Хайди Стивенсон (Великобритания)

Стивенсон Хайди

Случайные наблюдения — основа всех знаний

gaia-health.com, 11 апреля 2012 г.

Перевод Зои Дымент (Минск)
Хайди Стивенсон (1950—2014) — английский гомеопат, практиковавшая в Фолкерке (Шотландия). Основала и вела веб-сайт Gaia Health, посвященный проблемам медицины и политике в области здравоохранения.

Оригинал по адресу http://web.archive.org/web/20130929154023/http://gaia-health.com/gaia-blog/2012-04-11/anecdotal-evidence-the-basis-of-all-knowledge/



Всякий раз, когда кто-то выражает мнение, основанное на личном опыте, особенно в области медицины, и это мнение отличается от точки зрения слушателей, в наши дни он обычно слышит в ответ: "Ну, это ничем не подтверждено. Наука не согласна с вами". Такое заявление звучит очень убедительно. В конце концов, мы можем ошибиться и ошибаемся в своих наблюдениях. Мы предполагаем связи, которых в действительности не существует.

Но делает ли это случайные свидетельства (anecdotal evidence) несостоятельными? И всегда ли научно обоснованные ответы верны? Одним словом: нет.

Врачи эффективно используют случайные наблюдения каждый день, и они должны делать это. Доказательная медицина, фактически, основывает бо́льшую часть своей практики на случайных наблюдениях. Звучит невероятно? Подумайте сами.

  • Если вы сообщаете своему врачу, что лекарство, которое он недавно дал вам, вызывает страшную головную боль, есть шанс, что вам поверят и ваше лечение изменят. Врач основывает такие решения на случайном наблюдении, только что предоставленном вами.
  • Врачи рассказывают друг другу истории о своем опыте с теми или иными операциями. Новую хирургическую технику, которую испытывает врач, почти никогда не проверяли. Другие врачи просто пробуют сами, если им это интересно. Они принимают свои решения именно на основе случайных наблюдений.

Итак, что собой представляет научное доказательство, если оно настолько важно, что всякий личный опыт может быть просто проигнорирован, отброшен в сторону, как не имеющий никакого значения? В наш век науки на продажу — а наука поглощена транснациональными корпорациями практически во всех своих областях — она стала означать все меньше и меньше в плане предоставления реальной информации, на которой должны базироваться решения в здравоохранении.

Научность медицины

В самом деле, случайные свидетельства регулярно появляются в медицинских журналах. Они часто размещают статьи об отдельных случаях. Если такие случайные наблюдения ничего не стоят, то почему такие истории печатаются? А потому, что они являются доказательством. Каждый случай имеет значение. Каждый случай вносит свой вклад. Случайное наблюдение имеет значение.

Наука может быть прекрасным инструментом для получения знаний. Но, несмотря на это, она не является началом или концом всех знаний — особенно в плане здоровья. Исследования в медицинской науке, как правило, принадлежат к одному из двух типов:

  • Cлепые плацебо-контролируемые исследования, с вариациями относительно "слепоты" и плацебо-контроля.
  • Популяционные эпидемиологические исследования.

Оба типа полезны, но ни один из них не рассказывает всю историю. Слепое плацебо-контролируемое исследование пытается устранить все, что исследователи считают неуместным или способным исказить результаты. Это, однако, сужает фокус до такой степени, что в исследовании не учитываются все переменные, которые могут повлиять на каждого участника, который получает некий продукт — как правило, лекарство, — во время исследования.

Популяционные исследования предоставляют информацию о том, что истинно, посредством изучения огромных групп людей. Они дают средние значения и диапазоны. При этом они вообще ничего не говорят нам об отдельном человеке.

В конечном счете, единственным важным свидетельством является случайное: как лечение влияет на человека. Такое случайное свидетельство неважно в том смысле, что некая несуществующая среднестатистическая единица может извлечь из лечения пользу. Оно лишено важности в отношении того, что большинство людей переносят лечение хорошо, когда кому-то от этого лечения становится плохо.

Единственным медицинским свидетельством, которое действительно важно для каждого человека, является случайное свидетельство.

Способы познания

Означает ли это, что для науки нет места? Ни в коем случае. Наука является изумительным инструментом для получения знаний. Но это не единственный способ. Логика, которая отлична от науки, несомненно имеет огромное значение, когда необходимо сделать вывод, что реально, а что — нет. Сам Эйнштейн использовал логику в своих знаменитых мысленных экспериментах. И только позже было показано, что его выводы были верными.

К сожалению, тот, кто рекламирует науку в медицине и исключает все другие средства познания, упускает самый значимый факт: люди являются индивидами, и сложность каждого непостижима. Жизнь сама по себе есть нечто большее, чем взаимодействие химических веществ и законы ньютоновской физики.

Природа жизни выходит за рамки химии и физики. Жизнь существует благодаря чему-то, что не существует ни в чем неодушевленном  —  это борьба за выживание и воспроизводство. Жизни присуща воля, и это придает ей такую сложность, что возможность предсказать с уверенностью, что произойдет, когда некое лечение предоставляется некоему лицу, выходит за рамки любого научного эксперимента. Да, наука может предсказать достаточно точно, что произойдет, в среднем, в больших группах, но не то, что происходит с каждым человеком в этой группе. А медицина должна лечить индивида. Это очевидно.

И именно поэтому так называемая доказательная медицина терпит неудачи. Она игнорирует наиболее важный момент: ни один человек не является среднестатистическим.

С помощью случайных наблюдений в сочетании с логикой приобреталась бо́льшая часть знания на протяжении бо́льшей части времени существования человечества. Как лучше выращивать продукты питания, обычно выяснялось посредством наблюдений за тем, что работает, с помощью обмена информацией и с привлечением логики. Если бы это было неэффективно, нас бы сегодня не было. Мы знаем, благодаря наблюдениям, что существуют времена года. Чтобы это выяснить, не нужны никакие исследования.

Мы узнали, что некоторые травы оказывают положительный эффект, испытав их и передав информацию о том, что получили в результате. Это совершенно случайные свидетельства. Но, благодаря им, мы знаем, что, например, расторопша хороша для печени и боярышник полезен для сердца. Никакие исследования не требуются. Мы это узнали из опыта и случайных наблюдений.

Теперь, однако, случайные наблюдения считаются недостаточными. Это не означает, что нам предлагают добавить научные методы к нашим знаниям. Вместо этого, нам говорят, что единственным приемлемым средством познания является наука, несмотря на ее очевидные ограничения в применении к отдельным людям.

Причина фокусировки на науке

Почему существует упрямая слепота в понимании науки? Почему последняя используется так часто, чтобы запугать людей, особенно тех, которые поддерживают медицинские взгляды, противоречащие принятым в современной официальной медицине? Причина, в действительности, очень проста и груба: деньги.

Наука стала инструментом в руках корпораций, с помощью которого они получают то, что хотят. Чем больше у них денег, тем лучше они могут контролировать результаты. Чем лучше они контролируют результаты, тем легче они могут навязывать свою продукцию массам людей. Одно лишь это должно сделать ясным, что наука не является тем идеальным инструментом, каким ее часто представляют.

Правда об этом легко просматривается в медицинской науке:

  • Исследования, которые имеют так называемые отрицательные результаты, то есть выводы которых говорят о том, что гипотеза неверна, редко публикуются, хотя эта информация является столь же ценной, как результаты исследований, подтверждающих гипотезу.
  • Исследования, результаты которых не устраивают корпорации, являющиеся спонсорами, почти никогда не публикуются.
  • В исследования регулярно вплетается статистика, предназначенная для искажения результатов.
  • Если результаты не отвечают задуманному, выводы часто интерпретируются так, что создается впечатление об их соответствии гипотезе.
  • Даже цели разрабатываемых исследований часто не соответствуют тому, что требуется проверить: например, цель исследования — выяснить, снижает ли некое лекарство уровень холестерина, а не уменьшает ли оно сердечные приступы.

Все эти приемы используются, чтобы исказить науку, делая ее инструментом спонсорских корпораций. Засилье этих корпораций зашло так глубоко, что исследования, финансируемые государственными органами, часто во всех отношениях настолько же коррумпированы, как и те, которые проводятся непосредственно для корпораций, потому что люди из корпораций проникли в государственные учреждения и их деньги часто управляют тем выбором, который делает их учреждения, решая, какие исследования поддержать.

Все сводится к деньгам. Науку — прекрасный, хотя и не вполне совершенный инструмент, — нам представляют единственным способом, с помощью которого мы можем добраться до истины. Это просто не соответствует истине. Тем не менее, в общественное сознание вбивается мысль, что не следует верить ничему, пока это не было доказано наукой.

Настоящая ирония заключается в том, что заявление "это доказано наукой" противоречит самой природе науки. В науке никогда и ничего не рассматривается как абсолютное и истинное. То есть, в науке нет ничего доказанного абсолютно. Особенно в области медицины, где в лучшем случае можно утверждать, что преобладание научных данных показывает справедливость того-то и того-то. И это все. И она никогда не утверждает, что нечто верно для любого индивида.

Случайные наблюдения важны. Игнорирование этого влечет установление диктатуры науки, забывшей свои цели и служащей корпорациям, не интересующимся ничем, кроме прибыли. Только случайные наблюдения сохраняют настоящую важность в смысле лечения каждого индивида. Случайные наблюдения лежат в основе всех знаний. В науке нет таких областей, в которых она может начать развиваться без случайных наблюдений и разума. Она является лишь инструментом двух упомянутых методов познания, а не их заменой.

©2011 Gaia Health. All rights reserved.