Д-р Ричард Юз

Ричард Юз

Руководство к фармакодинамике

2-е изд., Санкт-Петербург, 1901

ЛЕКЦИЯ ХLII
Mercurius (продолжение)

Рассмотрев подробно патогенетические действия меркурия, мы можем разделить их на три отдела.

В первом мы имеем результаты одного послабляющего приема; результаты, проявляющиеся, как вам известно, почти исключительно в сфере печени и кишок.

Во втором мы имеем явления, сопровождающие его постепенное, но быстрое введение в организм — так сказать, острую меркуриализацию. Он здесь не оказывает прямого раздражающего действия на живые ткани, а проявляет первичное влияние на кровь. Он производит в ней ряд изменений, уменьшение, разжижение и разложение, за которыми следуют некоторые местные страдания, главным образом слизистых оболочек и кожи. Они медленного и воспалительного характера и легко переходят в нагноение, изъязвление и гангрену.

В третьем — действия медленного насыщения организма ртутью — хроническая меркуриализация. Они включают глубокие расстройства питательных функций, но главным образом состоят из нервных страданий, выражающихся в дрожании, возбуждении и невралгической боли, доходящих до слабоумия и паралича. Гомеопатия должна взять все эти формы физиологического действия ртути и применять их к соответствующим болезненным состояниям идиопатического происхождения, бывающим в действительности. Что она сделала это, можно видеть из статей д-ра Куина во 2-м томе Annals и д-ра Лидема в 12-м томе British Journal of Homoeopathy, а также из отдела, посвященного этому вопросу в 1-м томе Practical Observations Гартмана. Лучше всего можно оценить значение меркурия в нашей практике из Терапии Бэра. Мы увидим, как многочисленны болезни, где он показуется и применяется с пользой; там воспроизводится весь ряд патогенетических действий, которые мы рассматривали в прошлую лекцию. Но мы не можем ограничиться только этими применениями его. Первый и второй отделы физиологического действия ртути представляют ее традиционные употребления в медицине; мы должны разобрать их и беспристрастно оценить их выгоды и невыгоды.

I. Итак, посмотрим на действия одного опоражнивающего приема меркурия. Врачи старой школы считают его показуемым, когда переполнена система воротной вены; если бы у нас не было лучших средств достигать той же цели, то мы были бы вынуждены тоже прибегать к нему. Д-р Кидд показал, как можно основательно пользоваться этим свойством, когда запор и завалы воротной системы мешают специфическому действию дигиталиса при водянке сердца1. Но зло, причиняемое обычным употреблением меркуриальных слабительных при так называемой "желчности", неисчислимо. Оно вызывает возврат тех самых припадков, которые вначале, по-видимому, облегчало, и постепенно производит, как доказал д-р Брайс, настоящее хроническое отравление ртутью, хотя и слабое.

С другой стороны, гомеопатический опыт научил нас, что английское употребление ртути при болезнях печени (говорю английское, так как французские и немецкие трактаты считают такое лечение чуждым) основано на принципе подобия и производится малыми дозами. Я уже говорил, что опыт, опровергая мнение о непосредственном возбуждении ртутью выделительной функции печени, доказывает, что она производит конгестию этого органа и желтуху. В обоих этих страданиях печени меркурий у гомеопатов считается facile princeps, и отлично действует в самых малых дозах, каковы 3-е, 6-е и 12-е деления. Это превосходное средство при так называемой торпидной печени, где бледные, твердые и зловонные испражнения, потеря аппетита и упадок духа доказывают недостаточное отделение желчи. На присутствие конгестии в этих случаях указывает тупая боль в правом подреберье. Так, меркурий чрезвычайно полезен в простой желтухе, бывающей у детей (где, вероятно, присутствует та же самая конгестия). При остром паренхиматозном воспалении печени д-р Джерсон чрезвычайно хвалит каломель в наших дозах. У д-ра Рингера есть несколько превосходных заметок об этом предмете, под которыми мог бы подписаться любой гомеопат. Допуская всю силу новейших испытаний, он, однако же, говорит, что они не могут уничтожить опыт целых поколений и что "нетрудно понять, что меркурий при болезненном состоянии может уничтожить какие-либо влияния, мешающие образованию желчи, и таким образом содействовать ее отделению, а в здоровом состоянии даже прекращать его". Он рекомендует малые дозы — от 1/6 до 1/2 грана серого порошка по два или по три раза в день, и прибавляет, что если бы те, которые осуждают меркуриальные препараты, употребляли их таким способом, они достигали бы желаемого действия без всяких дурных последствий2.

II. Но я обращаю главное внимание на второе из наших трех действий меркурия — острую меркуриализацию, благодаря которой это средство играло такую важную роль в истории медицины и в то же время нанесло такой страшный вред человечеству. За исключением (да и то вряд ли) кровопускания, ни одно лечение не причиняло столько зла, как оно. Оно похитило у человека бóльшую часть его жизненного сока и усилило этот вред, отравив остальную. Сотни смертей и сотни тысяч людей с разрушенным здоровьем, не говоря уже о временных страданиях, говорят о его влиянии по всей Европе. Нет ничего удивительного, что более разумная практика в настоящее время стремится вывести его из употребления. Изменение во взглядах можно ясно видеть из двух изданий классических лекций сэра Томаса Уотсона. В первом, 1857 г., меркурий после кровопускания занимает главное место при лечении большинства воспалений. Во втором, 1871 г., оба эти средства перешли в область сомнительных и вредных. То же самое пренебрежение меркурием, хотя и не столь всеобщее, господствовало одно время и относительно лечения им сифилиса. Какая причина этого вредного действия вещества, даваемого как лекарство, — действия единственного в своем роде? Мышьяк и йод — яды гораздо сильнейшие, однако они не причинили столько вреда. Вред, причиняемый ими, бывает, так сказать, внешним и случайным, его можно избегать надлежащими дозами и способами приемов. Вред же ртути составляет существенную часть ее употребления и так связан с ней, что по причине его и само употребление ртути оставлено. Дело в том, что при лечении сифилитических и воспалительных страданий пользуются ее физиологическим действием. Излечения ищут не прямо, а посредством саливации, т. е. полным конституциональным влиянием этого лекарства, выражающимся в этом явлении. "Если мы не возбудим какого-нибудь страдания рта, — пишет Перейра, — мы не воспользуемся благодетельными действиями ртути". Таким образом, вместо того, чтобы обратить яд в лекарство, им пользуются как ядом, — отсюда его вредные последствия. Теперь, узнав его природу, стараются не доводить его действия до крайних пределов, а именно, возбуждают только меркуриальную лихорадку, которую мы описали со слов Ганемана, и которую он в то время считал необходимой для излечения всех симптомов сифилиса. Это действительно уменьшает зло, но зло все-таки существует. Мы же, старающиеся превратить физиологическое действие в терапевтическое, если и прибегаем когда-либо к такому употреблению ртути, то лишь в редких исключениях из нашей общей практики. Мы должны стараться превратить яд в противоядие и употреблять ртуть как лекарство в таких болезненных состояниях, какие она возбуждает, когда они являются от других причин.

Что мы успели в этом, видно из того, как оценивают меркурий наша школа и аллопаты. Теперь, как я уже сказал, стало признаком передовых врачей между аллопатами отвергать употребление меркурия. Они заявили, что он не оказывает влияния на печень, мало полезен при сифилисе и вреден при большинстве острых воспалений. С другой стороны, применение его по нашему принципу и в наших дозах постоянно сопровождается успехом. Есть мало лекарств, употребляемых нами чаще и с бóльшим доверием. Это похоже на то, что мы нашли ключ к истинному употреблению этого и других ядов.

Возбуждение острого меркуриализма производилось главным образом для излечения сифилитических и воспалительных страданий. Знаменитейшее его употребление, сохранившееся до настоящего дня, — против сифилиса. Рассмотрим его отношение к этой болезни и сферу его действия.

Я признаю́ справедливость новейшей доктрины, признающей сифилисом только твердый шанкр и его последствия, а не мягкий с нагнаиванием бубонов. Я также становлюсь на сторону последователей Ганемана, полагая, что появление затвердения указывает на то, что организм, т. е. кровь, уже заражен венерическим ядом. Я разбирал этот вопрос в статье On Hahnemann’s Doctrine of Syphilis в 27-м томе Brit. Journ. of Hom., и не буду приводить здесь доказательств этому.

Итак, сифилис есть заражение крови, аналогичное с кожными болезнями — скажем, с привитой оспой. Он имеет стадию инкубации, которая (как показал Лансеро) представляет некоторые признаки расстроенного здоровья. Часто бывает легкое лихорадочное состояние, утомление, боль в костях и головная боль; при внимательном наблюдении можно найти уже хлороанемию. Ганеман доказывает из прежних авторов, что в старину эта стадия инкубации была продолжительнее и симптомы заметнее (слабость и утомление, тупость ощущений, упадок духа, землистый цвет лица с синими кругами вокруг глаз). Затем появлялось затвердение, каков бы ни был его наружный вид; за этим скоро следует подобное состояние некоторых паховых желез, вероятно, вследствие всасывания. Это аналогично с пустулами оспы; затем через некоторое время появляется специфическая лихорадка с сыпью и болью горла. Сыпь пятнистая или прыщатая, редко чешуйчатая. В горле бывают изъязвления без боли. В то же время может быть воспаление радужной оболочки, ларингит и периостит. Наконец, мы имеем сифилитические последствия, как и при других заражениях, а именно инфильтраты внутренностей и надкостницы, называемые gummata и nodi.

Таким образом, я считаю целесообразным рассматривать (вместе с д-ром Хатчинсоном) первичный, вторичный и третичный сифилис как стадии хронической кожной болезни, отличающейся от других подобных же острых страданий только продолжительностью течения. Верно и то, что меркурий имеет на нее специфическое влияние. Мало кто в настоящее время станет доказывать, что он нейтрализует венерический яд как щелочь нейтрализует кислоту, и никто, конечно, не подумает, что он изгоняет materies morbi посредством слюны или других выделений. Поэтому мы должны обратиться к его физиологическим действиям, для того чтобы понять, почему именно он действует таким образом. Было бы легко воспользоваться мнениями авторов и доказывать, что меркурий полезен при сифилисе вследствие гомеопатичности его. "Замечательно, — говорит д-р Рингер, — как похожи явления, возбуждаемые ртутью, на сифилис", и выражаясь так, он только повторяет мнения других3. Но так как цель наша есть истина, а не поддержка теории, то мы не можем удовлетвориться этим, помня, что Куссмауль после самых тщательных исследований действия ртути на работающих с ней, приходит (так же, как Трусо и Пиду) к противоположному заключению; мы должны сами исследовать этот вопрос.

Мне кажется, что физиологические действия меркурия представляют почти полную параллель с одной стадией истории сифилиса, но очень отличаются от нее прежде и после. Это не есть стадия первичной инкубации. Действительно, легкая лихорадочная хлороанемия составляет первоначальное конституциональное действие обоих ядов, но сифилитическая оканчивается пластическими отложениями — твердой язвой и затвердением желез, между тем как местные симптомы ртути представляют разжижение тканей — железы, пораженные ею, распухают вследствие раздражения, граничащего с воспалением, и склонны к нагноению. Состояние крови, от которого происходят такие различные результаты, едва ли может быть одинаковым по существу, хотя бы и казалось таковым по внешним явлениям. Затем, в действиях ртути нет ничего, соответствующего гуммозным инфильтратам третичного периода. Так что хотя оно может действовать на каждую часть, пораженную болезнью, и одна "органопатия" могла бы считать ее подобной, но истинная гомеопатия не допускает, что она действует на все эти части схожим образом. Если ртуть оказывает влияние на сифилитические первичные затвердения и третичные инфильтраты, то она делает это своим физиологическим действием, и употребляя ее таким образом, мы поступаем негомеопатично. Совсем другое дело вторичная стадия болезни. Мы снова имеем лихорадочную хлороанемию, еще более резкого характера, где меркурий очевидно и поразительно гомеопатичен и ее ревматическим болям (усиливающимся в покое и теплой постели) в голове и лице, за грудной костью и около суставов, и конечному выпадению волос. Он гомеопатичен также и последующим местным проявлениям, которые можно считать медленными воспалительными процессами в коже, слизистой оболочке и надкостнице. Мы остаемся строго в границах нашего метода, давая малые дозы меркурия против сифилитической пирексии и кожных сыпей, язв рта и горла и периостита вторичного периода. Что касается до хлороанемии, то недавно убедились, что меркурий, даваемый при сифилисе, увеличивает количество красных шариков крови. Мы уже видели, что он уменьшает их в здоровом состоянии; здесь также замечено, что если его продолжать слишком долго, то он снова уменьшает их число.

Вот необходимые выводы из фактов; посмотрим, как они согласуются с опытом.

Для сифилиса мы имеем превосходный случай оценить истинные результаты лечения, ибо мы имеем богатейший материал для естественной истории этой болезни. Противники употребления меркурия практиковали в обширных размерах выжидательное лечение. Результаты можно узнать в превосходном трактате Чарльза Драйздейла О лечении сифилиса и других болезней без меркурия. Сифилис, говорят антимеркуриалисты, под влиянием гигиенических мер и местных средств, редко выходит из границ мягкой болезни, и протекает, не принося большого вреда организму. По словам одного из них, Г. Сайма (Syme), "случай может быть длительным, и кожа, горло или надкостница могут быть легко поражены; но никогда не бывает этих серьезных последствий, которых так боятся, и даже вышеупомянутые легкие страдания представляются сравнительно довольно редко". Может быть, это слишком смелое положение, из которого бывают исключения, но оно идет очень мало далее заключений, к которым привело немеркуриальное лечение тысячи случаев в больших военных госпиталях Франции.

Лучше ли действует меркурий?

Попыткам отвечать на этот вопрос сильно мешает путаница понятий, существовавшая еще очень недавно относительно мягкого и твердого шанкров. Так как меркурий совершенно гомеопатичен первому, то в малых дозах он может способствовать его исцелению. А так как этот шанкр гораздо чаще твердого и никогда не сопровождается конституциональными симптомами, то лица, смешивающие эти два шанкра, могут предполагать, что он предупреждает вторичный сифилис. Таково убеждение Ганемана4 и двух его последователей — Шнейдера5 и Яра6, основанное на продолжительном и обширном опыте. С другой стороны, д-р Йелдам в своей превосходной Homoeopathy in Venereal Diseases и Бэр в своей System of Therapeutics допускают, что твердый шанкр сопровождается обыкновенно вторичными симптомами, какими бы средствами его ни лечили. Последний считает его продолжительность от 9-ти до 15-ти недель, все равно как, и без всякого лечения. Д-р Йелдам же полагает, что меркурий сокращает продолжительность как первичных, так и вторичных симптомов7. Если это правда, то может быть, что возбуждается легкое физиологическое действие, хотя недостаточное для поражения рта. Но я смею думать, что при более аккуратном счете окажется, что его твердый шанкр и даже сухие сифилиды продолжались почти если не ровно столько же времени, как и при выжидательном методе, как описывает д-р Чарльз Драйздейл. Самыми заметными действиями были излечение язв и улучшение общего здоровья, что составляет истинно гомеопатическое влияние меркурия.

Вывод из этого, по-видимому, таков, что только в известных пунктах и стадиях сифилитического процесса меркурий может нейтрализовать его специфически, т. е. переходом всего физиологического действия в терапевтическое. Но эти пункты и стадии достаточно важны. Сюда относятся: заражение крови, страдания рта и горла, подострое воспаление надкостницы, некоторые из кожных сыпей и, может быть, воспаление гортани. Затем под его влиянием находится весь ряд проявлений наследственного сифилиса, примут ли они форму пузырей, нарывов и маразма, или же более медленную и не столь опасную разновидность, состоящую в заложении носа, воспалении рта, легко мокнущих сифилидах, бледном землистом цвете кожи и периостите отростков длинных костей. Результаты злоупотребления меркурием указывают на его дальнейшее применение. Когда местные проявления болезни становятся разрушительными, сыпи принимают форму impetigo или rupia, быстрое изъязвление поражает слизистые оболочки и начинается костоеда, и если все это происходит не вследствие меркурия, то употребление его имеет самые благодетельные последствия. Так, д-р Джерсон чрезвычайно хвалит сулему при фагеденическом шанкре, а д-р Йелдам видел, что Merc. sol. останавливает разъедающее изъязвление, когда все другие обычно рекомендуемые против этого состояния средства не имели успеха. Сверх того, д-р Джордж Вуд пишет о сифилитическом худосочии: "Я видел, что меркурий быстро излечивал случаи совершенно разрушенного здоровья, не уступавшие никакому лечению". Colles утверждает то же. Мы относим все подобные излечения к гомеопатическому действию меркурия. Неизвестно, пойдем ли мы далее и будем ли употреблять его при сифилитических состояниях, где нужна некоторая доля физиологического действия. Кажется, нет никакой нужды делать это для первичной язвы и для вторичных сифилидов, так как для своего излечения они нуждаются только во времени, а для рассеяния третичных гуммозных опухолей мы почти всегда можем рассчитывать на йодистый калий. Единственная болезнь, где употребление меркурия кажется иногда необходимым, даже в наших руках, есть сифилитическое воспаление радужной оболочки, когда на него иногда ничто не действует до тех пор, пока меркурий не повлияет слегка на рот. Вот живое описание Уотсона.

С момента как на деснах и дыхании больного выразится специфическое влияние меркурия на организм, происходит ожидаемая перемена: красная полоса, окружающая роговицу, начинает бледнеть, выделение уменьшается; радужная оболочка принимает настоящий цвет, сморщенный и неправильный зрачок снова приближается к правильному кругу.

Глаз такой драгоценный орган, что можно охотно подчиниться временной жертве общего здоровья, если это только необходимо для его восстановления. Если бы вам пришлось дойти до этого, то напомню способ Лоу (Low), который делил гран каломеля на 12 частей, и давал через час по одной части до тех пор, пока он не подействует на рот, что обыкновенно бывает около 36-й дозы. Труссо и Пиду пошли дальше, делая из грана 24 дозы и давая их только через 2 часа. Таким способом, говорят они, им редко приходилось давать более 3-х гран для достижения цели.

Все это сказано с гомеопатической точки зрения. В старой школе врачи, кажется, снова переходят от полного отрицания меркурия при сифилисе к признанию его. Хатчинсон рекомендует избегать физиологического действия, но говоря, что "желательно ввести в организм достаточное его количество и продолжать его употребление довольно долгое время", он, кажется, возвращается, к старому. По этому поводу можно рекомендовать прочесть сочинение Андру Матиаса On the Mercurial Disease (1816 г.). Он утверждает, что меркурий излечивает сифилис, возбуждая собственную специфическую болезнь, несовместную с ним, и доказывает многочисленными наблюдениями (как Ганеман делал до него), что если его принимать слишком долго, то венерические симптомы перестанут улучшаться, вернутся обратно и осложнятся свежими поражениями подобного же, но различного характера. Интересно, что когда, по его словам, эта меркуриальная болезнь пройдет, то прежние венерические симптомы снова вернутся, будучи только приостановлены присутствием первой. Ганеман считает такую приостановку вместо прекращения признаком различия, в противоположность с подобием болезни; итак, наше положение подтверждается, что меркурий гомеопатичен с сифилисом только в отдельных пунктах, а не в целом.

Кажется, что сам Ганеман некогда был того же мнения, ибо в своем Трактате о венерических болезнях в 1789 г. он говорит: "Меркурий не излечивает сифилиса с помощью выделений, но скорее постепенным или внезапным антипатическим специфического характера раздражением волокон". Правда, что в 1796 г. он доказал, что меркурий есть simile сифилиса, но посмотрим, как он характеризует последний.

Сифилис происходит от вируса, который, кроме других особенностей, имеет специальную наклонность возбуждать воспалительные и загнаивающиеся опухоли желез, так разъединять механическую связь волокон, что образуются многочисленные распространяющиеся язвы, которых неисцелимость можно узнать по их круглому виду, и наконец, увеличивать раздражимость.

Очевидно, что в настоящему сифилису относится лишь вторая черта. Ганеман сам специфирует много пунктов, которыми "меркуриальная болезнь отличается от сифилиса".

Меня обвиняют в том8, что я слишком настаивал на отсутствии гомеопатичности между меркурием и некоторыми проявлениями сифилиса и говорят, что я должен бы был, насколько возможно, уменьшить эти точки расхождения ввиду общего между ними подобия. Если бы дело состояло только в том, что гомеопатичность эта неполна, то делаемое ныне возражение было бы вполне справедливо, но я доказываю, что к значительной сфере явлений сифилиса меркурий не только не гомеопатичен, но прямо антипатичен, и что можно получить желаемое действие только возбуждая его физиологическое и разрушительное влияние. Это очень важный вопрос, а так как всеми признано общее подобие между их действиями, то мне казалось более важным указать на то, где это подобие прекращается, и где, следовательно, нельзя ждать от меркурия пользы.

Другое важнейшее употребление меркуриализации встречается при лечении воспалительных болезней. Но прежде чем обратиться к этому предмету, скажу о некоторых общих состояниях, для которых гомеопатичен меркурий. Я не включаю сюда (хотя и мог бы это сделать) цинги и хлороза, так как первая отлично излечивается диететическими мерами, а второй разумным употреблением железа и т. п. Но я буду говорить о золотухе, ревматизме и сыпных лихорадках.

1. Я указал, что те самые формы венерических страданий, которые вчитаются противопоказаниями для меркурия, напротив, требуют его. Сходные страдания бывают в особенности у золотушных, и в старой школе при подобном предрасположении меркурий строго избегается. Мы же, наоборот, употребляем эго во многих проявлениях золотухи. Он, по-видимому, может развить такое предрасположение, так как Алибер и другие доказали, что люди под меркуриальным влиянием нередко рождают золотушных детей. Меркурий полезен при болезненных явлениях в глазах, ушах, железах и костях; также при мокнущих сыпях и изъязвлениях поверхности. Он в особенности превосходное средство при золотушном воспалении глаз (об этом я буду говорить, когда дойдем до раздражающих солей этого металла). Но предмет этот изложен всего лучше в трактате об этой болезни д-ра Гуллона, где собраны случаи золотушной течи из ушей, экземы и воспаления надкостницы, успешно излеченные M. solubilis.

2. Другое конституциональное страдание, где меркурий играет важную роль, есть ревматизм. "Меркуриальный ревматизм" слишком хорошо известен, чтобы нуждаться в доказательствах гомеопатичности меркурия к этому страданию. Он часто бывает у рабочих с этим металлом, что видно из симптомов 555–565 патогенеза Аллена. Д-р Энсти описывает как частый предварительный симптом угрожающей ревматической лихорадки "желтоватый и красноватый оттенок лица с маслянистым потом", что нам тотчас же напоминает патогенетические действия меркурия. Появление обильного, с запахом, пота, не дающего облегчения, во всех болезнях считается главным показанием для меркурия, и это же составляет известный почти патогномонический симптом ревматизма. Он всего полезнее при подострых формах его, с возвратами, когда боли не очень перемещаются и ухудшаются по ночам, больной же чрезвычайно чувствителен к холоду. Несколько превосходных случаев д-р Йелдам приводит в 3-м и 4-м томах Annals.

3. Описание, приведенное мной из Alley, лихорадочных сыпей, возбуждаемых меркурием, напоминает три важнейших сыпных лихорадки: корь, скарлатину и оспу. Меркурий очень пригоден для сыпи и катаральных симптомов обыкновенной кори и, кроме аконита, не нуждается в других средствах против лихорадочного состояния. При скарлатине место его в ангинозной форме, где опухоль, изъязвление и наклонность в гангрене делают его в высшей степени гомеопатичным и действительным. При оспе его употребление начинается там, где кончается действие тартар эметика, именно, если несмотря на первое средство, оспины начинают нагнаиваться и наступает вторичная лихорадка. Здесь его хвалят все гомеопаты.


1 Laws of Therapeutics, гл. X.
2 На мое объяснение действия меркурий при недеятельной печени возражает Monthly Hom. Review и полагает, что, принимая мнение д-ра Рингера о его modus operandi, я упускаю из виду принцип подобия, но это неверно, так как я хочу сказать, что он уничтожает такое состояние, какое возбуждает, именно, конгестию, а такое объяснение, мне кажется, такая же гомеопатия, как сказать, что он в малых дозах возбуждает отделительные клеточки в печени, а в больших угнетает их.
3 Так Стилле говорит: Алтеративное лекарство действует в том же направлении, как и излечиваемые им болезни, напр. ртуть возбуждает явления чрезвычайно похожие, если не совершенно идентичные с теми, какие производит сифилис.
4 Brit. Journ. of Hom., XXVII, 396.
5 Ibid., XXII, 620.
6 On Venereal Diseases.
7 Он дает от одного до 3-х гран первого и от 5-ти до 10-ти второго десятичного деления Merc. solub. (т. е. от 3/10 до 1/20 грана) по три раза в день.
8 Monthly Hom. Review, XX, 452.

ЛЕКЦИЯ XLI  ЛЕКЦИЯ XLI    Содержание    ЛЕКЦИЯ XLIII  ЛЕКЦИЯ XLIII