Николай Федоровский

Image

Главнейший путь к обеспечению народного благосостояния

Врач-гомеопат, 1907, 3, с. 90–115

"Да восстановится же спокойствие в земле русской и да поможет Нам Всевышний осуществить главнейший из царственных трудов Наших — поднятие благосостояния крестьянства. Воля Наша к сему непреклонна. Верные сыны России! Царь Ваш призывает вас, как Отец своих детей, сплотиться с Ним в деле обновления и возрождения нашей святой Родины"
(Из Высочайшего манифеста 9 июля 1906 г.).

"Правительства или администрации будут считаться хорошими или дурными постольку, поскольку они предвидят и умеют охранять народ от заболеваний, истощений и преждевременных смертей".
Л. Буржуа


 

 

 

 

 

"Будущее принадлежит тем народам, которые более всего устойчивы физически, следовательно и способны более всего к физической службе", — подтверждает прусский министр граф Посадовский. Бесспорно, что лучший способ лечения при равных прочих условиях дает и лучшие результаты в отношении процента смертности, работоспособности выздоровевшего, его налогоспособности и производительности денежных затрат на медицину.

Основная задача медицины излечивать больных лучше и скорее, не нанося им вреда. История официальной медицины с древнейших времен с поразительной ясностью указывает на отсутствие в медицине разумного и неизменного принципа лечения: этот принцип, подчиняясь разным теориям и фантастическим гипотезам, постоянно меняется, принимая то или иное господствующее модное направление, в зависимости от которого находится здоровье народа, а следовательно и благо государства. Очевидно, будущее принадлежит тем народам, правительства которых окажутся на высоте своего положения и прежде других независимо, добросовестно и беспристрастно примут официально наилучший способ лечения.

Медицинские школы, старая — аллопатическая и новая — гомеопатическая, как лично заинтересованные, обязаны представить беспристрастные, научно обоснованные доказательства в пользу того или другого способа лечения; решение же вопроса принадлежит не Медицинскому совету, а исключительно правительству.

Холерную эпидемию 1892 г. надеялись локализировать санитарными мероприятиями, но она разлилась по огромному пространству империи, похитив более 300 000 жертв, не считая многочисленных осложнений с их смертельными исходами. Никакая война не потребует стольких жертв. На антихолерном съезде 16 декабря 1892 г. в С.-Петербурге и в 1905 г. в Москве старая школа признала все свое бессилие в борьбе с холерой и даже бесполезность трат на предварительные санитарные мероприятия. В эпидемию 1904 г. в Ереванской губернии по отчетам врачей % смертности достигал 84%, а по словам достоверных свидетелей, с осложнениями и все 100%. А между тем, еще в эпидемии 1830—31 гг. в "Журнале Министерства внутренних дел" официально было заявлено специальной медицинской комиссией о необычайном yсnеxе гомеопатических средств в борьбе с холерой, причем замечено, что при "употреблении гомеопатического лечения при первых припадках болезни, как-то: боли в голове или под ложечкой, в желудке, ни один из больных не умирал". Замечено было также, что "после гомеопатического лечения в короткое время крепость и здоровье возвращались, тогда как после других средств слабость продолжалась месяцами и часто превращалась в другую болезнь".

По официальным сведениям Австрии из 457 536 больных, лечившихся у аллопатов, выздоровело 184 014 и умерло 273 492; у гомеопатов из 14 014 выздоровело 12 743 и умерло 1 266. В Bене особенно, превосходство гомеопатии было так ясно, что "правительство принуждено было отменить закон, запрещавший практику гомеопатии в Австрии".

"Poccия" (28 февраля 1907 г.) сообщает замечательно аналогичные данные "о заболевании чумой за время с 9-го декабря 1906 г. по 2 февраля 1907 г." в следующем виде:

С 9-го декабря по 15 декабря 1906 г. заболело 8 859 человек, умерло 6 934; с 16 по 22 декабря заболело 6 846, умерло 5 196. О движении чумы с 23 декабря по 5 января 1907 года сведений нет; с 6-го по 12-е января 1907 г. заболело 12 945, умерло 10 343; с 13-го по 19-е января заболело 14 449, умерло 11 975; с 20-го по 26-е января заболело 19 452, умерло 15 559; с 27-го по 2-е февраля заболело 20 262, умерло 16 601. Из отдельных местностей Индии наиболее пораженными чумной эпидемией являются Пенджаб, соединенные провинции, Бомбейское и Бенгальское президентства. В Египте с 21 декабря 1907 года по 21 сего февраля заболело чумой 164 человека, из них умерло 125 человек. В течение всего 1906 г. в Египте был зарегистрирован 631 случай заболеваний чумой, из них 475 случаев окончившихся смертью. В Малой Азии, в городе Смирне 29-го декабря 1906 г. зарегистрирован 1 случай смерти от чумы. В Аравии, в городе Джедде, с 27-го декабря 1906 г. по 8-е сего февраля обнаружено среди туземного населения 70 случаев смерти от чумы. В Манчжурии в городе Инкоу в течение января заболел чумой 71 человек, единичные случаи наблюдались также и в городах Кайджоу и Синюшене. На острове Формозе с 5-го по 25 февраля заболело чумой 154 человека".

Прививочники, вернее прививкоманы, ухитряются и по поводу чумного заболевания д-ра Падлевского свалить с больной головы на здоровую. Падлевский, оказывается, "является жертвой привязанности к своему покойному другу — врачу М. Ф. Шрейберу. Падлевский склонил своего покойного друга отдаться этой плодотворной (?!!), но крайне опасной отрасли врачебной науки. Из Инкоу А.В. Падлевский привез с собою культуры манджурской чумы, не имевшейся ранее в Кронштадте. Здесь он присутствовал при болезни и смерти В.И. Выжниковича-Турчиновича ("Биржевые ведомости").

Кажется, ясно: не привози д-р Падлевский "плодотворной" чумы в Кронштадт, и друзья Падлевского были бы живы, и сам Падлевский не заболел бы, но у людей искусных из черного делать белое и обратно из белого черное оказывается, что виноват не сам Падлевский, привезший столь "плодотворную" чуму, что в короткое время погибли в страшных мучениях два врача, и не Медицинский совет, допустивший без малейшего к тому основания подобную опасную игру в якобы научные жмурки, а привязанность к другу. Ведь еще недавно, когда нашей армии так широко прививали всякую мерзкую гниль, "Военно-медицинский Ученый комитет не признал возможным рекомендовать противохолерные прививки, так как поныне в науке еще твердо не установлена польза прививок противохолерных токсинов с предохранительной целью, как и дизентерийных и брюшнотифозных" ("Русский врач"). Благоразумно было бы к этому добавить: и вообще каких бы то ни было прививок. Славны бубны за горами! Мы давно уже прокричали г. Хавкину ура за его необычайно успешные античумные прививки в Индии, но увы, и в Индии, и в Египте, несмотря на все усилия прививкоманов процент смертности, как это мы видим из официальных цифр, прямо ужасающий. И кто поручится, что без усердия прививочников они были бы несравненно меньшими, как и процент смертности в холере без усердия врачей очевидно был бы несравненно меньшим. Нельзя же в самом деле больного, организм которого напрягает все свои усилия для борьбы с болезнетворными началами, усердно пичкать всевозможными ядами, губительными и для здорового организма, пичкать в надежде чем-нибудь да доконать "распроклятую" холеру. Действуя не наобум, как действуют заправскиe знахари, а на основании строго научного метода, Ганеман, в глаза не видев холерного больного, по одному описанию признаков болезни указал целый ряд специфических лекарств излечивающих, а потому и предупреждающих заболевание холерой. Известно, что в эпидемии 1892 г. в лечебнице гр. Н. П. Игнатьева в его имении, в Бердичевском уезде, где лечил врач-гомеопат Муравов, из 36 больных холерой вылечилось 35 и умерла только одна женщина, страдавшая в то же время родильной горячкой. Семейство гр. Н. П. Игнатьева принимало ближайшее участие в заболевших и отчет об этом блестящем лечении холеры неоднократно печатался в докладах и отчетах Kиевского Общества последователей гомеопатии. Весь секрет необычайного успеха, в одном случае даже молниеносной холеры у кузнеца, заключался в немедленной помощи заболевшему. Официальное наблюдение в эпидемию 1830—1831 гг. в данном случае вполне подтвердилось. Но прошло с лишком 70 лет, и медицинский совет не только не воспользовался этим наблюдением, но делал все, чтобы подорвать доверие к гомеопатии в медицинских учреждениях, обществе и правительстве. Этот страх перед гомеопатией обошелся империи не в один миллион излишне загубленных жизней, не в один миллиард кровных рублей своеобразно изъятых (экспроприированных) из народного сундука под флагом "науки". Желательно знать, во сколько обошлось народу одно известие о последней эпидемии, если одна только С.-Петербургская губернская земская управа, израсходовала без всякой пользы на одни предварительные меры 50 тыс. рублей?!..

18-го июля 1902 г. Христолюбивое Общество, доставив губернской земской управе несколько соответствующих брошюр, ходатайствовало перед управой об организации в губернии народной самопомощи. Управа, отношением от 25-го июля 1902 г. за № 2323, сообщила Обществу, что возбудить вопрос по этому поводу было бы целесообразнее "при условии сообщения уездным управам вместе с тем и тех брошюр, которые приложены к отношению, почему губернская земская управа покорнейше просит доставить ей по восьми экземпляров этих брошюр для рассылки их в уездные управы".

Брошюры были доставлены, но допущены ли они к обсуждению в собрании, вот вопрос? Само собой разумеется, что самопомощь в болезнях — острый нож для врачей, но нельзя забывать, что не народ для врачей, а врачи для народа; а в утешение врачам можно сказать, что самопомощь необходима неимущему классу людей, а люди состоятельные всегда будут к услугам врачей. В самопомощи, в первый момент заболевания, нуждаются люди, медицинская помощь которым в это время совершенно недоступна, а таких людей из 140 миллионов по меньшей мере 135 миллионов, и отказывать им в этой самопомощи не значит ли сознательно совершать величайшее из преступлений?..

Если холера, желтая лихорадка, дифтерит, скарлатина и другие тяжкие болезни лечатся гомеопатией с редким успехом, то неудивительно, что благодаря закону подобия и чума может лечиться гомеопатией с успехом несравненно бо́льшим, чем она лечится прививками. До сих пор прививки эти были успешны только на бумаге, а на практике они дают огромный процент смертности.

Можно сказать с уверенностью, что пользуй д-ра Шрейбера гомеопат — Шрейбер остался бы в живых, так как в легочной форме чумы фосфор 6 оказал бы могущественное влияние на благоприятный исход болезни и организм справился бы с болезнью, как он нередко справляется без всякого лечения и погибает именно вопреки этому лечению. В бубонной форме арсеник, ляхезис, буфо, меркурий достаточно гомеопатичны, а следовательно и специфичны к этой гомеопатам мало еще знакомой в практическом отношении болезни.

Известно, что изготовленная Институтом экспериментальной медицины и доставленная в Индию Русской чумной комиссией противочумная сыворотка была испробована у 50 больных, из которых 40 умерли.

При проявлении чумы в Опорто Пастеровский институт послал туда двух врачей, по поводу усердной деятельности которых "Британский медицинский журнал" писал:

Дела в Опорто становится все хуже и хуже, и чума все более завладевает городом. Самый дурной признак тот, что, несмотря на принятие всех мер, известных науке, число свежих случаев значительно возросло в течение последних двух недель.

Значение Пастеровского института достаточно уже выяснилось после того, как триста человек, которым были сделаны прививки, скончались от водобоязни. После того, как Броун-Секар испробовал на себе впрыскивание для уничтожения дряхлости (собственно, в одном органе) и умер, институт, в лице нашего Мечникова, задался целью восстанавливать нормальное или юношеское состояние каждого отдельного органа с помощью специфической для него сыворотки. Не беда, конечно, если для такой цели будет изрубцовано все тело, но плохо, если для восстановления первобытной силы каждого органа придется каждый раз умирать, как это случилось с Броун-Секаром. Bсе эти медицинские "бубны", покровительствуемые предержащей властью и прикрываемые "ученым" флагом учреждения — дорого, однако же, обходятся народу и славны лишь за горами. На деле же мы ежечасно видим преждевременную гибель крепких организмов, насильственно укладываемых как в простые деревянные, так и богатые металлические гробы под вопль близких, но равнодушных людей к вопросу: что для нас, а не для врачей, выгоднее, гомеопатия или аллопатия?

Все, что есть ценного в обиходе аллопатии, все взято от неграмотного темного народа, его знахарей, более успешно, чем привилегированные аллопаты, перепробовавших на шкуре своего брата все, что попадалось под руку. Открыто сознаваясь в своем глубоком невежестве в лекарствоведении, а следовательно и в безусловной ненаучности практикуемой ими медицины, представители имеют смелость отвергать совершенно неизвестную им гомеопатию под предлогом якобы ее ненаучности и вводить в обман всех неспособных и ленивых самостоятельно мыслить, то есть всех, готовых подписать на чистом бланке смертный приговор себе и близким своим.

25 лет проводится в земстве вопрос о народной самопомощи в болезнях; некоторые земства предпринимали у себя опыт гомеопатического лечения, убедились в его выходящей из ряда пользе, но ни одно из них не устояло под напором врачей прямо-таки из врачебоязни: "А ну, я заболею, что-то они мне пропишут? А ну, я буду баллотироваться в члены управы, каких они мне набросают? Медицина — это их дело: моя хата с краю, пожар так пожар, меня Бог милует!"

И от этой врачебоязни никто не застрахован. Даже гомеопаты без зазрения совести говорят: "У себя дома я гомеопат, а на улице — аллопат".

Такая недостойная трусость перед давлением общественного мнения вместе с неблаговидным кумовством и служат причиной, что вредное аллопатическое знахарство торжествует, а гомеопатический метод лечения, безусловно научный и потому общедоступный, проникает в общество лишь контрабандой, а потому и так медленно.

В целом ряде больших статей, печатавшихся в журнале Императорского Русского технического общества "Железнодорожное дело" под названием "Самопомощь в болезнях", ненаучность аллопатии, подтверждаемая выдающимися представителями ее, и научность гомеопатии, устанавливаемая теми же представителями аллопатии, вполне выяснены не только для того, чтобы не сомневаться в пригодности гомеопатии для народной самопомощи в болезнях, но и для того, чтобы народная земская медицина была не иной, как гомеопатической, и чтобы привилегия для нынешней официальной медицины была окончательно уничтожена.

Уважающее себя правительство не станет покровительствовать явному для него злу, а зло это не отрицается и самими представителями привилегированной школы. Зло безграничное, вконец подрывающее благосостояние народа и государства.

Просвещенный председатель Всероссийского съезда ветеринаров в Петербурге на предложение доложить съезду о преимуществе гомеопатии вполне откровенно высказал ту мысль, что врачи никогда добровольно не примут нового медицинского учения, что дело это правительства, как лично незаинтересованного в удержании старой или проведении новой школы.

И совершенно верно. На этот счет существует известный заговор: замалчивать гомеопатию или высмеивать, но никогда не давать объяснений научно-обоснованных. Лучшим тому примером служит ответ Kиевского медицинского факультета на запрос Новгород-Северского земства относительно пользы лечения гомеопатией.

Согласно определению медицинского факультета от 25 ноября 1886 г., проф. Лешу, Сикорскому и Гейбелю было поручено обсудить запрос названного земства. Три почтенных профессора, придерживаясь тактики замалчивания и осмеивания, составили ответ: "Мнение медицинского факультета университета Св. Владимира о гомеопатическом лечении". Под этим фатальным документом за собственноручной подписью трех профессоров и опубликованным от 13 января 1887 г. в "Киевлянине" значится: "Это мнение названных профессоров вполне разделяет и медицинский факультет университета".

К величайшему несчастью всех страждущих, в течение 80 лет и публике, и администрации настойчиво прививается тенденциозно извращенный взгляд на гомеопатию.

Игнорируя данную законом свободу совести, в целях якобы прогресса науки, забывая врачебную присягу, "враждующие" единодушно предают анафеме ищущих истину вне узаконенного цехового правоверия.

Растлеваемая в этом отношении со школьной скамьи учащаяся молодежь слепо и фанатично проникается презрением к новой школе во вред себе, обществу, государству и науке.

Слепо доверяя диплому, положению, власти, имени, публика в большинстве обманутая недобросовестной печатью, без малейшего сомнения и критики довольствуется пустозвонством и позорным для ученых шутовским глумлением над наукой, перед которой благоговейно преклоняются десятки тысяч их же товарищей, таких же дипломированных врачей, и о которой почти никто из них, этих враждующих и отрицающих, включительно до целых ученых корпораций, не имеют никакого понятия. Киевский медицинский факультет, опубликовав свое мнение о гомеопатии, ничего общего с гомеопатией не имеющее, подтвердил это как нельзя лучше. Неудивительно, что IX Пироговский съезд 1904 г. постановил считать гомеопатию "злом, несовместимым с основами научной медицины и с врачебной этикой". А между тем представители официальной медицины обязаны знать все современные способы лечения (каковых собственных два: аллопатический и гомеопатический), чтобы в интересах гуманности и блага государства придерживаться наилучшего из них. Такое постановление целого почтенного съезда тем более странно, что многие из врачей втихомолку пользуются гомеопатией; что многие лекарства из гомеопатических лечебников, без указания источников, приняты школой; что, наконец, никто не отрицает огромного вреда сильнодействующих аллопатических и совершенной безвредности гомеопатических средств. Такое постановление несравненно хуже всякого крепостничества, так как оно превращает в раба самую душу человека, закрепощает ум его, волю и совесть, под угрозой тягчайшего наказания всеобщего позора и презрения товарищей, и обязывает против его воли принять метод лечения, при котором лекарственные болезни, лекарственное острое и хроническое отравление, а следовательно и вырождение и сама смерть неизбежны, при самом наилучшем знании и наибольшей осторожности, и все это вопреки того основного правила медицины "нe вредить больному", без соблюдения которого медицина обращается в явное и жестокое душегубство, с которым по своей мучительности ни один вид современной казни не сравнится.

На мнение Киевского мед. факультета С.-Петербургское Общество врачей-гомеопатов между прочим возразило:

Гг. профессора совершенно голословно утверждают, что малые гомеопатические лекарственные приемы недействительны. Мы утверждаем, что этот вопрос может быть решен только экспериментально. Всякое чисто теоретическое доктринарное заключение а priori относительно недействительности минимальных доз не может иметь абсолютно никакого значения ввиду фактов, доказывающих противное. Мы утверждаем, что ни один врач и ни один профессор не имеют права отрицать действительности гомеопатических лекарственных приемов иначе, как на основании тщательно и добросовестно произведенных практических наблюдений.

Гомеопатическая терапия зиждется на принципе: подобное излечивается подобным ("Similia similibus curantur"), т.е. всякая болезнь излечивается таким лекарством, которое в здоровом человеческом организме в массивных приемах производит в высшей степени сходную болезнь.

Относительно дозы для врача-гомеопата существует двоякая граница. Во-первых, лекарственный npием должен быть настолько мал, чтобы он не мог вызвать в организме пациента никаких явных функциональных расстройств, а во-вторых, лекарственный npием должен быть достаточно велик для того, чтобы произвести желаемое исцеляющее действие. Каким образом при соблюдении этого фундаментального правила гомеопатической тepaпии возможны отравления (встречающиеся, к сожалению, ежедневно на каждом шагу при аллопатическом лечении) — это остается для нас совершенно непонятным.

В своем мнении медицинский факультет совершенно умолчал о гомеопатическом законе лечения, в котором вся суть, высмеял малые дозы для тех, кто всегда рад посмеяться, и напугал трусливых, уверяя, что с гомеопатией надо быть осторожным, а то можно и отравиться, умалчивая, что это будет уже аллопатия, а не гомеопатия.

И это ответ земству факультета, с легкой руки оставшегося в живых из трех проф. Сикорского.

Эта милая шутка, которой на человеческом языке имени нет, судя по приведенным здесь статистическим данным в первую после того эпидемию холеры, обошлась русскому народу по меньшей мере в сто тысяч человек, жизнь которых не оценишь никакими миллиардами. Эти сто тысяч жертв лежат на совести 1) проф. Сикорского; 2) Киевского мед. факультета, единственного из всех, не постыдившегося публично заявить заведомо ему ложное мнение о гомеопатии; 3) правительства, сквозь пальцы глядевшего на цеховую недобросовестность; 4) печати, не допускавшей на свои страницы мнения специалистов с их научно-обоснованными доказательствами истинности и действительности гомеопатии, и 5) на совести убежденных последователей гомеопатии, довольствовавшихся собственным благополучием и равнодушных к чужим страданиям, к чужому горю.

Недостает только одного: чтобы правительство, по рекомендации нововременского публициста М. Меньшикова, назначило на пост министра народного просвещения проф. Сикорского. Как раз кстати и ко времени!

Ясно, что в Государственной Думе и в Государственном Совете безотлагательно должен быть поднят и решен вопрос о замене аллопатии гомеопатией. Дамоклов меч, утвержденный обманутой или лицеприятной администрацией, должен быть заменен разумным, строгим и нелицеприятным контролем. Известный берлинский проф. Шперлинг в не менее известной "Библиотеке мед. наук", доказывает, что единственный выход из неудовлетворительного и ненаучного состояния медицины — признание и принятие принципов гомеопатии.Того же мнения и известный в Европе профессор в Грейсфальде Шульц, как и все, бывшие до него, начиная с Бруссе — выдающиеся в медицинском мире авторитеты. Наш проф. Э.Э. Эйхвальд рекомендовал своим слушателям назвать гомеопатию специфическим способом и под этим названием практиковать ее. И не без основания. По распоряжению министра внутренних дел графа Перовского в С.-Петербурге при больнице для чернорабочих женского пола открыты были два параллельных отделения, аллопатическое и гомеопатическое, на 50 кроватей каждое. Прием больных в то и другое отделение был безвыборный, очередной, четными и нечетными номерами, по мере поступления в больницу. Оба отделения с 1847 по 1855 гг. находились под контролем правительства; в результате оказалось:

*
Аллопатическое отделение
Гомеопатическое отделение
Поступило больных
2 732
5 900
Выздоровело
2 369
5 114
% смертности
14%
12%
Расходы на медикаменты
5 600
950

Не говоря о том, что больные, благодаря скорейшему выздоровлению, выиграли 16 225 рабочих дней, но выиграли и 118 жизней только потому, что случайно попали в гомеопатическое отделение. Но с тех пор, как гомеопатия стала преподаваться в университетах, процент смертности при гомеопатии вдвое меньше. Так, гомеопатической клиникой проф. Бакоди представлены в венгерский парламент следующие цифры:

*
% смертности в аллопатическом отделении
% смертности в гомеопатическом отделении
Воспаление легких
25,4
6,5
Дизентерия
32,8
4,4
Болезни желудка и кишечника
3,3
0,0

И это при состязании.

Международному гомеопатическому конгрессу в Соединенных Американских Штатах представлен был отчет параллельного лечения за 1887—1900 гг.:

*
Старая школа, %
Новая школа, %
Выздоровело
11,61
13,13
Значительное улучшение
7,38
14,22
Осталось без изменений
11,50
5,98
Умерло
6,26
3,66

Правительство штата Массачусетс, принимая во внимание успех лечения гомеопатией психических больных, ассигновало на гомеопатическую для душевнобольных больницу 409 825 долларов (доллар — около двух рублей).

Всех признаний преимущества гомеопатии над аллопатией здесь не перечесть.

Самое ценное, однако же, достоинство гомеопатии — ее способность предупреждать заболевание и ограничивать развитие болезни. Другое неоценимое ее достоинство, вытекающее из открытого закона лечения, из ее научности — общедоступность самопомощи в болезнях.

Установление минимальных доз (действительность коих наукой безусловно признана и никем не отрицается), делая лекарственные средства несравненно более целебными, безвредными и неподверженными порче, доводит их до баснословной дешевизны и делает их вполне доступными как для всенародного пользования, так и для пользования домашних животных. Разжиженные средства эти имеют возможность моментально проникать к самому источнику болезни, поврежденным микроскопически малым клеткам организма. В случае сродства с болезнью, средства эти животворно действуют на эти клетки; в случае отсутствия этого сродства (ошибочное назначение) как минимальные не расстраивают их жизнеспособности, не действуют на них, что дает возможность весьма быстро и без малейшего ущерба для здоровья придти на помощь другим лекарством, более соответствующим данной индивидуальности больного.

Школьный учитель, буквально шутя, может ознакомить подрастающее поколение с приготовлением простых гомеопатических лекарств и с применением их при первых заболеваниях.

Миллионы лечебников разошлись по всему миру и некоторые из них выдержали уже до тридцати изданий и переведены на все европейские языки (как, например, руководство Лори в 1060 стр. убористой печати). От добра добра не ищут.

В Соединенных Штатах Сев. Америки, где "время — деньги", особенно широко развита гомеопатия. Сотни миллионов долларов пожертвованы самим обществом на сотни больниц, лечебниц, санаторий и десятки медицинских факультетов во главе с 800 профессорами и 15 тыс. врачами-гомеопатами. Преподавание в гомеопатических университетах поставлено образцово, при широкой и разносторонней программе, при недоступной для наших студентов практике, при необычайно серьезном отношении студентов к своим занятиям и при безусловном требовании высокой нравственности от студентов.

Все сказанное выше дало основание убежденным исследователям гомеопатии организовать в С.-Петербурге Христолюбивое общество самопомощи в болезнях с целью придти на помощь беспомощному населению в болезнях, при участии церковно-приходских попечительств. В круги их обязанностей, как известно, входит и забота о народном здравии, но она парализуется дороговизной аллопатических лекарств и вредом их. С этой целью не раз возбуждался вопрос о преподавании медицины в духовных семинариях, но все такого рода попытки кончались сознанием полной бесполезности этого преподавания. Но нужда не свой брат. И "…Томский епархиальный училищный совет признал не только полезным, но и необходимым на педагогических курсах для учителей церковных школ устроить чтения по детской гигиене и детским болезням" ("Россия", 16 марта). Очевидно, почтенный совет с книгой Вересаева незнаком. Впрочем, домашние аллопатические лечебники издаются и на казенные средства с такой же легкой совестью, с какой разрешаются рекламы всевозможных аллопатических средств, а в то же время принимаются всевозможные законом обеспеченные меры для стеснения гомеопатического лечения. Было бы желательно, чтобы наши епархиальные училищные советы воспользовались примером преподавания гомеопатии в Одесской семинарии доктором медицины Луценко. Нет надобности говорить, что задача Христолюбивого общества тормозится многими неблагоприятными с внешней стороны условиями. В настоящее время, принимая во внимание, что столичные больницы переполнены, эпидемии не ослабляются, а усиливаются и ослабление их в будущем не предвидится, правление Христолюбивого общества через городского голову Н. А. Резцова внесло в думу доклад об организации для беднейшей части столичного населения самопомощи в болезнях, признавая в этой организации единственный выход из того крайне ненормального и глубоко прискорбного положения, в котором находится в столице медицинская помощь рабочему классу. Несомненно, что сознательное требование рабочим классом этой помощи вместе с неизбежным приливом населения все будет настойчивее и настойчивее, а удовлетворение ее, без организации самопомощи, все неудовлетворительнее и затруднительнее. В интеллигентной среде Петербурга насчитываются уже многие тысячи последователей гомеопатии и конечно на их нравственной обязанности лежит долг принять участие в упомянутой организации и в защите ее в городской думе. По крайней мере в Харьковской думе субсидия на гомеопатический способ лечения отстаивалась двумя профессорами медицины. Там же три профессора медицины Кучин, Ясинский и Рындовский, испытавшие на практике этот гениальный метод (кстати сказать, разработанный лейпцигским проф. медицины), вошли членами-учредителями Харьковского общества последователей гомеопатии. Следовательно, уже не так стыдно защищать гомеопатию, как это может быть кажется даже убежденным ее последователям, напуганным пристрастной, лживо ее истолковывающей печатью в интересе цеховой недобросовестности.

Как солнечный луч неудержимо пробивается сквозь непроглядный мрак и приносит свет, так пробивается сквозь тину неправды истина и несет за собою свет знания, добро, любовь и счастье — на благо человечеству. "Посмотрите, пастушка, освободившая Францию, она в своей тюрьме... она в пламени костра..." Наступила, наконец, правда и для Жанны: через 250 лет было сделано новое расследование, на основании коего руанский процесс объявлен пристрастным и лживым, Жанна восстановлена в своем добром имени, а ее миссия признана не дьявольской, а божественной. То же сталось и с Ганеманом. Величайшее из государств С. Шт. Сев. Америки, соединенными усилиями правительства, людей науки и народа, спустя сто лет, в своей столице воздвигло величественный памятник великому реформатору медицины, нога которого никогда не была в этом государстве. И рядом с этим, имя Ганемана предается анафеме не только собственниками аптек, но и представителями казенных медицинских учреждений всего миpa. Какое трогательное единение в защите личных интересов! И какое равнодушие к самым вопиющим нуждам рабочего класса! Организация самопомощи в болезнях (до прибытия к больному врача), как и организация народной торгово-промышленной самопомощи, незаменимы в деле прочного и неуклонного развития народного богатства и политического могущества государства. Народная самопомощь в болезнях потребует ничтожной доли из тех огромных сумм, которые расходуются по заявлению самих врачей непроизводительно. Эта самопомощь особенно драгоценна в скоротечных и заразных детских болезнях, ввиду естественного недостатка, скорой врачебной помощи населению, раскинутому на необъятном пространстве Российской империи. Здоровье народа — залог благосостояния государства. Борьба с чрезмерной смертностью, вырождением народа, а отсюда и обнищанием, возможна только путем организации народной самопомощи в болезнях. Этой организацией должны быть особенно заинтересованы министерства:

1) Военное. Военная история знает немало примеров, когда не только малые, но и большие войсковые части оставались без медицинской помощи хотя бы только потому, что тяжелые фургоны с аптекарскими принадлежностями отставали на десятки верст от своих боевых частей. Надо ли говорить, как нужна эта помощь армии, ночующей под открытым небом, на голой, холодной и сырой земле, пьющей сырую загрязненную воду, истомленной усиленными переходами, бессонными ночами и пребывающей в постоянном нервном напряжении, а следовательно подверженной и усиленной заболеваемости?!.. А случись эпидемия?.. И армия растает. Ни гений полководца, ни отчаянная храбрость испытанных в бою войск тут не помогут. Армия должна быть обеспечена не только хорошим оружием, но и предохранительными от расстройства здоровья средствами. А какими средствами могут быть заменены необычайно портативные и в высшей степени предупреждающими заболевание и быстро его излечивающие общедоступные гомеопатические лекарства?

"Превосходно предохраняя от болезней, особенно простудных, проявляя чудное влияние на заживление и быстрое рубцевание ран, могуче укрепляя нервы, гомеопатические средства представляют прекрасное дополнение блестящей хирургической помощи", — докладывал VII Международной конференции Красного Креста председатель ее генерал-адъютант О. Б. Рихтер от имени Христолюбивого общества.

Само собой разумеется, что начало военной медицинской самопомощи должно быть положено в мирное время. Времени для этого много не потребуется; солдаты будут заняты полезным, интересным для них, умственно развивающим и отвлекающим их от праздного и вредного во всех отношениях томительного для них безделья. Опыт в Ораниенбауме в 1905 году показал, что солдаты, особенно в роте Стрелковой офицерской школы, как это известно генералу от инф. Хр. Хр. Роопу, с интересом и с деловитым успехом воспринимали сведения по подаче первой помощи гомеопатическими средствами до прибытия к больному врача. В этой роте и в двух запасных батальонах не было выражено ни одного сомнения в пользе этого лечения, несмотря на свободу объяснений, допущенную лектором. Желая подтвердить фактом эту уверенность стрелковой роты в пользе только что разъясненного им гомеопатического лечения, лектор вызвал страдающих какою-нибудь хронической болезнью. В числе других вышли шесть человек, страдающих по ночам судорогами в ногах. Не ожидая встретить у здоровых и хорошо содержимых людей такого рода болезни, да еще как оказалось нередкой, лектор на вопрос обращались ли они за помощью к врачу, получил ответ: "Обращались, ваше превосходительство, но доктор сказал, чтобы к нему с такими пустяками не обращались". Ничего другого доктор и сказать не мог.

Хр. Хр. Рооп спрашивал, не коротки ли у них кровати?.. Но, после первых же приемов купрум (медь), судороги у всех прекратились, как по команде. И неудивительно. Еще Перейра (известный авторитет по лекарствоведению старой школы) писал: "Продолжительное употребление малых приемов препаратов меди возбуждает различные страдания нервной системы, каковы судороги и параличи".

Применяя закон гомеопатии — подобное излечивается подобным — каждый мало-мальски грамотный излечит судороги, а при своевременном применении соответствующих лекарств — и паралич, чего не сделает ни один профессор старой школы, если не прибегнет к гомеопатическим средствам. На вопрос отчего врачи не лечат гомеопатией, рота отвечала как один: "Не верят, ваше певосходительство". Таким образом, авторитет врачей нимало не поколеблен. А солдатам так полюбилась возможность послать в деревню в письме (с 7-ми копеечной маркой) лекарство и иногда буквально спасти своего ребенка страдающего скарлатиной или дизентерией от смерти (такие случаи были), что многие из них ездили в столицу для приобретения лекарств и лечебников на свой счет, хотя первые восемь аптечек выданы им были по распоряжению начальника училища генерала Рагозина.

В запасных батальонах, с составом менее развитым и грамотным, дело шло туже, но внимание и желание слушать было не меньшее. На вопрос, не утомились ли слушать, батальон обыкновенно отвечал: "Никак нет, мы готовы слушать хоть до 12 часов ночи".

При объяснении малых доз, рассматривая в микроскоп крыло комара, которое они должны были узнать, один из солдат, видевший чертежи офицеров, заявил, что видит он "планы", которые чертят господа офицеры. На уверениe, что это крыло, а не планы, упрямый скептик все же отвечал: никак нет. "Ну, спроси у своего фельдфебеля". Но и фельдфебель не оказался достаточно авторитетным в глазах независимо мыслящего. "Вот земляку поверю". Вызван был земляк. Земляк подтвердил. В оправдание земляка показано было крыло. Сомнения исчезли, но возникли они потому, что этот почтенный слушатель вкусил уже чуточку от плода науки: он видел чертежи у своих офицеров и в данном случае нашел сходство с ними. "Сомнение — основа знания", — говаривал наш гениальный хирург-гомеопат Пирогов. Прежде чем отрицать или соглашаться, необходимо проверить, испытать... Гомеопатия имеет за собой столетний опыт, и десятки тысяч врачей-гомеопатов единогласно отдают ей предпочтение во всех отношениях.

В приказе по батальону между прочим сообщалось:

"Завтра с 5 часов пополудни генерал-майор Федоровский сделает сообщение нижним чинам: "Самопомощь в случае заболевания, до прибытия врача", почему:
1) Командующему 1 ротой к означенному времени собрать всех нижних чинов, в случае благоприятной погоды, на плацу, а неблагоприятной — в столовой.
2) Для нижних чинов вынести на плац скамейки, на которые и посадить их.
3) Для генерала приготовить стол и стул.
4) Форма одежды — гимнастические рубашки.
3 августа 1905 г. № 245".

В другом батальоне по окончании занятий к лектору обратился вольноопределяющийся с просьбой полечить его от запоя. Выражено было coмнениe в успехе, т.к. за 25-летнюю практику это был первый случай; тем не менее, лекарство было дано. Каково же было удивление, когда тот же самый молодой человек при неожиданной встрече в Петербурге на улице высказал свою полную признательность за излечение.

— И что же, вы теперь совсем бросили пить?
— Совсем бросил, и не тянет.
— Как хотите, но верится с трудом.
— Не угодно ли справиться. Я нахожусь на квартире брата, офицера генерального штаба. Можете спросить и у матери. Она знает.

Признаюсь, не поверил и зашел справиться. "Да, не замечаем", — был ответ брата (мы напомним нашим читателям, что в Петербурге еще недавно подымался вопрос об оборудования больницы для алкоголиков, причем высчитывалось, что кровать обойдется в 1000 руб. — ред.).

Другой случай был прошлое лето в г. Короче Курской губернии. Здесь в течение полутора месяцев автору пришлось принять более 500 человек. В короткое время крестьяне стали пpиезжать за 20 и 30 верст. Работавшая в саду крестьянка, слыша об успехе лечения, обратилась и сама с просьбой полечить ее мужа от запоя. Одно горе с ним, говорит. Пока тверез — и ласков, и работящ, и добр, а запьет — все из дому несет, и колотит направо и налево всех, кто под руку попадет, не разбирая ни старых, ни малых.

— Обещать, что вылечу — не обещаю, а попробовать можно.
— Только как ему дать лекарство, сам такой гордый, что не дай Бог? Как узнает, что от запоя, ни за что не станет принимать, еще и побьет. "Хиба скажу, — говорит, — що се вид грызи (грыжи), бо у его и грызь. Эге, добре, так и скажу", — закончила свою жалобу корочанская малороссиянка.

К счастью, мне хорошо было известно, что нукс вомика рекомендуется как при пьянстве, так и при грыже. Через неделю узнаю, что грыжа несравненно меньше беспокоит; а еще через неделю, к моей радости, счастливая жена мне доложила: "А человик (муж) мэни сегодня каже: щось мэнэ вид горилки видверта". При новой встрече, слышу: "Спасыбо вам, панэ, человик мий вже зовсим горилки нэ бэрэ".

Здесь же исправник прислал ко мне стражника, кавалера военного ордена трех степеней, унтер-офицера образцового, но почти непригодного к службе за катаром желудка, ссаживавшим его с коня до 8-10 раз в сутки. По словам исправника, стражник этот совершенно окитаился от долгого пребывания в Манчжурии, но через неделю он не только был совершенно здоров после долгого и бесплодного лечения, но и желто-грязный цвет лица его принял нормальную окраску русского человека. Исправник очень благодарил меня за излечение своего подчиненного, а признательный стражник прислал мне два письма, которые, к сожалению, не могу привести здесь за недостатком места. Приходилось принимать от 20-30 человек в сутки, что наполняло весь день, т. к. надо было не только выдать лекарство, но и вразумить донельзя темный люд, как принимать его, чтобы избежать того, что случилось на днях с моей прислугой Ульяной Абрамовой. И как это случается ежедневно с тысячами неграмотного люда (а иногда и очень грамотного), перепутывающего наружные и внутренние, да еще второпях назначаемые лекарства. Раньше она служила у доктора и следовательно вкусила от древа познания добра и зла, а потому, несмотря на известные ей примеры излечения гомеопатией, когда заболела сама сильной инфлюенцей, она, вопреки совету не вставать с кровати, в сильную стужу рано утром прорыскала часа два-три по городу, чтоб найти врача и получить из аптеки лекарство. Окончательно свалившись с ног, почти без сознания она переехала на свою бывшую квартиру. Здесь принять лекарство она не могла, так как каждый раз оно вызывало у нее сильную рвоту, а полосканьем обожгла себе горло, так как не знала или забыла, что надо разводить его водой. Разумная и услужливая хозяйка пришла заявить, что Абрамова кончается. Пришлось отправиться на квартиру и оставить лекарства гомеопатические, которые быстро помогли ей, причем болезнь прошла без всяких осложнений, столь частых в этой болезни при мучении лекарствами старой школы; говорю "мучении", потому что лечения тут быть не может, т. к. никаких пригодных для этой болезни — весьма распространенной и более губительной, чем другие — средств старая школа не знает, и каждый врач, как это оказалось по исследованиям, лечит чем Бог на душу положит. И конечно делает больше вреда, чем пользы. Стоит вспомнить Вересаева: "Я все время хочу лишь одного — не повредить больному, который обращается ко мне за помощью, но это никак не удается, и желание соблюсти это правило лишь систематически обнаруживает полную неумелость достигнуть этого и вынуждает на полный застой", т.е. вынуждает совсем отказаться от лечения. Этот вопль наболевшей души Вересаева малограмотные читатели его понимают так, что это только Вересаев, а не вся школа обнаруживает неумелость излечить больного. Если бы это было так, то такой умный врач как Вересаев не жаловался бы публично на свою неумелость, а позаботился бы научиться, как лечить, чтобы если и не вылечить, то по крайней мере и "не повредить больному". Известно, что от вреда пользы мало, а если вся школа только и может что вредить; даже хуже, не может не вредить, то на каком основании она не только не в миру поддерживается на государственные средства, но и пользуется деспотическим и бесконтрольным правом сживать со света совершенно безвредную, безусловно научную, дешевую, могущественную и общедоступную для самопомощи школу гомеопатическую? Ту школу, которую она давно уже хищнически обирает?..

Председатель гомеопатического конгресса в Лондоне в 1891 г. констатирует, что в эпидемию инфлюенцы в 1890 г. в Лондоне 82 врача-гомеопата на 6 839 больных имели 17 смертельных случаев, а в 1891 г. на 8 146 больных 56 умерших, из которых 15 было за 70 лет. Кроме этих 82 врачей, которые вели обстоятельную отчетность, 20 врачей, при неопределенном, но значительном количестве больных имели только 6 смертельных случаев. Причем в Лондоне, между первой неделей января и второй неделей июня, от инфлюенцы умерло у аллопатов ровно 2 000 человек. Оказывается, что в общем от этой по виду скромной болезни, ввиду ее широкого распространения в массе населения, умирает более, чем от холеры. Причем смертность от бронхита и воспаления легких под влиянием инфлюенцы страшно возрастает, почти вдвое против среднего числа, так что эти три болезни в Лондоне в течение 6-ти недель причинили 5 015 смертей. Нечего говорить, что при организованной самопомощи не было бы от этой болезни и того процента смертности, который мы видим у лондонских врачей-гомеопатов. Как бы ни были велики услуги санитарии (обязанной своим развитием главным образом гомеопатии), но нельзя отрицать, что процент смертности в европейских государствах значительно падает и от развития в обществе самопомощи (за недостатком врачей-гомеопатов) гомеопатическими средствами.

Известный в Германии проф. Фюрбрингер, специально занимавшийся изучением инфлюенцы, отмечает, что из 3 280 его корреспондентов не более 2% признают существование специфических средств против этой болезни. Тем не менее, "1160 высказались за антипирин, 600 за хинин, 485 за антифебрин и 470 за фенацетин. Эти средства применялись в различных комбинациях". "Все эти средства то признавались специфическими, то отвергались и считались вредными"; тем не менее, говорит проф. Фюрбрингер, требовалось "давать по возможности большие дозы". "Мы принципиально воздерживались от этих лекарств и думаем, — говорит гуманный Фюрбрингер, — что более всего приносили пользу больным, поэтому нам было больно все это читать". Что малые дозы вызывают жизнедеятельность организма, а большие парализуют ее, сто лет тому назад стало аксиомой новой медицинской школы, но фальшивая закваска старой школы туго воспринимает простые всем общедоступные истины. В данном случае Вересаев вполне сходится с выдающимся германским профессором и ему также больно, что по совести он не может явиться к больному иначе, как в качестве праздного зрителя. Здоровье русского народа и благо государства в зависимости от того, на чью сторону станет русское правительство и общество, на сторону ли тех врачей, которые, как мы сейчас видели, признавая только одно вредное действие лекарств в инфлюенце, "гордо" предъявляют требование давать больному, имевшему несчастье попасть в их руки, по возможности большие дозы, или на сторону тех, которым жизнь больного дорога так же, как и собственная? На сторону ли узаконенного знахарства или на сторону науки и здравого смысла?..

Ни Вересаев, ни Фюрбрингер не ищут спасения в гомеопатии: они застрахованы от нее искусственно привитым презрением к ней и ненавистью; им только и остается, что плакаться на бессилие официальной школы или, махнув рукой на гуманность, с головой окунуться во всевозможные эксперименты, по пословице "авось кривая вывезет". И потому не следует удивляться, если в печати трактуется о заразительности люеса, трахомы и т. п. болезней, а в иных войсковых частях десятки трахоматозных спят вповалку со здоровыми, сифилитики едят одними и теми же деревянными ложками со здоровыми и т.п.

Одно дело писать, другое — дело делать. При организованной самопомощи в болезнях в войсках, солдаты не только сумеют сберегать себя, но и принесут в семью свою разумно-здравые понятия о сбережении здоровья и первой помощи в случае заболевания. Половина болезней — простудные болезни, а в них гомеопатия могущественна.

После войны, несчастной потому, что не дали ее окончить (см. "Тревожное известие", "Врач-гомеопат", 1905 г., № 3) вернулась масса народа с надломленным и разбитым здоровьем. У кого подымется рука сознательно лишить их самопомощи, когда эта самопомощь только и нуждается в авторитетном признании ее пользы правительством, так как медицинская помощь весьма недостаточна даже в столице империи, казалось бы переполненной и врачами и медицинскими учреждениями (к 20 февраля во всех 12 городских больницах общее число больных достигло 10 945, превысив положенный штат на 3 040 человек), а над всей страной висит дамоклов меч в виде модных теперь врачебных и аптекарских забастовок из-за всякого каприза!.. Правительству нельзя не считаться с этим новым явлением и нельзя не принять мер к обеспечению от него государства, если правительство желает оставаться на соответствующей своему назначению высоте!..

2) Министерство внутренних дел (на прямой обязанности которого лежит забота о народном здоровье), вместе с Министерством финансов и землеустройства (переселение) с целой армией чиновников и миллионами фабричных и заводских рабочих, здоровье которых прежде всего обеспечивает благосостояние их семейств, всемирно должны быть озабочены организацией самопомощи; вне организованной государством самопомощи в болезнях выхода нет; и тем более, что спрос на медицинскую помощь имеет предъявляться с каждым днем все шире и настоятельнее. Фабрикантам и заводчикам прямой интерес пойти в этом деле навстречу правительству. Переселяющиеся в новую, несродную для них и некультурную местность, даже и при материальных средствах, в самое короткое время могут наполовину вымереть, как это всегда и бывало с русскими переселенцами, не обеспеченными медицинской помощью. Если даже в благоустроенных, по-видимому, земских больницах довольствуются суррогатами, да и тех иногда не хватает, то можно ли серьезно говорить об обеспечении медицинской помощью многочисленных в будущем переселенцев в отдаленных районах?

3) Министерство народного просвещения и Духовное ведомство с их армиями учащих и учащихся, за отсутствием скорой и общедоступной самопомощи, несут неисчислимые траты и во времени, и в успехе, и в средствах, бесполезно затрачиваемых.

4) Министерство путей сообщения тоже с полумиллионом рабочих и большей частью семейных. Редакция "Железнодорожного дела" (изд. Имп. Русск. техн. общества), помещая в своем органе труд автора "Самопомощь в болезнях", поясняет, что "железнодорожные служащие и рабочие, весьма нередко исполняющие свои обязанности вдали от врачей и даже фельдшеров, а иногда и пренебрегающие их советами, составляют именно ту среду, которая наиболее нуждается в знании правильных средств самопомощи и в особенности предохраняющих мер от холеры... и что отсутствие на железных дорогах официального признания гомеопатии и господства опирающегося на нее принципа этой самопомощи может быть объяснено если не рутинным преклонением перед распоряжением Главного медицинского управления Министерства внутренних дел, то лишь каким-то недоразумением. Очевидно ведь, что на первом плане должны стоять средства самопомощи, и что те из них, которые при всей целесообразности проще, удобнее и безвреднее, должны быть наиболее рекомендуемы на железных дорогах, как эксплуатируемых, так и строящихся. Поэтому ознакомление с такими именно способами лечения посредством популярно изложенной статьи нам представляется весьма желательным и необходимым, и тем более желательным и необходимым для "железнодорожного дела", так как в нем до настоящего времени оказывается чувствительный пробел".

Вот как смотрит на самопомощь в болезнях редактор и главный инспектор российских железных дорог А. Н. Горчаков. Книга "Самопомощь в болезнях" доставлена автором через Мин. Выс. двора, при особом докладе Государю Императору, и Его Величество был так заботливо внимателен к важнейшему из государственных вопросов неотложной и тяжкой нужды народа, что немедленно же отправил книгу при своем особом указании г. председателю Совета министров. Вопрос о самопомощи должен быть поднят и разрешен первым в Думе, если Дума состоит действительно из представителей, осмысливающих нужды народа и государства. И решить этот вопрос тем легче, что для решения его следует лишь указать крестьянам законный выход из того, по-видимому, безвыходного и ужасающего положения беспомощности в болезнях, в которых крестьяне и рабочие действительно находятся (об этом положении еще недавно и так красноречиво писал нововременский публицист М. Меньшиков, направлявший вопрос этот на ложную дорогу). Указать народу на самопомощь в болезнях, для которой вполне довольно крох, падающих от голодного стола его и капель "казенки", проливаемых нетвердой рукой горьких пьяниц. И крестьяне, и рабочие не пожалеют, ни этих крох, ни этих капель.

"Я ль не молила Царицу небесную,
Я ли ленива была?
Ночью, одна на икону чудесную
Я не сробела, пошла..."

Но народные представители, сидящие на левых скамьях, и защитники "народности православия", сидящие на правых, во главе с представителями самого православия, что они скажут?!..

Что они скажут?!.. Не оплачут ли слезами горечи и эти крохи, и эти капли?.. Не устрашатся ли они того света знания и истины, который может, по их убеждению, ярким светом ослепить непривычные к свету этому глаза крестьян и рабочих?!..

Не скажут ли они, что земской медицинской помощи для крестьян хоть отбавляй, как сказал это автору председатель Москов. губ. зем. управы Шипов? Не скажут ли они, что самопомощь гомеопатическими средствами вреднее крестьянского знахарства и что она может нарушить материальные интересы врачей и аптекарей? Они, пожалуй, скажут, что Медицинский совет, если его спросят (хотя для этого нет никакого основания, так как вопрос идет о медицинской помощи в отсутствие врача), никогда не согласится допустить самопомощь безвредными средствами, хотя до сих пор он разрешал самопомощь вредными, т.е. аллопатическими средствами (см. премированный лечебник для народного употребления Флоринского, 8-е изд., 478 стр.)?..

Нет, нет и нет! Вера в благородные движения души человеческой не может угаснуть. Перед величием беспредельной и бесконечной задачи гуманности и экономического прогресса великого народа смолкнут все мелкие, цеховые и партийные интересы, и вопрос организации народной самопомощи в болезнях, эпидемиях и эпизоотиях пройдет при единодушном сочувствии Совета министров, Государственного совета и Государственной Думы.

И позаботиться есть о чем! Ведь установлено, что в самых опасных болезнях (как холера, дифтерит, скарлатина, дизентерия, воспаление легких и проч.) при одинаковых санитарных условиях, но при разных системах лечения, одна из них дает смертность на 50% больше. А следовательно, суть не в дорогостоящих и в нашем народном быту совершенно неприменимых мероприятиях, а в лечебных средствах, изысканных научным путем и испытанных в течение столетнего опыта у постели больного и в клинике под контролем медицинской профессуры.

Гомеопатам хорошо известно теперь, что и такие болезни, как золотуха, сифилис, алкоголизм и др. вполне поддаются лечению и до известной степени обеспечивают от вырождения, а следовательно от нищеты и преступлений.

Повторяю, что систематическое, умышленное, а потому и преступное замалчивание успехов гомеопатии обошлось России не в один миллион злосчастных жертв, не в один миллиард кровных рублей народа.

Организация народной самопомощи в болезнях и есть тот законный выход на путь обеспечения экономического благосостояния крестьян и государства, о котором докладывал председатель Совета министров П. А. Столыпин Государственной Думе. Иного выхода нет и быть не может, так как все они не созидательны. Только на основе самопомощи, самодеятельности и самосознания может быть построено народное благополучие.