Дэвид Литтл (Индия)

Image

Кризис классической и современной мысли

Hpathy Ezine, июнь 2007 г.

Перевод д-ра Софьи Айсиной (Москва)
Литтл Дэвид (р. 1948) — американский гомеопат, проживающий в Индии, автор 6-томного "Гомеопатического компендиума". Считается ведущим специалистом в теории и практике применения LM-потенций. Сайт Дэвида Литтла http://www.simillimum.com

Оригинал по адресу http://www.hpathy.com/papersnew/little-crisis.asp



Мой коллега доктор Маниш Бхатья попросил меня прокомментировать проблему традиционного и современного методов в гомеопатии. Прежде всего, важно установить, что имеется ввиду под классическим и современным методами. Для этого определим по словарю значения термина "классический" или "традиционный" метод. Истинное значение слова "классический" приписывает ему установленную традицию с узнаваемым стилем или формой, а также определенное количество процедур, которые следуют хорошо известному традиционному образцу. Понятие "классический" также относится к периоду, когда была основана традиция непревзойденного мастерства, такого, как в Древней Греции или Риме. Термин "классический" близко соотносится со словом, которое означает что-либо, сделанное в высочайшем качестве или принадлежащее традиции, которая основана на самом лучшем. Он также означает что-то изящное и элегантное, особым образом принадлежащее традиционному стилю, который останется самым современным независимо от моды и прихотей. Термин "современный" означает что-то, принадлежащее скорее настоящему или недалекому прошлому, чем старому или древнему. "Неклассический" и "нетрадиционный" относится к современности и не имеет в прошлом корней, которые проверены традицией, очевидной своим преимуществом.

Принимая во внимание эти определения, становится бесспорным, что термин "классическая гомеопатия" должен касаться философии и практики, опирающихся на "классические произведения" гомеопатического искусства исцеления. Эти классические труды начинаются с "Органона врачебного искусства", "Хронических болезней" и "Малых трудов" Самуэля Ганемана. Все методики, возникшие на основе этих работ, можно определить как классические в полном смысле этого слова. В то же время, термин "классический" соотносится с периодом великого возрождения, когда развивалось наше революционное искусство исцеления. Это было время Самуэля Ганемана, барона фон Беннингхаузена, Константина Геринга, Г. Г. Яра и гомеопатов первого поколения. Именно они развивали философию, проводили первые прувинги и эксперименты с потенцированными лекарствами, писали первые Материи медики, создавали первые репертории.

Каждая установившаяся классическая система объединяет определенные аксиомы, выражающие ее основные ценности. Четыре столпа традиционной гомеопатии — "подобное лечит подобное", одно лекарство, минимальная доза и применение потенцированного лекарства. Эти основные принципы используются несколькими путями, которые могут подходить множеству клинических ситуаций. Принцип подобия лекарств был определен Гиппократом (ок. 560 г. до н. э.), что указывает на принадлежность первого к классической эпохе Древней Греции. Гиппократ назначал минимальное количество одного лекарства на один прием, хотя его внуки внедрили "смеси Гиппократа". Тем не менее, применение подобных лекарств до определенной степени опасно, как, например, использование необработанного Helleborus при конвульсиях. Парацельс (1493—1541) назначал по одному лекарству, подбирая их через подобие, преломленное алхимией, но при этом свойственная многим лекарствам токсичность сохранялась. Открытие Самуэлем Ганеманом потенцирования лекарств позволило использовать их в общемедицинской практике.

Применение единственного лекарства для некоторых современных гомеопатов означает, что только одно лекарство должно использоваться на протяжении всего лечения. Однако Ганеман придавал этому изначально не такой смысл, так как понятие "единственное лекарство" относится к приему одного-единственного простого лекарства за один раз. Это отличает гомеопатию от систем, использующих смеси и обычно прибегающих к назначению нескольких лекарственных средств. Минимальная доза понимается некоторыми современными гомеопатами как малое количество исходного вещества, обнаруживаемого в потенцированном лекарстве. Однако это не совпадает со смыслом, вкладывавшемся изначально Ганеманом, у которого минимальная доза соответствовала малому количеству лекарства, содержащегося в гомеопатической пилюле. Это отличает гомеопатию от систем, применяющих большие количества лекарства в качестве дозы. Потенцированное лекарство — последний ключ, открывающий дверь Материи медики к любым веществам, являемым нам минеральным, растительным и животным миром. Это отличает гомеопатию от систем, которые используют материальные дозы и химические лекарства. Эти основные принципы составляют систему сдерживания и уравновешивания, которая делает гомеопатию безопасным и эффективным врачебным искусством. Любая школа, остающаяся верной этим ведущим принципам, основывает свою деятельность на классической гомеопатии.

Ганеман придерживался мнения, что собираемая информация о лекарственных веществах должна опираться на симптомы, вызываемые у живых людей. Поэтому его Материя медика основывается на описанных в традиционных медицинских трудах лекарственных свойствах, появляющихся при превышении дозы и отравлении, испытаниях на здоровых добровольцах и симптомах, вызываемых у лечащихся пациентов. Все эти методы упоминаются в параграфах "Органона". У каждого из этих методов есть одна общая черта. Они все основаны на симптомах, вызываемых у живых людей, а не на анализе вторичных методик, таких как химические показатели, цвет, вкус или доктрина сигнатур и т. д. Это наиболее этичный и точный метод "экспериментирования на живом".

Когда я изучал публикации Ганемана, личную переписку и истории болезней его пациентов, у меня была возможность записать, какие методы применял основоположник гомеопатии в лечении. Очевидно, что техники, которые он представлял в своих работах и использовал в клинике, должны считаться классическими в соответствии с истинным значением слова. Это включает широкий спектр назначений лекарств, таких как применение острых средств, острых интеркурентных средств, острых групповых эпидемических средств, хронических средств гештальт-терапии, хронических интеркуррентных назначений, хронических антимиазматических групповых средств и профилактических препаратов. Клиническая практика Ганемана включает назначение единственного препарата, когда одно лекарство действует на протяжении длительного времени, чередование двух средств, последовательные лекарства, где одна доза или несколько доз одного лекарства применяются перед назначением другого препарата, интеркуррентные, когда одно лекарство дается между приемами другого; трио, в котором три средства даются по кругу, и группы лекарств, объединенные в последовательности, разбросанные во времени. Все эти методы должны считаться классическими, потому что они берут начало в настоящих классических произведениях по гомеопатии — работах и клинических методах Самуэля Ганемана. Это раскрывает возможности применения препаратов гораздо шире, чем то, что некоторые считают классической гомеопатией.

Сегодня встречаются мнения, слишком узко определяющие понятие "классическая гомеопатия", сводя его к термину "конституциональное средство". Этот термин определяется некоторыми как "одно лекарство на все ситуации", а другими как "одно лекарство на всю жизнь". Действительно ли этот метод классический в истинном значении слова или это современная концепция? Термин "конституциональное средство" введен Джеймсом Тайлером Кентом в конце 19-го — начале 20-го веков. Кент применял этот термин особым образом, не имеющем ничего общего со многими современными определениями. Например, про средство Baryta сarbonica в "Лекциях по гомеопатической Materia medica" Кент писал:

Изучать Baryta carbonica чрезвычайно интересно, так как она досконально испытана и для нее определен характерный конституциональный тип. Подобные препараты всегда более интересны, чем кратковременно действующие и более поверхностные лекарства, так как они имеют дело с глубинными, продолжительными и миазматическими проблемами (здесь и далее цит. по переводу этой книги д-ра А. Вахмистрова. — Прим.перев.).

Термин Кента "конституциональное средство" применялся для отличия целебных энергий хронических средств, имевших антимиазматические цели, от действующих короче острых средств. Это представление находится в полной гармонии с изначальным учением Ганемана об острых и хронических лекарствах.

Важно обратить внимание на то, что термин Кента "конституциональное лекарство" не имеет ничего общего с идеей об одном лекарстве, которое лечит и острые, и хронические состояния пациента. Кент не считал, что нужно назначать конституциональный препарат при остром расстройстве, когда из-за кризиса активизируется острый слой, подавляющий хронические состояния. Это учение исходит из того, что описано Ганеманом в § 38 "Органона" и других местах. В своих "Лекциях по гомеопатической философии", стр. 206, Кент утверждает:

Это иллюстрирует принцип, запрещающий назначать препарат на острое и хроническое заболевание одновременно. Никогда не назначайте его на любые два состояния, иначе запутаете случай. Только хронические болезни могут осложнять друг друга. Острое состояние никогда не смешивается с хроническим, острое подавляет хроническое и они никогда не составляют единый комплекс.

Когда Кент говорил о "калькарейной конституции" в своих "Лекциях по гомеопатической Материи медике", он ничего не сказал об особенностях генотипа, такого, как он представлен классическими греческими темпераментами — холерик, флегматик, сангвиник и меланхолик. Несмотря на то, что такие гомеопаты первого поколения, как Ганеман, Геринг и Яр использовали классические греческие темпераменты, Кент не прибегал к таким наименованиям. "Случай калькареи узнаваем по симптомам", а не по конституциональному психотипу. Сама идея об одном лекарстве для каждого пациента на всю жизнь — очередное современное представление, появившееся в последние 20 лет. Сколько докторов может подтвердить документами случаи, когда бы пациенту давалось одно лекарство от колыбели и до могилы в течение 75 лет? Тем не менее, мысль о применении самого глубоко действующего препарата на протяжении долгих периодов в разных потенциях не нова. Необходимо использовать настолько мало средств, насколько это только возможно.

Если просмотреть достаточно большое количество материалов, станет очевидно, что многие так называемые классические методы на самом деле не так уж стары, к тому же в основе их лежат традиционные методы. Тот факт, что эти нововведения не исходят от Ганемана или Кента, еще не означает их несостоятельности исключительно по этой причине. Мы должны оставаться открытыми развитию нашего искусства до тех пор, пока новшества отвечают основным механизмам сдерживания и уравновешивания, делающим нашу систему безопасной и эффективной. Мне встречались пациенты, сохранявшие основное состояние определенного лекарства многие годы, словно данное лекарство подходит им настолько хорошо, что покрывает глубочайшие уровни их конституции и темперамента. Эти случаи, однако, обычно довольно просты и не осложнены несколькими различными причинами, наслоениями непохожих симптомов и комплексами хронических миазмов.

По моему опыту, несметные самые разнообразные клинических ситуаций слишком сильно различаются между собой, чтобы можно было подвести их под один терапевтический абсолют. Например, у хронического пациента Pulsatilla могут появиться похожие на острые симптомы — нераздражающие выделения из ушей с очень переменчивыми болями. Подобный острый кризис может быть только усилением подобных симптомов хронического состояния Pulsatilla у этого отдельного пациента. Следовательно, острые симптомы недостаточно сильны для того, чтобы приостановить хроническое состояние, создающее настоящий острый кризис. Если кризис становится настолько сильным, что появляются новые непохожие симптомы, такие как конвульсии с холодным телом и горячей головой, то пациенту может понадобиться острое лекарство Helleborus, которое является острым аналогом Pulsatilla. Эти клинические ситуации требуют дифференциального диагноза, а не абсолютных теорий, вроде одного лекарства для острого и хронического состояния, невзирая на симптомы, время и обстоятельства.

При некоторых запущенных хронических состояниях с органической патологией хроническое лекарство бывает противопоказано, так как может привести к длительному бесполезному ухудшению, усугубляющему патологию и ослабляющему пациента. Следовательно, идея о том, что острое и хроническое лекарство может быть одним и тем же, приемлема при некоторых условиях, но не должна рассматриваться как высшая истина, верная для всех пациентов во все времена. У некоторых пациентов органическая патология за годы так далеко зашла, что лекарство, когда-то бывшее конституциональным, стало им противопоказано. Вот почему Кент писал в "Лекциях по гомеопатической Материи медике" про кали карбоникум:

Не следует прибегать к помощи конституционального препарата, который следовало бы назначить больному двадцать лет тому назад, так как в настоящее время организму не хватит энергии для восстановления здоровья, он лишь может сам себя уничтожить. Возможно, это звучит парадоксально, но вылечить — это значит убить его. Жизненная сила, необходимая для восстановления здоровья, способна разорвать его организм на кусочки.

Когда в 1980 году я изучал лечение туберкулеза у д-ра Айзека в Керале (Индия), в больнице был доктор, который верил в исключительное применение "конституциональных средств", не считаясь с сущностью симптомов или патологией. Он не обращал внимания на предупреждения, что такие методы могут быть опасны в случаях с серьезной патологией, когда вовлечены жизненно важные органы. Он дал пациенту на поздней стадии туберкулеза Lycopodium, после чего у пациента развился кризис с кровотечением, и он умер. Это отличный пример того, когда НЕ НАДО давать то конституциональное средство, в котором пациент нуждался двадцать лет назад! Тяжело больные часто нуждаются в осторожном послойном лечении поверхностно действующими средствами до тех пор, пока органическая патология не будет ослаблена, а жизнеспособность увеличена. Такое послойное лечение иногда все же позволяет дать конституциональное средство, в котором они нуждались 20 лет назад, чтобы завершить лечение. Следовательно, необходимо понимать, когда допустимо назначать глубоко действующие хронические лекарства, а когда лучше лечить пациента послойно, стадия за стадией, до восстановления некоторой видимости здоровья. Те, кто учит применять только конституциональное средство для всех жизненных ситуаций, должны принять во внимание эту клиническую действительность.

ПРОБЛЕМА РАВНОВЕСИЯ

Есть практики ультраклассические, а есть ультрасовременные. С одной стороны, некоторые хотят вернуть то, что они понимают под Золотым веком гомеопатии, и пользоваться только методами 1800-х годов. Они считают себя единственными последователями чистой гомеопатии и говорят так, словно исповедуют единственно истинное учение. С другой стороны, существуют те, кто поднимают на смех все старое и верят только в новые методы современных учителей. Эти люди полагают традиционную Materia medica устаревшей и опираются в основном на новомодные разработки. Некоторые гордо заявляют, что они даже не пользуются реперторием! Они утверждают, что чтение "Органона" сравнимо с изучением авиационных чертежей самолета братьев Райт, в то время как мы летаем на Луну. Очевидно, что должна быть центристская точка зрения, которая находится выше этих крайностей и уравновешивает их, приводя к согласию классическую и современную мысль.

Эйнштейн установил законы ядерной физики и теории относительности еще в то время, когда полет на Луну казался почти невозможным, но объясненные им истины помогли достичь последнего. Уравнения вроде E=mc2 точно так же справедливы сегодня, как в начале 20-ого века. Ганеман — это Эйнштейн медицины, и истины, установленные им в первой половине 19-го века, так же справедливы сегодня, как были в его дни. Причина этого в том, что и Эйнштейн, и Ганеман открыли универсальные законы, являющиеся частью законов Природы, и ввели новый принцип в своих областях. Тем не менее, каждое поколение должно применять эти универсальные истины в их собственных областях и приводить их в соответствие со стандартами своего времени. Таким образом развивается приложение вечных принципов.

Ганеман — альфа, но не омега гомеопатии. Если посмотреть истории болезни пациентов Ганемана в Германии и во Франции, то видно, как гомеопатия из младенческого возраста дорастает до совершеннолетия. В большинстве случаев он применял только около 60 препаратов и редко выходил за рамки 100 лекарств. Его репертории были ограничены рукописными "Словарем симптомов", реперторием Яра, "Реперторием антипсорических средств" Беннингхаузена и "Реперторием неантипсорических средств". Большинство опубликованной информации было ограничено 125-ю лекарствами, имеющимися в "Чистой Materia medica" и "Хронических болезнях". Основатель гомеопатии указывает путь к Медицине Будущего, но многие смотрят на его палец, вместо того, чтобы смотреть, куда он указывает. Вот почему Геринг писал в 1845 году:

Наш общий долг продвигаться в теории и практике гомеопатии дальше, чем это сделал Ганеман. Мы должны искать истину впереди и оставлять ошибки прошлого. И горе тому, кто из-за этого будет нападать лично на автора нашей доктрины, бесчестье падет на его голову. Ганеман был великий ученый, исследователь и первооткрыватель, он был настоящим человеком, без фальши, беспристрастным и открытым, как ребенок, он был полностью поглощен благотворительностью и священным рвением ради науки (предисловие Геринга к "Хроническим болезням" С. Ганемана, американское издание 1845 г. перевод Гемпеля, стр. 9).

Продвижение науки гомеопатии в гармонии с универсальными законами, на которых она основана, является всеобщей ответственностью. Точно так же гомеопатия не перестанет быть гомеопатией, если убрать ее основные принципы, как ядерная физика останется ядерной физикой, если не придавать значения уравнениям Эйнштейна. Энергия и материя будут переходить друг в друга так долго, как долго просуществует Вселенная, и точно так же, как подобное лечит подобное, одно лекарство, минимальная доза и потенцированное лекарство останутся ключами к гомеопатическому исцелению. Наложение этих принципов на практическую деятельность должно совершенствоваться у каждого нового поколения практиков. Сейчас мы располагаем громадными компьютеризированными реперториями и Материей медикой с более чем 500 хорошо изученными препаратами и еще не менее 500 средствами у которых по меньшей мере есть несколько надежных симптомов. Мы можем проводить поиск по сотням томов за несколько секунд и анализировать симптомы с большого числа выгодных позиций. Гомеопатия вошла в век информационных технологий и Интернета, которые позволяют гомеопатам связываться друг с другом с невероятной скоростью. Гомеопатия сильно выросла со времен Ганемана, и он был бы поражен нашими технологиями. Тем не менее, представление о врачебном искусстве, какое мы находим в 4-ом, 5-ом и 6-ом "Органонах", остается более передовым по сравнению с любым современным учебником. В действительности гомеопаты сегодняшнего дня в клинике используют только определенную долю первоначальной системы взглядов Основателя. Настало время возвращать все утерянные элементы учения Самуэля Ганемана и дополнять их в соответствии с новыми данными.

СИСТЕМЫ ПРОТИВ СИМПТОМОВ

В современной гомеопатии много обсуждаются три царства природы. Кто был первым гомеопатом, заговорившим о минеральном, растительном и животном царствах? Ответ: Самуэль Ганеман в "Хронических болезнях".

Как правило, на основе теоретических признаков определялось, что нельзя обойтись без большинства щелочей, щелочноземельных элементов и кислот, так же, как и нейтральных солей, составляющих их, вместе с несколькими металлами в лечении почти бесчисленных симптомов псоры. Природное сходство основного антипсорического средства Sulphuris с Phosphorus и другими воспламеняющимися субстанциями из растительного и минерального царств привело к применению последнего и некоторых животных веществ в качестве антипсорических по аналогии в соответствии с опытом (C. Ганеман "Хронические болезни, их своеобразная природа и гомеопатическое лечение. Теоретическая часть. Препараты", стр. 244 англ. издания).

В этой цитате Ганеман обсуждает элементы периодической системы и объясняет, как можно применять "по аналогии в соответствии с опытом" и обнаруживать схожие особенности у препаратов растительного и животного происхождения. В такой установленной системе можно сравнивать свойства средств трех царств природы и их групп. Развитие метода было продолжено профессором доктором медицины Э. А. Фаррингтоном в лекциях в Ганемановском медицинском колледже, основанном Герингом.

"Теперь мы готовы приступить к изучению различных лекарств, составляющих гомеопатическую Материю медику. Для этой цели я разделил препараты на три большие группы согласно царствам природы, из которых они получены" (Фаррингтон Э. А. "Клиническая Materia medica", лекция I, стр. 14).

Геринг был настолько потрясен знанием Фаррингтоном лекарственных средств, что говорил: "Когда я покину этот мир, Фаррингтон должен завершить мою Материю медику". Еще в самом начале было замечено, что каждое из трех царств обладает своими собственными характерными симптомами. В своих лекциях доктор Фаррингтон постигает суть препаратов животного мира, в том числе тему "силы и интенсивности". Великий учитель писал:

Вы также обнаружите, что эти животные яды способны воздействовать на рассудок, особенно на эмоции. Они возбуждают самые низкие свойства человеческой природы и вызывают состояние поистине ужасное. Некоторые из них возбуждают легкомысленные желания, сильнейший гнев и тому подобные взрывы чувств (Фаррингтон Э. А. "Клиническая Материя медика", лекция I.1 "Животное царство", стр. 25).

В книге "Гомеопатия и минералы" Ян Схолтен развивает ряд тем элементов периодической системы, используя метод группового анализа в творческой манере. Например, сущностью группы магния по Схолтену являются пацифизм, агрессия, страх потери и боль. В его понимании, сущностью хлоридов являются жалость к себе, забота и питание, мать, внимание и самосознание. Соединяя сущности магния и хлоридов, Ян устанавливает следующие основные темы хлорида магния: агрессия, ведущая к потере заботы со стороны матери, агрессия необходима при требовании заботы. Другие комбинации могут включать агрессию для получения внимания или любую другую комбинацию из основных компонентов. Эти темы основаны на соединении характеристик, обнаруживаемых у обоих элементов, и раскрывают более полную картину составного лекарства.

В книге "Гомеопатия и элементы" Схолтен распространяет далее свой метод, вводя группы тем, соотносимых с развитием 7-и горизонтальных периодов и 18-и вертикальных групп периодической таблицы. Используя метод группового анализа и синтетического подхода, он установил определенные симптомы испытанных и неиспытанных средств. Для более полного понимания метода Схолтена лучше обратиться к его работам.

Применение таких синтетических прописей не является новым в гомеопатии. Например, доктор Кларк говорил: "Bar-i назначался эмпирически, особенно в случаях увеличения желез и новых разрастаний, указывающих на оба эти элемента". Кларк показывал, что если имеется должное понимание Baryta и Iodium, можно назначать Baryta iodata. Геринг высказывал подобное мнение о применении Сalcarea arsenicosa. Другие намеки разбросаны по гомеопатической литературе. Тем не менее, у некоторых возникает вопрос, откуда возник этот метод. Где появилась первая мысль о синтетическом назначении?

Самый ранний опыт применения синтетической прописи зарегистрирован в 1843 г., когда Самуэль Ганеман дал Роберту Эвересту (регистрационный журнал DF-14, стр. 13) Cinnabaris (красный сульфид ртути). Назначение было основано на соединении симптомов Mercurius и Sulphuris, обнаруживаемых в двух рубриках репертория Беннингхаузена. Это наглядный пример внимательного наблюдения за возможной комбинацией элементов во время анализа симптомов пациента в нашей работе со справочной информацией. Это означает, что синтетический метод был в гомеопатии с самого начала!

Доктор Раджан Шанкаран внес огромный вклад в гомеопатию. Широко известны его "центральное нарушение", "основная делюзия", компенсация, интерпретация сновидений и т. д. Его последние произведения включают "Проникновение в суть растений" в двух томах и "Ощущение в гомеопатии". В этих работах описывается новый подход к главной жалобе пациента. При этом все фокусируется на "витальном ощущении", которое представлено как в телесных, так и психических симптомах. Через общие признаки каждого ботанического семейства он преподносит свое предположение о важной роли ощущений, обнаруживаемых во всем семействе. В то же самое время он указывает, какой миазм наиболее соответствует каждому растению в семействе, согласуясь с последовательностью десяти миазмов от острого до сифилитического.

На основе этого Шанкаран построил ботаническую классификацию лекарств, подобно тому, как Схолтен систематизировал минеральные препараты. По этой схеме витальное ощущение семейства и миазм каждого отдельного растения для упрощения пересекаются. Подбирая витальное ощущение и соответствующий миазм, можно определить лекарство для пациента. В настоящее время д-р Шанкаран применяет этот новый метод по отношению к случаям минерального, растительного и животного царств.

Методы Схолтена и Шанкарана считаются многими авангардом современной гомеопатии. Тем не менее, будут ли новые "системы подхода", используемые некоторыми в такой однобокой манере, тем, что ниспровергнет основные принципы нашего врачебного искусства? Будут ли применяться не испытанные в прувингах препараты способом, которому не достает соответствия классическим стандартам? Будут ли индуктивные рассуждения "Органона" заменены методами, основанными на умозрительном построении? Ганеман чувствовал, что изучение природных царств может дать указания на возможное применение гомеопатических средств, но он полагал, что прувинги и симптомы пациентов, получающих лечение, лежат в основе метода. В "Опыте нового принципа" Ганеман писал:

Я далек от отрицания того, что философски настроенным читателям Материи медики и тем, кто считает своим долгом открывать новые лекарственные вещества, природные системы могут подсказать многие важные вещи. Но эти намеки могут только помочь подтвердить или пояснить уже известные факты, или в случае неиспытанных растений они могут дать повод для гипотетических предположений, которые, однако, далеки даже от вероятности ("Малые труды Самуэля Ганемана", издательство Даджен, "Опыт нового принципа нахождения целительных свойств лекарственных веществ", стр. 257).

Доктора Схолтен и Шанкаран — очень опытные классические гомеопаты, а их экспериментальные методы берут студенты и практики, новички в нашем искусстве. Эти методы применяют люди, не достигшие высокого мастерства в традиционных методах. Они не понимают, как правильно пользоваться реперторием или Материей медикой. Они больше основываются на схемах основных понятий, чем на рубриках нашей справочной литературы. Другие думают, что нашли короткий путь к "лучшему методу" и больше не нуждаются в репертории. Некоторые из них не способны распознать даже простого пациента Calcarea или Arsenicum, стоящий прямо перед ними, однако пытаются назначать не прошедшие испытаний и менее известные препараты по простой двухмерной сетке на бумаге.

У многих практикующих гомеопатов нет основы для понимания, когда эти новые экспериментальные методы ведут в неправильном направлении. В некоторых случаях использование этих новых методов становится прихотью или модой, которые являются противоположностью "классике". Когда системы подхода к случаю поддерживаются классическими методами посредством репертория и Материи медики, результаты могут добавить очень ценные идеи. Когда традиционные методики замещаются этими новыми методами, теряется стабильность и прочность классической практики. Истина состоит в том, что хорошо построенная система подхода рассмотрения случая основывается на обобщениях симптомов, а не на отдельно взятой системе. Симптоматический и системный подходы должны применяться вместе уравновешенным и практическим образом.

ГЕШТАЛЬТ ЗАБОЛЕВАНИЯ

Гомеопатия базируется на гештальт-философии, которая утверждает, что целое превосходит сумму его частей. Такое целостное сознание является корнем философии, который формирует основу мировоззрения Самуэля Ганемана. Например, нельзя определить местонахождение объекта в пространстве только одним вектором. Чтобы легко идентифицировать положение объекта, необходим по крайней мере, три вектора. Вот почему Геринг говорил, что для определения лекарства необходимо иметь хотя бы три хороших характеристики симптома. Эта мысль легла в основу знаменитой "табуретки на трех ножках" Геринга.

Существует ли такое явление в природе, где одна неотъемлемая часть более важна, чем целое? Не обладает ли атом электронами, нейтронами и протонами, точно так же, как и кварками? Разве не слагаются элементы периодической таблицы в атомы и молекулы в различных комбинациях? Более ли важен электрон, чем протон или нейтрон? Разве Вселенная не основана на гравитации, слабых ядерных силах, сильных ядерных силах и электромагнетизме, равно как на времени и пространстве? Главнее ли гравитация электромагнетизма или сильные ядерные силы важнее слабых? Или время важнее пространства?

Разве растения состоящие из нескольких частей, не составляют единое целое? Могут ли свойства одной части быть совершенно независимыми от свойств других частей? Разве не очевидно, что природа основана на взаимодействиях, совместных усилиях создать целое, а не на одной "единице существа", которую можно возвести в абсолют? Идея Ньютона о стабильном атоме, лежащем в основе всей энергии, безнадежно устарела. Современная физика — это гештальт-наука, а не урезанная модель, держащаяся на превосходстве одного фактора. Неотъемлемые свойства собираются вместе, образуя явление, но нет ни одного фактора значительнее целого.

Нельзя "увидеть" трансцендентальное Бытие (нем. Wesen), но можно осознать его проявления через гештальт-образы, которые обнаруживают себя как общее поле феномена. Таким же образом общность признаков, событий и симптомов является "внешним отражением образа внутренней Сущности болезни, то есть страдающей жизненной силы". Ганеман разъяснил это в "Органоне" и "Хронических болезнях". Именно поэтому он говорил, что один симптом составляет болезнь не более, чем одна нога — человеческое бытие. Ни одна основная проблема, вопрос или ощущение не могут выразить все скрытые различия целого временнoго промежутка со всеми обстоятельствами. Возможно, они станут одной гранью, действительно важной в определенный момент времени, но в то же время будут существовать и другие не менее важные грани. Это одинаково верно как при работе с конкретным пациентом, так и при изучении основной идеи определенной группы или вида.

Фраза, что в "гомеопатии неважно "почему", а нужно знать только "что", стала уже шаблонной. Действительно ли это так? Знание о причинности и наблюдение в сопоставлении и окружающих обстоятельствах не имеет значения? Может ли один-единственный вопрос "Что? Что? Что?" действительно заменить шесть существенных вопросов: Кто? Где? Почему? Чем? Каким образом? Когда? Ганеман учил, что в основу случая берутся причина, миазмы, признаки, происшествия и симптомы тела и души с сопровождающими обстоятельствами. Он первым использовал локализацию, ощущение, видоизменение и сопутствующие обстоятельства в качестве указателей к выбору лекарств. Затем Беннингхаузен показал, что полный симптом образован этими четырьмя составляющими, формирующими полную картину заболевания. Может ли полный симптом состоять из одной жалобы? Может ли полный случай состоять из одного ощущения? Может ли полный случай быть без модальностей? Может ли полный случай быть без сопутствующих симптомов? Я думаю, что мы знаем ответы Ганемана и Беннингхаузена на эти вопросы!

Ганеман учил, что эмоциональное состояние настолько важно, что "часто склоняет чашу весов в выборе гомеопатического лекарства". Здесь не утверждается, что эмоциональное состояние "всегда" склоняет чашу весов в выборе средства. Замена слова "часто" на "всегда" является ошибкой школы, базирующейся только на психическом состоянии. Ментальный симптом может пошатнуть равновесие, но это еще не означает, что только он составляет случай. В нашем мире, где все относительно, не бывает абсолютов. Необычное "ощущение как будто" может быть настолько важным, насколько и любой другой психический симптом, и необычный психический симптом может быть также важен, как и любое ощущение. Изменение в психике, ощущениях или функциях согласно времени и сопутствующим обстоятельствам — все это может быть одинаково важно. Лично я никогда не придерживался мнения, что поразительный необычный симптом тела стоит ниже поразительного необычного характерного психического симптома. Я придаю ценность симптому по его поразительности, незаурядности, необычности и странности качеств, а не по тому, является ли он телесным, психическим или эмоциональным.

Когда меняется сознание, меняется энергия. Когда меняется энергия, меняется сознание. Такова сущность Бессознательного, сферы динамических архетипов. Это уровень нелинейных синхронизмов, имеющих более глубокое символическое значение. На этом плане название "пульсатилла" соединяется с мифологическими "слезами Венеры" логически необъяснимым образом! В то же время, особенности характера и телосложения ветреницы (пульсатиллы) также дают ключи к подбору препарата. Это понимание архетипов — великий подарок покойного великого доктора Уитмонта, работавшего классическим гомеопатом и психиатром по юнгианской методике. В конечном счете линейная причинность и нелинейные синхронизмы становятся комплементарными противоположностями, которые образуют целое, превосходящее сумму своих частей. Все это равноценно в зависимости от времени и обстоятельств.

Стремление к упрощению уводит в противоположную сторону от гештальт-философии, на которой базируется гомеопатия Ганемана. Некоторые настолько зациклены на сведении случаев к одной психической сущности, делюзии, ощущению и миазму со своими ключевыми симптомами и схемами, что за деревьями не видят леса. Они стараются преждевременно сузить симптомы еще до того, как раскрыть реперторий или Материю медику. Они смотрят только в двух направлениях (по горизонтали и вертикали) по двумерной таблице, не уравновешивая этот взгляд направлением "вглубь", возможности которого предоставляют реперторий и Материя медика. Пациенты, болезни и препараты — многогранные явления, их невозможно свести к двухмерности бумаги.

Те, кто думают, что реперторий является только "цифровой системой", на самом деле просто не умеют им правильно пользоваться. Ни один хорошо обученный гомеопат не будет гоняться за цифрами! Хорошо обученный гомеопат выстраивает образы, объединяя комбинации частей симптомов, отображающих большее Целое заболевания, до тех пор, пока оно не станет голограммой с высотой, шириной и глубиной. Истина состоит в том, что реперторий является средством для мастерского комбинирования индивидуальных частей симптомов, собирая многомерный зеркальный образ портрета болезни.

Реперторий построен таким образом, чтобы можно было собрать грани более крупного целого образа по представленным характерным симптомам и смонтировать их в комбинации, возможно, никогда не виданной ни до, ни после. Красота открытого упорядоченного обзора репертория в том и состоит, что никакая "система, основанная на методе" не может его заменить! Реперторий обладает возможностью объединения частей симптомов в огромное количество комбинаций, представляющих вероятное лекарство, если даже точная комбинация не найдена в Материи медике. Просматривая Материю медику в поисках лекарства, способного удалить эти симптомы, в какой-то момент выстраивается однозначная картина. Это то, что обнаружил Беннингхаузен при создании "Терапевтического справочника". С тех пор реперторий — это не просто указатель симптомов из Материи медики. Реперторий — это открытый инструмент, позволяющий максимально настроиться на почти бесконечное разнообразие симптомов и добиться максимально точной индивидуализации. Хотя изучение репертория и нелегкое дело, но для тех, кто однажды овладел им, он даст информацию, которую нельзя найти в других источниках, построенных на основных идеях и схемах.

Все случаи преподносятся уникальным образом и требуют подгонки под используемый метод ведения случая. Некоторые пациенты представляют четкие причинные рубрики, соотносимые с "никогда не чувствовал себя хорошо с тех пор, как…" — синдром, обнаруживаемый у определенной группы лекарств. Некоторые пациенты рисуют отчетливые конституциональные портреты препаратов из Материи медики и комментариев к ней. Некоторые демонстрируют ясные ведущие ключевые характеристики, находимые почти слово в слово в нашей Материи медике. Некоторые имеют четкие психические симптомы, ведущие к правильно подобранному лекарству. В главной жалобе некоторых пациентов заключены характерные особенности с ощущениями и модальностями, свойственными лишь нескольким лекарствам. Некоторые пациенты представляют гомеопату нелогичные сопутствующие симптомы, которые имеют мало отношения к главной жалобе, прямиком ведущей к лечебному средству. Некоторые пациенты указывают части и фрагменты симптомов, которые еще нужно собрать, чтобы получить полные симптомы, ведущие к средству. Некоторые пациенты могут выдать сильное ощущение, проходящее через все их симптомы и подтверждающееся сопутствующими симптомами. Некоторые случаи в основном соответствуют симптоматическому методу, другие больше подходят под систематический, а некоторые лучше разрешаются комбинацией этих методов. Во всех этих случаях сущность совокупности симптомов дает нам подтверждающие признаки, необходимые для назначения симилимума. Ни один метод ведения случая, ни один психический симптом и ни одно ощущение не могут находиться обособленно от всей области симптомов, представленной гештальт болезни.

Я вижу обоснованным изучение симптомов препаратов минерального, растительного, животного царств и их отдельных представителей. Еще в начале моей карьеры меня воодушевили обзоры лекарственных семейств Ганемана, Э. А. Фаррингтона, Э. Уитмонта и М. Л. Дхавала. Я также высоко ценю работы на эту тему современных исследователей д-ров Схолтена и Шанкарана. Тем не менее, когда я смотрю на "наиболее существенное" по предлагаемому методу изучения в группах, я всегда вижу другие вполне достойные темы, которые не были включены при этом методе. Наши препараты слишком разнонаправлены для того, чтобы их сводить их к одной простой основной идее, заключающей в себе все возможности лекарства на все времена и в любых обстоятельствах.

Я строю свое изучение групп на обобщении подобных симптомов группы с перекрестными ссылками на отличающиеся симптомы и миазмы, обнаруживаемые у конкретного препарата. Затем я дополняю эти данные аналогиями, согласуясь с опытом. Эти дополнения могут включать архетипы, мифологизмы, источник лекарства, среду обитания и т.п. Я всегда рассматриваю симптомы группы с нескольких позиций, что позволяет мне лучше понять ее многогранную природу и избежать редукционизма, которая может привести к стереотипизации. Я призываю каждого, изучающего групповой метод, делать это внимательно, и для получения полной информации больше рассматривать симптомы в комплексе, чем полагаться на какой-нибудь один индивидуальный. Таким образом, вся область симптомов будет покрывать группу равных, и те рубрики, которые подтверждены многими признаками, могут быть учтены как действительные характерные свойства.

ТЕРМИНОЛОГИЯ

Другим предметом для обсуждения является правильность использования терминов вроде "конституциональные симптомы". Некоторые считают, что эти термины были введены Джеймсом Кентом и не имеют ничего общего с учением Самуэля Ганемана и первого поколения гомеопатов. Но это не так. Дверь к изучению конституциональных сопровождающих симптомов отворил основатель гомеопатии в "Хронических болезнях". Говоря о гонорее, случившейся из-за острого миазма, Ганеман говорил:

Они принимали также дозу одной капли свежего сока петрушки, когда это было показано частотой позывов на мочеиспускание, или небольшую дозу каннабиса, кантариса или бальзама копайвы в зависимости от конституции и других сопровождающих заболеваний ("Хронические болезни. Теоретическая часть", стр. 150, "Би Джейн Паблишинг").

В этом отрывке Ганеман говорит о назначении лекарств по симптомам в зависимости от разновидности различных конституций и сопровождающих заболеваний. Г. Г. Яр, близкий друг и студент Самуэля Ганемана, расширил эти воззрения в своих "Доктринах и принципах полного теоретического и практического врачебного искусства гомеопатии", опубликованных в Штутгарте в 1857 г. Мое внимание к этой работе привлекла переводчица с английского на немецкий Габи Роттлер из Германии. Она написала чудесную статью под названием "Конституциональные и хронические болезни — ценность конституциональных симптомов с точки зрения Г. Г. Яра". В своем обзоре Габи показывает, что Яр первым детально конкретизировал использование термина "конституциональные симптомы" и объяснил их роль в гомеопатии. В § 108 своей работы Яр писал:

При хронических болезнях конституциональные дополнительные симптомы дают характерные указания по выбору лекарства.

Яр оперировал патогномоничными симптомами болезни и сопутствующими конституциональными особенностями личности. Патогномоничные симптомы показывают сущность болезненного состояния, в то время как конституциональные симптомы представляют реакции пациента. В § 106 Яр предлагает выбирать лекарство по "основным или патогномоничным признакам" заболевания и по непатогномоничным характеристикам "индивидуальной конституции болеющего человека или по другим дополнительным обстоятельствам". Эти симптомы не вызваны болезнью как таковой, поскольку являются адаптационными приспособлениями человека к его или ее состоянию.

Например, у десяти человек может быть "артрит" с болями в суставах, но одному пациенту хуже летом, а другому пациенту хуже зимой, один пациент чувствителен к холоду, другой — к жаре, один пациент злой и обидчивый, другой — грустный и апатичный и т.п. Вот почему десять пациентов с артритом нуждаются в десяти разных лекарствах. Яр говорит о том, что лучшее лекарство содержит "самые основные конституциональные симптомы пациента" (Яр, § 108). Он идет дальше и заявляет, что "симптомы, определяющие выбор, не нужно искать в патогномоничных признаках местного заболевания". Определяющими рубриками являются "основные конституциональные симптомы", которые оцениваются выше патогномоничных симптомов заболевания.

Некоторые говорят, что гомеопатия лечит пациента, а не болезнь, в то время как другие утверждают, что гомеопатия лечит болезнь, а не пациента. В § 153 "Органона" утверждается, что лечатся не общие симптомы болезни, а наиболее странные, редкие и особенные симптомы пациента. Выражаясь словами Ганемана, нужно назначать средство по "наиболее поразительным, единственным, необычным и специфическим (характерным) признакам и симптомам" заболевания, а не по неопределенным симптомам, которые "наблюдаются почти при каждой болезни". Это означает, что общие для ВСЕХ болезней симптомы (боль, слабость, дискомфорт и т. п.) не имеют важности как характерные симптомы ЭТОГО заболевания в рассматриваемом случае. Перед нами нет пациента как такового.

Джеймса Кента часто обвиняли, что он говорит языком пациента, а не терминами заболевания. А у кого эта мысль возникла первой? Очевидцем считается поэт Легуве, бегло ознакомившийся с учением Ганемана в Париже. Его личные наблюдения помогают нам понять, что это такое на самом деле — находиться рядом с Самуэлем Ганеманом. Он учил своих коллег, что название болезни относительно, тогда как внутренне присущая природа целостности симптомов является истинным гештальтом заболевания. В следующем письме хорошо известный поэт цитирует Ганемана таким образом:

В другой раз я слышал его (Самуэля Ганемана), использовавшего это выражение, звучащее так странно, если рассматривать его буквально, и одновременно так глубоко, если его правильно понять: "Нет такой вещи, как болезнь, есть только больной" ("Жизнь и письма доктора Самуэля Ганемана", Т. Л. Брэдфорд, стр. 413).

Самуэль Ганеман был первым, кто заговорил языком пациента, а не болезни! Понимание этого принципа прошло через все поколения гомеопатов и сохранится в будущем. Школа ортодоксальной медицины изучает общие черты болезней, игнорируя индивидуальность пациента. Гомеопатическая традиция напоминает нам, что индивидуальность каждого пациента очень важна. Яр утверждал, что патогномоничные признаки болезни существенны, но для определения лекарства гораздо важнее конституциональные симптомы пациента. Даже г-н Легуве понимал, что утверждение Ганемана было не буквально, а метафорично, и предлагало проникнуть в суть пациента как индивидуума. Как нет болезни без пациента, так нет и пациента без болезни. Следовательно, гомеопат говорит о пациенте И его болезни с разных позиций в зависимости от ситуации.

КАК РАБОТАЮТ ГОМЕОПАТИЧЕСКИЕ ЛЕКАРСТВА

В некоторых кругах стали часто говорить о том, что жизненная сила не играет никакой роли в гомеопатическом лечении. Они возражают против идеи, что лекарство каким-то образом стимулирует жизненную силу. В других кругах небольшое значение придается роли лекарства, а наибольшая важность приписывается жизненной силе. Однако эти односторонние концепции не имеют никакого отношения к объяснениям Ганемана, как работают гомеопатические лекарства. Он говорит о том, что исцеление достигается через взаимодействие первичного действия подобного лекарства и вторичного, лечебного действия жизненной силы. В предисловии к 6-ому изданию "Органона" основатель гомеопатии подчеркивает важность вторичного действия жизненной силы в процессе исцеления. Также он утверждает, что чем сильнее жизненная сила, тем быстрее пойдет процесс исцеления. Следовательно, он предупреждает нас не делать ничего, что могло бы подвергнуть риску жизненную силу или жизнеспособность.

Гомеопатия знает, что исцеление может быть обусловлено только реакцией жизненной силы, направленной против правильно выбранного и назначенного внутрь лекарства, а скорость и надежность исцеления пропорциональны тому, в какой мере жизненная сила сохранилась у больного (Самуэль Ганеман, подтверждено в Париже, 184- (?) "Органон врачебного искусства", 6-е изд., изд-во "Орейли", авторское предисловие, стр. 4. Здесь и далее приводится перевод 6-го изд. "Органона" под ред. А. Высочанского. — Прим.перев.).

В том же роде Ганеман писал в "Письме моим истинным ученикам", что гомеопатическое лечение действует через запасы жизненной силы, существующей в человеческом организме. В этом отрывке он отчетливо указывает, что лекарство "стимулирует" жизненную силу "к этой полезной деятельности".

Только гомеопатия знает и учит, что лечение должно осуществляться неповрежденным запасом сил, имеющимся в системе, активизированным правильно выбранным гомеопатическим средством, назначаемым в соответствующей дозе (Р. Хаель "Самуэль Ганеман, его жизнь и работа", том II, стр. 279).

Взаимодействие подобного лекарства и жизненной силы далее объясняется во введении к 5-ому и 6-ому изданию "Органона". В этих трудах основатель гомеопатии подробно описал гомеопатическое лечение в семи выделенных пунктах.

1. Истинное искусство лечения — это та работа мысли, принадлежности высших сил человеческого интеллекта, которая на основе свободного от предрассудков суждения выбирает и определяет принципы воздействия

2. на болезненные изменения инстинктивной, иррациональной и неразумной, но активной автоматической жизненной силы, в тех случаях, когда болезнь вынуждает ее к искаженному функционированию.

3. Посредством подобного действия, вызываемого гомеопатически подобранным лекарством, оно возбуждает несколько более сильную лекарственную болезнь,

4. так что естественное заболевание не может более влиять на жизненную силу.

5. Последняя, освобожденная от естественной болезни, сталкивается теперь только с несколько более сильным лекарственным заболеванием, против которого направляет всю энергию и которое вскоре преодолевает.

6. Это происходит потому, что освобожденная жизненная сила вновь обретает способность восстанавливать нормальную жизнедеятельность здорового организма "поддерживать жизнь и здоровье в организме"

7. и не подвергается ради этих изменений болезненным и ослабляющим воздействиям ("Органон врачебного искусства" С. Ганемана, 6-е изд., изд-во О'Рейли, введение, стр. 37-38).

При гомеопатическом лечении более сильная временная лекарственная болезнь замещает для жизненной силы воспринимаемую ей естественную болезнь. Эта роль первичного действия гомеопатического лекарства разъясняется в п. 4. Затем Ганеман указывал на то, что жизненная сила "направляет всю энергию" против лекарственного заболевания, "которое вскоре преодолевает". Эта роль вторичного лечебного действия жизненной энергии разъясняется в п. 5. Этот оздоровительный процесс проходит без потери жизненных соков и принесения в жертву тканей, связанных с кризисом. Далее Ганеман излагает природу первичного и вторичного действий в основных параграфах "Органона". См. § 64.

В следующих примерах будет показано, что во время первичного действия искусственных патогенных агентов (лекарств) на наше здоровое тело, жизненная сила, кажется, играет лишь пассивную (воспринимающую) роль, и вынуждена позволять действующим снаружи воздействиям искусственной силы проникать внутрь нее и вызвать, тем самым, изменения в состоянии здоровья. Затем она вновь пробуждается и вызывает (а) состояние здоровья прямо противоположное, если таковое существует в природе (противодействие, вторичное действие), произведенному на нее воздействию (первичное действие) тем более сильное, чем сильнее было это воздействие (первичное действие) искусственного патогенного или лекарственного агента, и в соответствии с собственной энергией; или же (б), если в природе не существует состояния, прямо противоположного первичному действию, она пытается лишь избавиться от его последствий, то есть своей превосходящей силой устранить нарушения, обусловленные внешним (лекарственным) воздействием и восстановить свое нормальное состояние (вторичное действие, целебное действие) ("Органон врачебного искусства" С. Ганемана, изд-во О'Рейли, 6-е изд.).

Хронический миазм сохраняется на протяжении всей жизни, так как не может быть удален жизненной силой. Гомеопатическое лечение замещает постоянную естественную болезнь более сильной, но временной лекарственной болезнью так, чтобы жизненная сила могла ликвидировать ее беспрепятственно! Как только лекарство замещает естественное заболевание, жизненная сила борется за утверждение своего превосходства устранением расстройства путем установления внутреннего равновесия. Ганеман называл этот процесс "вторичным, целебным действием".

В § 65 Ганеман рассматривает свидетельства чрезмерных противодействий жизненной силы, подверженной воздействию непотенцированных субстанций (§ 64, п. 1). В § 68 он разбирает гомеопатическое лечение малыми дозами потенцированных лекарств (§ 64, п. 2). После первичного действия лекарства настоящая болезнь полностью замещается временной короткой лекарственной болезнью. Теперь жизненной силе нужно только настолько сильное противодействие, насколько это необходимо, чтобы убрать эту скоротечную лекарственную болезнь и вернуть организм к состоянию полного здоровья. Когда этот процесс прошел правильно, то не остается чрезмерного противодействия жизненной силы, как это бывает со слишком большими дозами непотенцированных лекарств.

В предисловии к парижскому изданию "Хронических болезней" Ганеман разъясняет первичное действие лекарства и вторичное действие жизненной силы довольно подробно. Эта модель поэтапно объясняет роль энергии в процессе лечения и проливает свет на вторичное лечебное действие. Это объяснение предлагает беглый взгляд на то, как лекарственный раствор, принятый в разделенной дозе с постепенным увеличением потенции, возвращает организм к состоянию здоровья.

Но если мы, врачи, способны представить и противопоставить жизненной силе ее болезнетворного врага как бы усиленным через действие гомеопатических препаратов (даже если необходимо увеличивать разведение каждый раз только на чуть-чуть), и если таким способом образ болезнетворного неприятеля усиливается через гомеопатическое средство до такой степени, что жизненная сила наконец становится способна воспринять его (это гомеопатическое лекарство обманом симулирует первоначальную болезнь), то мы постепенно вынуждаем бессознательную жизненную силу увеличивать свою энергию все больше и больше, пока она не достигнет той степени, когда станет сильнее первоначальной болезни.

Естественная болезнь нарушает функционирование жизненной силы таким образом, что она не способна отличить себя саму (cущность) от другой (естественной болезни) и принимает участие в разрушении организма. Если искусный целитель способен "представить и противопоставить" бессознательной жизненной силе первичное действие лекарства, то она заменит естественную болезнь более сильной, но временной лекарственной болезнью. Вот почему пациент с болезнью, характеризующейся скованностью и холодом, нуждается в потенцированном лекарстве, характеризующемся скованностью и холодом. Таким путем "образ" естественной болезни "усиливается до такой степени, что жизненная сила становится способна воспринять его", "обманом". Первичное действие лекарства — форма переноса информации, она позволяет жизненной энергии воспринять болезнь отдельно от себя самой. Это приводит к вторичному лечебному действию жизненной силы — постепенному увеличению своей энергии до тех пор, пока не "станет сильнее первоначальной болезни". Одним из признаков правильно подобранного лекарства является повышение жизнеспособности. Там, где болезнь сопровождалась скованностью и холодом, она будет преодолена расслаблением и теплом здорового организма через восстановление жизнеспособности. Когда жизненная сила будет совершенно свободна от естественной и лекарственной болезни, она вернет оживленный и поддерживающий силы здоровый организм. Если напряженному пациенту, испытывающему холод, дать расслабляющее и согревающее лекарство, то симптомы будут мгновенно подавлены, но через некоторое время противодействие жизненной силы создаст даже больше скованности и холода. Если продолжать прием подавляющих лекарств, то это может привести к перемещению симптомов внутрь к более важным органам и системам. Это центростремительное движение противоположно по направлению центробежному движению закона излечения. Такова сущность модели действия-противодействия Ганемана и реакции жизненной силы на подобно и противоположно действующие лекарства.

ПОЗОЛОГИЯ И ВЕДЕНИЕ ПАЦИЕНТА

Одни дают единственное лекарство один раз и ждут и наблюдают до ясного возврата симптомов, другие повторяют лекарство через короткие промежутки времени. Сторонники первого пути считают то, что они делают чистой "классической гомеопатией", тогда как вторые утверждают, что только так, как они, Ганеман работал в свои последние дни. Истина состоит в том, что Ганеман учил ждать и наблюдать с 1-го по 4-й "Органоны", но он модифицировал тактику назначения доз и ведение пациента в 5-ом и 6-ом изданиях. С 1833 по 1843 гг. Ганеман учил, что в случаях, когда во время лечения есть ощутимо прогрессирующее и заметно усиливающееся улучшение, лекарство не должно повторяться до тех пор, пока длится это состояние. В случаях, когда после однократной дозы наблюдается медленно нарастающее улучшение в течение 100 дней или более, он предлагает повторение с подходящими интервалами, чтобы ускорить излечение. Чтобы повторить назначаемое средство для ускорения лечения, Ганеман рекомендовал приготовить его в растворе и давать в разделенных дозах. Он назвал это методом "среднего пути", так как тот стоит посредине между исключительно единственной дозой и механическим повторением лекарства. Итак, по некоторым направлениям обе группы правы, и обе группы неправы. Вопрос не в том, чтобы использовать однократную дозу или повторение препаратов через определенные интервалы. Вопрос в понимании, когда лучше использовать однократную дозу и ждать, наблюдая, и когда действовать и придерживаться повторения лекарства для ускорения выздоровления. Такой передовой метод требует способности сделать дифференциальный анализ действия, производимого лекарством.

Некоторые используют только сухие дозы, а некоторые только лекарственные растворы. По правде говоря, даже в 6-ом издании "Oрганона" Ганеман рассматривает использование сухой дозы (§ 272), прием лекарства раствором через рот (§ 246) и путем вдыхания (§ 248). Все эти методы эффективны на своих собственных уровнях. Хотя Ганеман отдавал особое предпочтение лекарственному раствору и разделенной дозе, он полностью не исключал применение сухой дозы. При изучении парижских историй болезни я нашел только один случай, где Ганеман назначил пациенту сухую дозу. Это показывает, что даже в последние годы практики, он не отказался полностью от применения сухой дозы, несмотря на то, что высказывал мнение о том, что растворенное лекарство предлагает практикующему врачу гораздо больше возможностей. Это связано с тем, что при таком способе жидкая доза может изменяться до приема внутрь и пациент не получает одинаковую потенцию два раза подряд. Жидкая доза может быть также скорректирована многими путями, что невозможно сделать с сухой дозой. Однако это не означает, что сухая доза чем-то хуже сама по себе. Техники 4-го, 5-го и 6-го "Органонов" действенны на своих собственных уровнях, и лучше всего понимать методы всех трех изданий.

Модель Ганемана "действие — ответная реакция" имеет также важные ответвления в областях позологии и ведения пациента. У некоторых сложилось представление, что все действия, которые мы наблюдаем после приема гомеопатического лекарства, это ответное действие жизненной силы. Из-за этого для них "любая реакция — это положительная реакция", как будто нельзя сделать что-то неправильно. Это современное представление, и оно ошибочно. Избыточное первичное действие лекарства приводит к ненужным ухудшениям, в то время как избыточное вторичное действие производит антагонистическое противодействие жизненной силы. Причиной этих чрезмерных ответов обычно являются гиперчувствительность и избыточное назначение лекарств. Самуэль Ганеман постоянно работал над тем, как преодолеть эти избыточные воздействия и сделать гомеопатическое лечение настолько быстрым, мягким и долгосрочным, насколько это возможно. Чтобы практиковать гомеопатию безопасно и эффективно, важно понимать все основные ответные реакции на лекарство.

Существует пять основных ответных реакций на лекарство: спокойное улучшение, подобное ухудшение, неподобное ухудшение, дополнительные симптомы и естественный оздоравливающий кризис. Спокойное улучшение свидетельствует о том, что доза, потенция, лекарство и его повторение (если он был необходим) гармоничны. Подобное ухудшение признак того, что лекарство подобрано правильно, но пациенту была дана слишком большая доза, слишком высокая потенция или лекарство было повторено без необходимости. Неподобное ухудшение — появление новых и причиняющих беспокойство симптомов, не относящихся к болезни, которую лечат. Это указание на то, что лекарство подобрано неверно. Дополнительные симптомы — побочное действие лекарства из-за частичного подобия. В этом случае у пациента что-то одно может улучшиться, но появятся новые симптомы в других областях, деформируя естественную картину болезни. Подобное ухудшение, неподобное ухудшение и дополнительные симптомы обусловлены первичным действием лекарства.

Естественный целительный кризис — движение симптомов изнутри наружу, от вышерасположенных частей к нижерасположенным частям и появление старых симптомов в соответствии с направлением излечения Ганемана, что обычно называется законами Геринга. Естественный целительный кризис может также сопровождаться повышением активности выделительных органов с появлением отделяемого, кожных высыпаний, пота, профузного мочеиспускания, учащенного стула и т. д. Этот вид очистительных симптомов должен проходить быстро, а за ним следовать увеличение ощущения благополучия и большей жизнеспособности. Если они более длительные и интенсивные, чем первоначальные жалобы, тогда это форма подобного ухудшения из-за избыточного количества лекарства. Естественный оздоровительный кризис появляется из-за вторичного целительного действия жизненной силы. Избыточное противодействие жизненной силы — идиосинкрастические реакции из-за избыточного количества лекарства, когда пациент кажется почти аллергиком на него, и наступает какофония противоречащих и сбивающих с толку симптомов.

Каждый гомеопат должен знать об этих феноменах действия-противодействия, но правда заключается в том, что эта область практической деятельности пропускается многими учителями. Я постоянно общаюсь с пациентами, которые проходили через сильное ухудшение месяцами. Многим из этих пациентов говорят, что это "хороший знак"; многие страдают в течение долгого времени от новых мучительных симптомов. Даже подобное ухудшение, которое случилось из-за правильного лекарства, но неправильной позологии, может привести к длительному воздействию, истощающему жизненную силу. На слишком сильное и слишком длительное первичное воздействие тратится слишком много жизненной силы и ее остается слишком мало или не остается вообще на целительное вторичное воздействие. У пациента могут развиться симптомы лекарственного "прувинга", и эти симптомы будут длиться всю жизнь, если их не скорректировать. Каждая из этих негативных ответных реакций требует в ведении случая особого подхода, который произведет корректирующее своевременное действие. Если вы не обучены справляться с такими ответными реакциями в институте или вашими преподавателями, тогда самое время научиться этому по классической литературе. Очень важно найти учителей, понимающих эти клинические особенности.

Из "Органона" Ганемана следует, что чувствительность пациента может варьироваться по шкале от 1 до 1000 (§ 281). Это означает, что потенции, которые никак не влияют на № 1, окажут резкое продолжительное воздействие на № 1000 по этой шкале чувствительности. В то же самое время важно изучать предрасположенность конституции, свойства, стадию и распространенность заболевания, свойства лекарства точно так же, как состояние жизненной силы и жизнеспособности. Существуют также другие сопутствующие факторы, такие как возраст, пол и влияние окружающей среды, которые могут играть роль в выборе потенции. Совокупность всех этих факторов должна быть принята во внимание во время выбора пути воздействия, размера дозы, потенции и повторения препарата. Это основа традиционного метода, который был создан Ганеманом и совершенствовался поколениями классических гомеопатов.

Сейчас есть те, кто преподает иерархический метод выбора потенции, основанный на уровне симптомов. Такие потенции, как 6С применяются на основе названия болезни. Потенции 30С опираются на факты, относящиеся к стадии заболевания. Случаи, которые находятся на эмоциональном уровне, нуждаются в 200С, а случаи, основанные на делюзии — 1М. Если случай базируется на жизненном ощущении, пациент получает 10М, а если демонстрирует уровень энергии, то пациент получает 50М и т. д. В этом иерархическом анализе индивидуальная чувствительность пациента, основные свойства, стадия и распространенность заболевания, состояние жизненной силы и свойства лекарства не принимаются во внимание. Этому методу обучают новичков, у которых отсутствует совсем или имеется лишь небольшой опыт выбора потенции по классическому методу.

Клинически достоверно, что многие гиперчувствительные пациенты страдают от эмоциональных проблем и различных делюзий. Они настолько чувствительны, что ощущают эмоции слишком сильно и склонны к разного рода фантазиям. Не следует пациенту давать 200С только лишь потому, что несколько раз он сказал: "Я чувствую". И нет необходимости давать 1М только из-за того, что случай включает в себя характерную делюзию. Даже если вы обнаружили выраженное ощущение, связывающее вместе все симптомы, это еще не означает, что вы непременно должны выдавать 10М. А если чувствительность пациента находится в зоне 1000 шкалы гиперчувствительности, он страдает от выраженной патологии жизненно важного органа, его жизненная сила изменчива и очень слаба одновременно? Должны ли мы такому пациенту назначать высочайшую потенцию?

Я разговаривал со многими людьми, состояние которых после использования таких методов ухудшалось на месяцы безо всякого улучшения. Это происходит из-за того, что самый важный фактор при выборе потенции — индивидуальная чувствительность пациента, за которой уже следуют свойства, стадия, распространенность заболевания, состояние жизненной силы и т. д. Иерархия симптомов может быть одной из определяющих деталей при определении потенции, но использовать такой метод в отрыве от совокупности других факторов, влияющих на выбор потенции, недостаточно. Еще раз подчеркну, что новый метод может быть перспективным, но нельзя использовать его в отрыве от традиционных техник, лежащих в основе гомеопатии и обеспечивающих безопасность лечения.

ПОДВЕДЕНИЕ ИТОГОВ

Из данной статьи становится ясным, что классическая гомеопатия, введенная Ганеманом и первым поколением гомеопатов, является точкой отсчета для многих техник, выделившихся в более поздние периоды. Клиническая техника основателя гомеопатии была системой гибкой реакции, которая включала широкий перечень назначений, зависящих от причины, симптомов, времени и обстоятельств. Он назначал одно лекарство на долгое время, чередовал лекарства, назначал сопутствующие средства, интеркуррентные препараты и группы лекарств, равно как и острые, хронические и антимиазматические средства, а заодно и профилактические, когда это требовалось. Следовательно, использование острых, хронических и профилактических средств — все это можно найти в трудах Самуэля Ганемана. Техники, подобные "лестнице Бернетта", когда в сложных случаях используется последовательность препаратов, и долгосрочное применение конституционального (хронического) лекарства по Кенту — все они имели свои ростки в работах Ганемана. Чередования лекарств, применявшиеся Беннингхаузеном, и хронические интеркуррентные назначения Геринга — у всех них корни в трудах Ганемана. Понятие о трех царствах и элементах периодической системы, назначения синтетических прописей — все это ответвления из работ Самуэля Ганемана. Почему же нет согласия в гомеопатическом сообществе, в то время как все эти кардинальные принципы делят одно общее семейное дерево?

Почему любители применять конституциональные средства неодобрительно относятся к тем, кто лечит острыми средствами? Почему назначающие одно лекарство на долгий период времени критикуют тех, кто использует последовательности лекарств, когда это необходимо? Почему те, кто применяют лечебные средства, осуждают тех, кто пользуется профилактическими? Почему одни говорят, что гомеопатия лечит болезнь, а не пациента, другие говорят, что гомеопатия лечит пациента, а не болезнь, в то время как пациент и его болезнь функционально неделимы? Почему одни говорят, что лечит жизненная сила, другие говорят, что лечит только лекарство, тогда как Ганеман учил, что лечит взаимодействие первичного действия лекарства и вторичного действия жизненной силы? Почему одни настаивают на одностороннем уницизме, когда другие превозносят жесткий дуализм, при существовании единства цели в одном и множестве? Почему одни лечат пациента как целое, когда другие лечат всех послойно, в то время как оба метода полезны в зависимости от времени и обстоятельств? Почему существуют все эти односторонние раздвоения?

Почему одни говорят, что мы должны использовать только низкие потенции, а другие говорят, что высокие, когда Ганеман пользовался потенциями от низких до высоких, в зависимости от чувствительности пациента и сущности состояния при болезни? Почему одни говорят, что самые лучшие потенции С, в то время как другие утверждают, что потенции LM их превосходят, когда Ганеман в последние годы применял и те, и другие? Почему одни используют только однократную дозу, а другие только последовательности дозировок, когда Ганеман учил в надлежащее время использовать однократную дозу и в подходящее время повторять лекарство для ускорения излечения? Почему одни пользуются только старыми методами, а другие новыми методами, в то время как их комбинация — лучший путь вперед? Почему люди любят брать целую истину, разламывать ее на две половины и направлять одну сторону против другой?

Труды настоящих классиков — лучшие источники новых методов. Вы увидите, что их мысли разрослись во множество практических школ, но все они основаны на классическом периоде гомеопатии. Знание источника исчезло, потому что мы потеряли свои корни. Мы слишком сильно зависим от информации из вторых рук, вместо поиска начала. Мы слушаем, что говорят популярные учителя, не беря труда думать самим. Полученные знания считаем доказанными по умолчанию. Мы следуем за направлениями и модой, не обращая внимания на проверенные временем традиционные техники. Почему так много людей стремятся изменить классическую систему, никогда до этого по-настоящему ее не изучав?

Мой искренний совет каждому — тщательно изучать "Органон", "Хронические болезни" и "Малые труды". В то же самое время нужно изучать историю гомеопатии, все опубликованные сообщения очевидцев и письма. Постройте насколько возможно прочный фундамент на работах Ганемана, Беннингхаузена, Геринга, Яра, Т. Ф. Аллена, Г. К. Аллена, Кента, Богера, Уитмонта и других. Хорошо научитесь пользоваться реперторием и Материей медикой и ежедневно изучайте характеристики наиболее испытанных средств. Стройте ваш дом гомеопатии на основных принципах классической традиции, а не на зыбучих песках моды, чтобы когда задуют ветры и пойдут дожди клинической реальности, ваша практика не рухнула! Если кому-то удается достичь гармонии в классических и современных методах, у него есть твердое основание, с которого он может дотянуться до неба, не потеряв равновесие.

Я потратил время на написание этого довольно длинного рассуждения, потому что меня действительно волнует то, что происходит в гомеопатии. Я не считаю себя мастером-новатором или передовым практиком. Я просто хорошо обученный в традициях Ганемана и последующих поколений гомеопат. За многие годы я научился большему на собственных ошибках, чем на успехах, так как я искал наиболее быстрый, мягкий и надежный метод лечения. Те случаи, которые не шли у меня успешно, заставляли меня глубоко изучать различные издания "Органона" и рыться в классическом периоде. На этой плодородной почве я нашел ответы, которые искал, и за более чем четверть века я сделал все возможное, чтобы сделать эти методы отвечающими требованиям нашего времени. Истины, которые я нашел у Ганемана, объединили все школы гомеопатии. Вот почему я написал 4000 страниц 6-томного учебника под названием "Гомеопатический справочник" (Homoeopathic Compendium), который будет издан в недалеком будущем. Поскольку я приближаюсь к осени своей жизни, я рассчитываю, что следующие поколения понесут факел целительного искусства дальше. В глубине сердца я знаю, что Медицина Будущего будет в безопасности в их руках, и истина классической гомеопатии никогда не будет потеряна.

Similia Minimus
Искренне,
Дэвид Литтл


Читайте также: