Прив.-доц. Н. Л. Блументаль (Москва)

О гомеопатии и гомеопатах

Советская медицина, 1937, 1, cтр. 44–46

Эта любопытная статья имеет не только историческое значение. Воззрения автора на гомеопатию и ее возможности не представляют никакого интереса, поскольку в этой теме он совершенно некомпетентен, однако его наблюдения за практиковавшимся в то время в СССР откровенным шарлатанством, выдававшим себя за гомеопатию, могут быть весьма поучительны, особенно для тех, кто сегодня грезит о достижениях "московской", "ленинградской" и прочих "гомеопатических" школ советского периода. — Александр Коток

Учение Ганемана, выдвинутое им в конце XVIII века, сложилось в "систему", завоевавшую себе немало сторонников, пользовавшихся, наряду с представителями официальной медицины, значительным успехом. Не входя в настоящей статье в оценку теоретических построений Ганемана и его последователей — построений, которые в значительной своей части не могут удовлетворить современного научно мыслящего врача, — следует, однако, и сейчас признать, что успехи гомеопатии при лечении целого ряда заболеваний не подлежат сомнению. В системе советского здравоохранения гомеопатия как метод пока еще не завоевала себе равноправия с аллопатией, но сторонникам этого учения предоставлена полная возможность его применения и изучения.

Признавая, таким образом, эффективность лечения гомеопатическими средствами при ряде заболеваний, я хочу, однако, указать — и в этом главная цель моей статьи — что есть области медицины, в которых гомеопатия не только не помогает, но приносит явный вред. Я имею в виду ряд заболеваний, являющихся неоспоримой пока областью хирургических воздействий. К сожалению, гомеопаты, увлеченные своим методом, берутся лечить и таких больных. Я позволяю себе это утверждать на основании целого ряда прошедших через мои руки больных и иллюстрирую это приведением наиболее эксквизитных случаев из опыта последних лет.

1. Больная П. обратилась в заведуемое мной учреждение по поводу огромной опухоли живота, которой страдает несколько лет. Последние 2 года, когда опухоль стала расти особенно быстро, лечилась у гомеопата. С диагностической точки зрения случай не представлял каких-либо затруднений — имелась колоссальная киста яичника, которую удалось без особенных затруднений удалить. В ней оказалось 8 (!) литров жидкости, вес ее был 17 кг. Больная сейчас совершенно здорова. Спрашивается, для чего больная потеряла 2 года на бесполезное лечение.

2. Больной Ч. обратился за помощью по поводу большого гнойника бедра, развившегося на почве остеомиелита. Лечился несколько недель у гомеопата, обещавшего полное излечение и усиленно отговаривавшего больного обращаться к хирургу. Путем разреза я вскрыл гнойник, опорожнив огромное количество гноя, и удалил несколько осколков секвестрировавшейся кости; больной вскоре выздоровел.

Целый ряд больных, страдавших острым аппендицитом, также предварительно более или менее долгий срок лечился у гомеопатов и поступил под мое наблюдение в сильно запущенном состоянии, потребовавшем продолжительного пребывания в больнице и вызвавшем в некоторых случаях тяжелые осложнения (большой инфильтрат, прободение червеобразного отростка и пр.).

Особенно же большой вред приносится тем, что гомеопаты берутся лечить больных, страдающих злокачественными опухолями (главным образом приходилось встречать случаи рака грудной железы, желудка, прямой кишки).

Больная Т. обратилась ко мне за советом по поводу ясно выраженных симптомов раковой опухоли грудной железы в начальной стадии. Я предложил ей операцию, но больная, получив путевку в больницу, исчезла. Через 6 месяцев она показалась мне, уверяя со слов гомеопата, у которого лечилась это время, что опухоль почти исчезла. При осмотре оказалось, что опухоль не только не исчезла, но наоборот, увеличилась в несколько раз. Появились метастазы в подмышечные лимфатические железы. Несмотря на мои настойчивые предложения подвергнуться операции, больная, уверенная в том, что гомеопат ее вылечит, продолжала у него лечиться. Я не переставал следить за больной и через ее родных все же убедил ее вновь мне показаться. На этот раз я нашел ее еще в худшем состоянии, и больная уже сама просила об операции, которую я ей произвел почти без всякой надежды на стойкий успех, лишь с целью несколько отдалить мучительную смерть, последовавшую через 6 месяцев после операции. У гомеопата больная до операции лечилась 14 месяцев.

Больная Ж. обратилась ко мне в начальной стадии рака грудной железы. Операция в этой стадии в огромном большинстве случаев дает полное и стойкое излечение. На мое предложение лечь в больницу на операцию больная обещала подумать и посоветоваться с родными. Она показалась мне вновь через год в состоянии, исключавшем возможность какой бы то ни было операции. Весь истекший год она лечилась у гомеопата. Умерла через 2 месяца.

Больная Б. обратилась ко мне в 1935 г. с ясными симптомами рака желудка. От операции отказалась, сказав, что обратится за помощью к гомеопату. Показалась мне через несколько месяцев в значительно худшем состоянии: опухоль желудка сильно увеличилась; на мой вопрос о применяемом лечении больная ответила, что лечится у гомеопата, обещавшего вылечить. По ее словам, в очереди, которая скопляется у гомеопата, все говорят, что он вылечивает всех больных. Через несколько месяцев я 'был вызван к этой больной, чтобы констатировать предсмертную агонию.

Больной К. обратился ко мне за советом по поводу заболевания желудка. Констатировать рак желудка не представило груда. Состояние больного вполне гарантировало успех хирургического лечения. Он исчез из-под моего наблюдения и вновь показался через 3 месяца в значительно худшем состоянии, исключающем возможность хирургического лечения. Из расспросов выяснилось, что это время он лечился у одного из виднейших и популярнейших гомеопатов Москвы, у которого был на приеме три раза по две минуты.

Больной Ш. обратился с жалобами на кровотечения из прямой кишки. Лечится год у гомеопата от "геморроя". На мой вопрос, смотрел ли его гомеопат, исследовал ли пальцем прямую кишку, больной ответил отрицательно. При осмотре я обнаружил у него огромную опухоль прямой кишки, разрушившую ее стенку и перешедшую на мочевой пузырь. Состояние больного исключало какую бы то ни было возможность хирургического вмешательства. Через месяц он умер.

Больной 3. обратился за помощью с симптомами рака прямой кишки в ранней его стадии. Получив от меня предложение лечь в больницу на операцию, исчез. Через 9 месяцев показался вновь, указав, что лечился это время у гомеопата, подтверждавшего мой диагноз и обещавшего исцеление. Несмотря на убедительные просьбы больного, я его оперировать уже не мог, так как опухоль дала метастаз в печень и спаялась с окружающими тканями.

Таких случаев я могу привести очень много. Подобные же наблюдения имеются в изобилии и у целого ряда московских хирургов. Не будет преувеличением сказать, что очень многие больные злокачественными опухолями, прошедшие через мои руки за последние годы, предварительно лечились у гомеопата, а больные с запущенными, уже неизлечимыми опухолями, которые обращались ко мне, почти все, за малым исключением, побывали в руках гомеопатов более или менее продолжительный срок. Я утверждаю, что эти мои наблюдения начинают принимать все более и более массовый характер. Мое выступление по этому поводу на Всесоюзном съезде хирургов (в 1935 г.) в Ленинграде было поддержано некоторыми авторитетными хирургами, имеющими подобные же наблюдения. То же самое я говорил на заседании Ученого медицинского совета в октябре 1935 г. и в других местах.

Хирургическое лечение рака в комбинации с лучистой терапией (рентген, радий) сделало огромные успехи. Хотя мы этими способами излечиваем пока еще не всех больных, но следует считать доказанным, что количество излеченных больных стоит в прямой зависимости от ранней обращаемости их за хирургической помощью. Гомеопатическими же методами лечения еще ни один раковый больной излечен не был. Я должен предостеречь подобных больных от траты времени на лечение у гомеопатов, заведомо обреченное на неуспех. С таким же предостережением и с призывом признать свою беспомощность в деле лечения злокачественных опухолей и других хирургических заболеваний я обращаюсь к гомеопатам.

Было бы, может быть, несправедливым обвинять в подобных ошибочных действиях всех врачей-гомеопатов. Среди них есть такие, которые не только понимают свое бессилие в лечении злокачественных опухолей, но и проводят это понимание в жизнь, советуя таким больным обращаться к помощи хирургов. Однако большое количество наблюдений противоположного характера, заставляющее меня выступить с данной статьей, показывает, что таких гомеопатов мало. Значительное большинство из них берется лечить раковых больных со всеми вытекающими отсюда печальными последствиями. Среди этих гомеопатов, я полагаю, есть лица, которые из фанатизма (а элемент этого чувства в деятельности гомеопатов имеется в большой дозе) или честного заблуждения не сознают своих ошибок, есть лица, являющиеся невеждами в медицине, и, наконец, лица, которыми руководят в их деятельности стремления, ничего общего с вопросами врачевания не имеющие. Постановление Народного комиссариата здравоохранения, опубликованное недавно, достаточно ясно показало и подтвердило, что в среде гомеопатов есть много нездорового.

Интересуясь различными сторонами деятельности гомеопатов, я поставил себе вопрос, из каких же слоев врачей комплектуются кадры гомеопатов, количество которых беспрерывно растет. На этот вопрос я позволяю себе ответить следующим образом.

Во-первых, гомеопатией занимаются лица, не имеющие медицинского образования или почти его не имеющие. Ярким примером такого рода служит очень популярный гомеопат, некто С., деятельностью которого недавно занималась специальная комиссия. Оказалось, что он был ротным фельдшером в турецкую войну и с тех пор занимается врачеванием. При проверке его медицинских знаний выяснилось, что таковых у него не имеется.

Среди врачей-гомеопатов есть лица, которые отошли от аллопатии, разочаровавшись в ней. Но это прежде всего врачи, обладающие достаточными знаниями для того, чтобы распознать болезнь, чтобы отличить легкую болезнь от тяжелой. Они считают обязательным для себя подробное исследование больного и установление диагноза как первого акта врачебного вмешательства. К сожалению, таких меньшинство. Преобладает другой тип; есть, например, такие, которые до занятия гомеопатией совершенно не занимались медициной или же занимались теми ее отделами, которые не имеют ничего общего с лечением. Поясню примерами. Один из московских гомеопатов до появления моды на гомеопатию был судебным врачом, имевшим дело лишь с трупами на судебно-медицинских вскрытиях; теперь он гомеопат с большой клиентурой. Другой представитель гомеопатии занимался ранее изготовлением протезов, т.е. был ортопедистом, сейчас он гомеопат. Третий, будучи студентом-медиком, служил в пожарной охране, добившись в этой весьма нужной специальности командных должностей. Нечего говорить, что занятия медициной в университете были у него далеко не на первом плане. Окончив университет, он стал заниматься медициной, а работать продолжал в противопожарной охране. Появилось увлечение гомеопатией, и он оказался среди врачей-гомеопатов. Мне известен гомеопат, в течение своего сравнительно недолгого врачебного стажа не раз менявший специальность: был терапевтом, санитарным врачом, венерологом. Увенчан был этот калейдоскоп вступлением в ряды гомеопатов.

Что же можно сказать об указанных лицах? Каков уровень их медицинских знаний? Каков их опыт? Как могли они разочароваться в аллопатии (как утверждают некоторые из них), когда они не знакомы с ее элементами?

Как врачи это большей частью люди малограмотные или даже совсем неграмотные. Многих из них на путь гомеопатии привело исключительно стремление к легкой наживе. Знания их нередко ограничиваются лишь пределами сборника гомеопатических рецептов.

Задетые моей статьей гомеопаты, вероятно, возразят мне, что, дескать, "в семье не без урода", что это, мол, неграмотные люди, которые встречаются и среди аллопатов. Верно! Но не слишком ли велик среди гомеопатов процент "уродов" и "неграмотных"?

Теперь оставим в стороне "уродов" и "неграмотных" и перейдем к "корифеям" гомеопатии. Работники советского здравоохранения борются в своих поликлиниках и амбулаториях за то, чтобы путем уменьшения количества больных, приходящихся на одного врача, дать последнему возможность детальнейшего обследования больных, подняв тем самым качество оказываемой помощи.

Что же делают гомеопаты, особенно "корифеи" этого направления? Принимают у себя в кабинетах ежедневно по 150–200 больных, уделяя каждому из них по 2-3 минуты; не только не исследуют больных, не выслушивают их, не интересуются имеющимися у больных анализами и другими специальными исследованиями, но зачастую даже не успевают "окинуть больного взглядом". Я это утверждаю на основании личной проверки, а также показаний множества больных. При этом нужно сказать, что бóльшая часть гомеопатов (пожалуй, почти все) принимает и лечит больных по всем специальностям.

Стоит ли тратить время и место на то, чтобы доказать, что описанный способ врачевания недопустим для какого бы то ни было направления медицины и отдает знахарством?

Если в дореволюционной России клиентами гомеопатов были главным образом нервные барыньки и богобоязненные старушки, видевшие в этом методе нечто близкое к чуду, то сейчас к гомеопатам обращаются массы трудящихся. Это обязывает представителей этого направления свою деятельность построить так, чтобы интересы больных, обращающихся к ним за помощью, были максимально обеспечены. Дух кустарщины и келейности, царящий в среде гомеопатов, ясно выраженный аромат мистики, вольно или невольно сопровождающий деятельность некоторых из них, должны быть как можно скорее изжиты. Гомеопаты должны понять, что если советская власть дала этому направлению право применять свои методы, то это их обязывает перестроить коренным образом всю организацию своей работы. Деятельность гомеопатов должна быть у нас построена на принципе "открытых дверей", на основах теоретического обоснования и научной разработки метода.

С другой стороны, следует бороться и против скептически насмешливого, высокомерного отношения к гомеопатии, которое по традиции владеет многими аллопатами, не желающими считаться с фактами. Мы обязаны изучать гомеопатию, так же как и другие "системы", несущие в себе немало ценного, тем более что в нашей стране возможности научного их исследования и испытания так велики, как нигде в мире.

Москва, Трехгорный вал, 4, корп. 6 кв. 22