СПб.: Тип. Н. Глазунова, 1830).

При Корсаковых Тарусово процветало. Обширный господский дом был окружен прекрасным садом и парком. В 1862 году сельцо Тарусово при р. Дубне состояло из 26 дворов, проживало в нем 372 человека, имелась фабрика. Было начальное народное училище Московского губернского земства, основанное в 1873 г. на средства Корсаковых, которые многие годы содержали его и были попечителями.

В воспоминаниях о Тарусово Корсаковы всегда восхищались своим имением:

Отчего так хорошо в Тарусове? Отчего, которые знают это гнездышко, любят его и вспоминают, как вспоминают о добром верном друге с тихой, спокойной душой? О, как не любить Тарусово, как не любить этот беленький домик, так приветливо выглядывающий из зелени, эти маленькие светленькие комнатки, всегда оживленные голосами счастливых обитателей.

Тарусово! В нем не найдете вы роскоши, не увидите ни одного мягкого модного кресла, ни одной драперы у дверей, ни люстры, ни камина, ни ковров, ничего подобного, но забудьте роскошь и городские прихоти, и вы все найдете в Тарусове. Всякая комнатка вам улыбнется по-своему. Подымитесь вверх по крутой лестнице и вы очутитесь в святилище науки: там в маленьком кабинете вы найдете полные полки книг и картинок, на стенах портреты всех тех, которых любит Тарусово.

Хотите воздуха — ступайте в сад, там найдете и тень, и лужок, где побегать, и качели, и беседки, и скамеечки под деревцами, где так хорошо посидеть, иногда помечтать, и лодочку, в которой славно прокатиться вдоль реки Дубны, и цветов множество, а под вечер, когда на темном небе зажгутся звезды, идите к папеньке и просите его навести на них славный телескоп его.

...Милое Тарусово, как же не любить тебя!

Теперь на территории усадьбы Корсаковых в Тарусове лишь остатки парка бывшего имения. Из уцелевших памятников: остатки парка с липовой аллеей, здание бывшей школы, построенной Н. С. Корсаковым для крестьянских детей. В Троице-Вязниках на погосте Троицкой церкви находится место захоронения многочисленных представителей рода Корсаковых.

В ноябре 2006 г. Министерство культуры Московской области утвердило статус Тарусовского усадебного парка и бывшей школы для крестьянских детей как исторический памятник. Но их сохранность под вопросом. Школа передана в частную собственность, что не вселяет оптимизма. Сохранились остатки парка, который еще можно восстановить, так же как и усадебный дом, фундамент которого частично сохранился, где могли бы проводиться увлекательные экскурсии, Корсаковские чтения, встречи с потомками Корсаковых и Мордвиновых, выездные собрания исторических и родословных обществ, конференции гомеопатов и многое другое. От этого во многом зависит наше духовное выздоровление и то, какими будут наши дети.

Семен Николаевич Корсаков — основатель архива Корсаковых. В нем собраны некоторые сведения по гомеопатии, статистике, педагогические заметки, чертежи некоторых изобретенных им приборов, путевые заметки путешествий, многочисленные письма.

БИБЛИОГРАФИЯ

Работы С. Н. Корсакова:

Sur les pharmacies de poche, lettre adressée a D-r Hahnemann ("О карманных аптечках", письмо С. Ганеману) // Gross und Stapfs Archiv Bd. VIII, Heft 2. pag. 161.
Note sur un nouveau moyen de se procurer très facilement les solutions homéopathiques d'un degré de division quelconque et sur quelques résultats obtenus avec des dissolutions poussées à des atténuations inouies jusqu'à ce jou"r ("Заметка о новом весьма легком способе приготовления гомеопатических разведений в желаемых делениях и о некоторых результатах, полученных от разведений, доведенных до степеней до сих пор неслыханных") // Gross und Stapfs Archiv Bd. XI, pag. 104.
Expériences sur la propagation de la vertu médicale des remèdes homéopathiques avec quelques idées sur la manière dont elle s'effectue ("О развитии целительной силы гомеопатических средств и рассуждение о том, каким образом оно совершается") // Ibid. Bd. XI, Heft 2, pag. 81 и Bd. XII, Heft 1, pag. 74.
Sur les émanations de la matière et sur une préparation fort simple des remedes homéopathiques ("О материи как источнике истечения сил и об упрощенном способе приготовления гомеопатических средств"). Эта статья была отправлена Ганеману через Германа, но едва ли была напечатана.
Moyen de s'assurer par sa propre experience de sa vérité ou de l'illusion de l'homéopathie et moyen d'essayer l'action homéopathique ("О способе наглядно убедиться в действительности или недействительности гомеопатии и о способе распознавания действия гомеопатических средств").
Aperçu d'un procédé nouveau d'investigation au moyen de machines à comparer les idées par S. Korsakoff, aves deux planches. St. Petersb. 1832. ("О новом механическом способе исследования свойств мыслей и о возможности сравнивать их между собой, с двумя чертежами". СПб, 1832).
Описание врачебного Омеоскопа, при помощи которого легко отыскивалось на основании закона подобия средство, соответствующее данному болезненному случаю, с приложением особого списка, содержащего 240 симптомов.
О болезненных случаях (11 725) в форме таблиц (с 12 февраля 1829 г. по май 1834 г.).

Статьи С. Н. Корсакова в следующих журналах:

Archiv für Homöopathische Heilkunde. Leipzig: 1829, 1831, 1832.
Allgemeine Homöopathische Zeitung : 1834, 1835, 1836, 1837, 1838, 1840, 1842, 1845, 1846.
Journal de la médecine homéopathique par Leon Simon et Curie — Paris, 1834.

О нем:

Дерикер В. В. По поводу холеры. Материалы для истории гомеопатии в России // Журнал гомеопатического лечения. — СПб., 1863, №6, с. 31–32.
Сборник сведений по гомеопатии. — М.: изд. А. Форбрихера, 1959, кн. 1, с. VII.
Журнал гомеопатического лечения. — СПб., 1865, с. 33, 34, 37–38.
Боянус К. Гомеопатия в России. Исторический очерк. — М.:, 1882, с. 25–36.
Календарь гомеопатов на 1892 г. — СПб., 1891, с. 97–98.
Мат М. Сведения о гомеопатии в Европе, С. Америке и России // Врач-гомеопат, 1913, с. 180.
Мищенко В. С., Патудин А. В., Трубицын А. Г. Гомеопатия в России. — М.:. Валанг, 1996.
Песонина С. П., Микиртичан Г. Л., Лихтшангоф А. З., Васильев Ю. В., Ковалева О. Б. История гомеопатии в России. — СПб.: Искусство России, 2004, с. 139–141.
Фатуева Л. А. Милое Тарусово, как не любить тебя! В сб. Общества изучения русской усадьбы "Русская усадьба". Вып. 13–14 (29–30). — М.: изд-во "Улей", 2008, с. 742–839.