Д-р Ричард Юз

Ричард Юз

Руководство к фармакодинамике

2-е изд., Санкт-Петербург, 1901

ЛЕКЦИЯ I.
Вступление

Милостивые государи!

Мы собрались сегодня, чтобы начать курс фармакологии и терапии, т. е. для изучения материалов, употребляемых в медицинской практике, их свойств и их применения к врачебному искусству. Не мешает прежде всего указать и определить предстоящий нам круг занятий.

При лечении болезней употребляются деятели и предписываются меры, известные под общим названием гигиенических. Сюда относятся диета и уход за больным, выбор климата, регулирование привычек. Затем есть известные способы применения сил и элементов природы, как-то: пользование водой в разных видах, употребление теплоты и холода в надлежащих пропорциях и применение электричества. В систематических сочинениях по фармакологии рассматриваются многие из этих деятелей, и им нельзя отказать в праве на внимание. Если я их исключаю здесь, то это не потому что не придаю им должного значения, а просто потому что не имею ничего сказать о них нового и не желаю повторять, что уже сказано другими, и еще потому что намерен посвятить внимание всецело действию лекарственных веществ.

Лекарственные вещества, т. е. вещества, имеющие силу влиять на животное тело, как в его здоровом, так и болезненном состоянии, — вот та фармакология, о которой я намерен с вами беседовать, и притом только о влиянии их на тело. Я не буду вдаваться в подробные описания наружного вида и формы и вообще всех свойств и качеств веществ, заимствованных нами как лекарства из животного, растительного или минерального царств, так как для этого существуют специальные науки, подробно разбирающие все эти признаки и свойства; кроме того, вдаваться во все эти подробности мне не позволило бы и время, но я буду пользоваться этими сведениями лишь настолько, насколько окажется необходимым для точного определения вещества и для составления конкретного понятия о его происхождении и характере; в этом отношении имеющиеся у нас в музее образцы будут служить пособием, а затем мы будем рассматривать вещество исключительно как лекарство.

Разбор каждого лекарственного вещества будет состоять, как я сказал, в рассмотрении его действия на организм в здоровом и болезненном состоянии, действия физиологического (или патогенетического) и действия терапевтического. О первом теперь нет нужды распространяться. Не может быть и речи, что наши познания в этом отношении должны быть по возможности полны и точны. Единственное исключение составляет токсикология. Наш предмет — фармакодинамика, сила лекарственных веществ, но их сила как лекарств, а не как ядов. Нам необходимо знать их отравляющие свойства с целью употреблять их как целебных деятелей; что же касается до диагноза, химических анализов, антидотов и т. п., то это не будет подлежать нашему рассмотрению.

Несравненно более важное значение для нас имеет терапевтическая сторона действия лекарств. Лекции эти входят в состав курса наук, преподаваемого в Лондонской школе гомеопатии. В какой же мере основы ее изменяют учение о фармакологии?

Объяснять подробно сущность гомеопатии — прямая обязанность занимающего кафедру врачебной практики. Мне же только необходимо признавать гомеопатию как терапевтический метод, и притом метод основательный. Между тем она вполне игнорируется в обыкновенных руководствах по фармакологии, и встречающиеся в них немногочисленные применения гомеопатических средств приводятся совершенно эмпирически. Следовательно, лектор фармакологии в гомеопатической школе обязан в терапевтической части своей задачи отводить первое место такому употреблению лекарств, которое вытекает из правила similia similibus curentur — лечи подобное подобным. Он не будет пренебрегать другими способами, но главное его внимание будет обращено на гомеопатическое употребление лекарств.

Открытое признание здесь гомеопатии поведет еще к другим последствиям.

Во-первых, оно повлияет на объем фармакологии, предстоящей нашему рассмотрению. Гомеопатия пользуется значительно бо́льшим числом естественных произведений, чем традиционная медицина. Она извлекла из незаслуженного забвения много средств и постоянно прибавляет к ним новые с помощью своего органона — закона подобия, так как для применения какого-либо лекарства достаточно определить его патогенетические (болезнетворные) свойства. Мы будем изучать гомеопатическую фармакологию, которая заключает в себе все обыкновенные лекарства и присоединяет к ним еще много других.

Во-вторых, в нашем распоряжении будут находиться более богатые материалы для ознакомления с патогенетическими действиями лекарственных веществ. Практическое применение нашего терапевтического правила потребовало обширных и подробных испытаний на здоровом теле. Отчет об этих испытаниях и составляет нашу отличительную фармакологию. Об этих отчетах в обыкновенных лекциях и руководствах не упоминается, но здесь они займут выдающееся место. Мы можем пользоваться всеми наблюдениями об отравлениях и опытах над животными, составляющими суть обычного патогенетического материала, но к ним мы присоединим более важные чистые испытания на здоровых, которым посвящено столько благородного труда гомеопатами. Такие испытания на человеческом организме ныне с радостью приветствуются старой школой медицины, но лишь в тех случаях, когда они производятся приверженцами этой школы. Мы же, будучи свободны от этих предрассудков, можем воспользоваться всем этим материалом, оценивая его по достоинству.

Далее, гомеопатическая терапия дает особенное направление изучению болезнетворных действий лекарственных веществ. Вещества эти способны производить троякого рода действия, обыкновенно называемые механическим, химическим и динамическим. Первое действие происходит в силу их объема, тяжести или свойства поверхности, как, например, большие приемы ртути для прочищения пути в засоренных кишках, или Mucuna pruriens для отделения кишечных паразитов. Второе состоит в действии кислот на щелочи и щелочей на кислоты и тому подобное, каковым способом внутри организма воспроизводятся по мере возможности реакции лаборатории. Третье, и динамическое действие, объединяет все те действия лекарственных веществ, которые нельзя объяснить ни физическими, ни химическими законами, и которые можно произвести только в живом теле. Это-то последнее действие и займет преимущественно наше внимание, так как гомеопатия применяется только посредством этого действия лекарств. Когда мы пользуемся механическими или химическими действиями употребляемых лекарств, мы применяем их на основании механических или химических принципов. Similia similibus имеет дело исключительно с живым организмом и с присущими ему реакциями лекарств.

Общий вывод из вышесказанного следующий: моя обязанность будет состоять в преподавании с этой кафедры гомеопатической фармакологии, т. е. я должен буду говорить о всех веществах, употребляемых гомеопатией как лекарства, выставляя сведения, которыми обладает гомеопатия об их болезнетворных действиях, и, не упуская из виду их общих свойств, останавливаться преимущественно на гомеопатическом употреблении их при лечении болезней. Эти лекции имеют целью не заменить, а пополнить те познания, которые вы уже приобрели или приобретете. Они относятся не до общей школы медицины, а до гомеопатической школы. Разумеется, если бы читаемые здесь лекции официально признавались взамен соответствующих курсов, проходимых в других учреждениях, то я не стал бы предполагать в вас предшествующих знаний, а начал бы с начала. Но так как пора эта еще не настала, то для сбережения времени и трудов с вашей и с моей стороны, мы будем держаться намеченных пределов.

Теперь обращу ваше внимание на то, что в ограниченном и техническом смысле гомеопатия называет своей фармакологией, а именно на отчеты о патогенетических действиях употребляемых ею лекарств. О первоначальных источниках по этому предмету мы займемся во второй и третьей лекциях, и тогда я буду ссылаться на подлинные отчеты об испытаниях каждого лекарства и приводить специальные сочинения. Теперь же я должен сообщить, что вы можете найти в так называемой гомеопатической фармакологии.

Возьмем для примера отдел об арнике в сочинении Ганемана Reine Arzneimittellehre ("Чистое лекарствоведение"). После краткого предисловия, в котором упоминается о терапевтическом употреблении а рники, приведен список 638 симптомов, составляющих патогенетическое действие этого средства. Из них 280 напечатаны без обозначения фамилии испытателя и сообщены самим Ганеманом. Из остальных 311 помечены сокращенными фамилиями других наблюдателей, которых было семь человек, а 47 извлечены из различных сочинений. Симптомы эти расположены в анатомическом порядке от головы до конечностей, а в заключение приведены общие симптомы и психические явления. О субъектах, у которых они были наблюдаемы, о дозах, которыми они были вызваны, о связи и последовательности их появления, не сообщается никаких сведений.

Подобным же образом приводятся болезнеродные свойства других лекарств как у Ганемана, так и у многих из его учеников. Эти списки симптомов способны привести всякого начинающего в замешательство и отчаяние. Но постараемся расследовать, какие могли быть у Ганемана и его учеников побудительные причины представлять болезнеродные действия лекарств в таком виде, и тогда, быть может, мы убедимся в рациональности принятой формы.

Очевидно, что гомеопатическое правило "лечи подобное подобным" может быть применяемо двояким способом. Один можно назвать априорным, а другой апостериорным. Первый способ состоит в том, что мы выводим из патогенетического действия какого-либо вещества в каких болезненных состояниях оно должно оказаться целебным. По второму способу начинают с болезней, а не с лекарств, т. е., освидетельствовав предварительно больного, мы обращаемся к патогенетическим отчетам, чтобы узнать, какое средство производило подобные симптомы у здоровых.

По-моему, "Органон" Ганемана бесспорно доказывает, что он признавал последний способ лучшим. Он нигде не выражает желания, чтобы врач-гомеопат изучал лекарства до их применения на практике. Осмотрев больного, мы должны отыскать в патогенетических отчетах наиболее подобное средство — simillimum. Вот почему болезнеродные свойства веществ расположены у него в виде схемы бессвязных симптомов. Если для лечения болезненного случая необходимо записывать его явления в анатомическом порядке и затем находить какое лекарство производило все эти явления или большинство их, или наиболее характеристичные из них, то принятая форма вполне целесообразна. Хотя мы не можем составить априорное понятие о лекарстве или находить в его действиях верные картины болезней, при таком способе применения гомеопатического правила это не имеет значения.

Не подлежит сомнению, что описанная форма расположения болезнеродных действий лекарств имеет свой пользу. Мы встречаем такое множество болезненных состояний, известных нам только как совокупность явлений, что лечить их нет иного способа, как только сличая их с патогенетическими отчетами и применяя симптомы лекарств к симптомам болезни. Для этой цели патогенез лекарства должен быть расположен в форме схемы, и останется только улучшить его расположение. Но если бы гомеопатия состояла только в этом, то должность лектора фармакологии не имела бы никакого значения. Требовалось бы только знать, где находится патогенез, и упражнять одну только память, да и ту можно заменять указателями, называемыми нами реперториями.

Сам факт, что я читаю этот курс лекций в Лондонской школе гомеопатии, показывает, что по мнению руководителей этой школы, предварительное знание лекарств необходимо и желательно. Даже для того, чтобы пользоваться фармакологией по способу а posteriori, очень полезно иметь возможно полные сведения о значении различных симптомов, быть знакомым с общей сферой действия и характером лекарств. Одним механическим применением лекарств по симптомам желаемая цель может часто оставаться недостигнутой. Для вас весьма важно быть подготовленными для априорного приложения гомеопатии, и выступать во всеоружии, не отягощенными всякими справочными книгами. С этой-то целью я предпринимаю настоящие лекции. Посмотрим теперь, какими я могу пользоваться пособиями при выполнении моей задачи.

Во-первых, почти при всех новых исследованиях, произведенных после смерти Ганемана, принято за правило отмечать ежедневные испытания и не довольствоваться одной схемой результатов. Эти отчеты драгоценны как для освещения отдельных симптомов, так и для определения болезненных состояний, которым уподобляются действия лекарственных веществ. В испытаниях Ганемана и его непосредственных последователей мы не встречаем таких указаний, по крайней мере относительно их личных симптомов. Симптомы же, цитируемые ими из авторов, могут быть в большинстве случаев проверены по оригиналам и оцениваемы по достоинству. Относительно некоторых лекарств это сделано д-рами Роч (Roth), Лангейнз (Langeinz) и другими, а я закончил этот труд для ганемановой серии. Мои результаты помещены в Энциклопедии Аллена и в новом переводе Reine Arzneimittellehre Ганемана.

Во-вторых, мы можем пользоваться фактами, приводимыми в обыкновенных руководствах по токсикологии и фармакологии. Они недостаточно полны и подробны для применения закона подобия, тем не менее в известной мере они могут служить важным пособием. Знать, что такой-то яд принадлежит к наркотическим средствам, наркотико-раздражающим или раздражающим, правда, составляет лишь смутное сведение, но оно может оказаться полезным, указывая на относительную важность различных симптомов, а также на разряд болезней, которым соответствует данное вещество. Открытия патологической анатомии расширяют эти познания, определяя органы и ткани, на которые действует известный яд, и характеризуя это влияние в общих чертах. Принятые в руководствах по терапии классификации лекарств с подразделением их на проносные, мочегонные, мокротогонные и т. п., помогают нам локализировать сферу влияния каждого средства, а внимание, обращаемое ныне в этих сочинениях на физиологическое действие лекарств, оказывает нам значительную услугу.

Указания на лучшие из этих руководств могут показаться почти неуместными. Книга Кристисона, первое издание сочинения Тейлора "О ядах", и токсикология Орфилы устраняют нужду в позднейших сочинениях по этой части. Из прежних руководств по фармакологии прекрасными образцами служат фармакологии англичанина Перейры, французов Труссо и Пиду и американца Вуда. Новейшие книги Филипса1, Рингера2 и младшего Вуда3 совсем иного характера. Первая представляет скорее отчет о том, чему автор научился в течении двадцати лет, когда он практиковал гомеопатию, а не результат его наблюдений с тех пор, как он стал практиковать ее тайно. Книга Рингера, при первом ее появлении, представляла соединение традиционных употреблений лекарств со сведениями, добытыми им в школе Ганемана. Эти последние факты (приведенные без всякой ссылки на источник) дали свежий материал практикантам старой системы, и книга приобрела быструю популярность. В последующих изданиях составитель упоминает откровеннее о своих авторитетах и сам приводит немало свежих испытаний на человеческом организме, расширяя вместе с тем терапевтическую сферу некоторых лекарств, которые он употреблял на основании закона подобия. Поэтому седьмое издание его сочинения, которое я буду здесь цитировать, составляет весьма важный труд. "Терапия" д-ра Горация Вуда полезна в другом отношении. Будучи сам трудолюбивым деятелем в физиологической лаборатории, он постоянно следил за всем, что делается по этой части. Он сообщает полный перечень всех произведенных испытаний над лекарствами. Его сочинение настолько же необходимо нам для ознакомления с современной патогенетикой старой школы, как руководство д-ра Рингера для ознакомления с господствующей терапией, и нередко бросает свет на нашу фармакологию. Кроме этих сочинений, я могу одобрительно отозваться о пространном труде д-ра Стиле (Stille)4 и о позднейшем американском сочинении д-ра Бартоло (Bartholow)5.

В-третьих, существенную услугу при изучении фармакологии оказывает нам клинический опыт, то, что мы привыкли называть usus in morbis. Обширные наблюдения утверждают характер лекарств, указывая, на какие части тела они действуют и в каких расстройствах они проявляют целебную силу. Они бросают свет на болезнетворные свойства лекарств, выставляя их характеристичные черты и основные явления. По патогенетическим отчетам каждое лекарство, по-видимому, способно влиять на все органы и отправления тела; употребление же лекарств в болезнях показывает нам, какие части тела подлежат их первичному влиянию и какие действия их нужно признавать лишь второстепенными и сочувственными.

В нашей периодической литературе накопилась большая масса клинических опытов. От времени до времени появлялись сборники этих наблюдений, каковы Рюкерта на немецком языке и Бовэ (Baeuvais — псевдоним Roth’a) на французском. На первых порах я не могу рекомендовать ничего лучшего, как Applied Homoeopathy уважаемого основателя этой школы д-ра Бейса (Bayes) и Hints for the Practical Study of the Homoeopathic Method д-ра Чепмеля (Chepmell); обе книги находятся в нашей библиотеке. Первый автор сообщает свой собственный опыт над нашими главнейшими средствами, а второй излагает ряд типических наблюдений, неизгладимо запечатлевая в памяти характерные черты лекарств. Впрочем, для нас полезны не только опыты гомеопатов, но и всякое излечение одним лекарством, подобное тем, которые мы находим в журнале Франка6. Д-р Тест в своем сочинении Systématisation pratique de lа matière médicale homoeopathique (1853), переведенном и на английский язык, приводит из старинных авторов много примеров, освещающих специальные свойства наших лекарств.

Теперь я объяснил вам, с какой точки зрения я буду рассматривать патогенетические явления. Моя главная цель будет состоять в том, чтобы выставлять сферу действия каждого вещества. Всякое лекарство, будь оно даже одним из полихрестов, которые, по-видимому, обнимают весь организм, имеет один или два центра действия. Эти центры мы узнаём иногда из патогенеза, а иногда из клинических наблюдений; они содействуют в высшей степени уразумению и запоминанию лекарства. Определив по возможности такие центры, я буду группировать около них другие свойства лекарств, а затем, в случае надобности, я рассмотрю остальные их действия.

Кроме сферы, я постараюсь показать род действия каждого лекарства. Случается, что несколько лекарств действуют на один и тот же орган, на одну и ту же ткань, влияют на одно и то же физиологическое отправление, вызывают тот же патологический процесс, тем не менее в них можно обыкновенно открыть специальный образ действия, отличающий одно средство от другого и придающий каждому свой индивидуальный характер. Такая специальность может иногда быть рационально объяснена, но большей частью проявляется в известных симптоматических явлениях, которые не подлежат объяснению и должны быть только приняты к сведению. Сюда относятся так называемые характеристичные симптомы, которые в последнее время стали играть такую значительную роль в гомеопатической практике, особенно у американцев. Главный приверженец их д-р Гернси (Guernsey) в Филадельфии, который сообщил прекрасную статью о значении таких симптомов в третьем томе журнала Hahnemann Monthly. Он доказывает, что они не могут служить заменой совокупности симптомов, требуемой Ганеманом при сличении действия лекарства с болезнью, но дают указания для выбора средства, уже содержащего в себе совокупность, или для определения наиболее подходящего из нескольких подобно-действующих средств. Эти характеристичные особенности можно сравнить с особыми приметами, отличающими одного человека от другого. Мы не должны пренебрегать этими симптомами, хотя бы они и казались нам тривиальными. Так, например, с первого взгляда может показаться странным, что цина прилична при маточном кровотечении, сопровождаемом ковырянием в носу, но когда мы вспомним, что этот симптом иногда зависит от присутствия глистов в кишках, то это показание для означенного средства становится ясным.

Наш метод будет состоять в следующем: определив сущность разбираемого средства, я буду обращать вас к авторитетам, указывая на первоначальные испытания и существующие источники, затем я буду описывать патогенетические свойства и объяснять терапевтическое употребление данного средства. Вместе с тем я буду приводить сродные лекарства, с которыми можно сравнивать изучаемое средство. Наконец, я буду касаться вопроса о дозе, упоминая лишь о том, оказались ли наиболее целебными низшие или высшие деления средства. Вопрос об относительном превосходстве тех или других еще спорный, и я считаю неуместным решать его. Тем не менее достоверно, что некоторые средства принадлежат почти исключительно партизанам бесконечно малых доз, а другие находятся в особенной милости у тех, которые предпочитают более материальные приемы. На эти факты я буду указывать, так как они служат данными для будущих обобщений, а пока приносят известную долю практической пользы.

Вы пожелаете узнать, есть ли в гомеопатической литературе книги, которые вы могли бы с пользой изучать в связи с настоящим курсом. В этом отношении у нас пользуются известностью два сочинения: Traité méthodique et pratique de mаtièrе médicale et de thérapeutique д-ра Эспане (Espanet), Париж (1861), и New and Comprehensive System of Materia Medica and Therapeutics неутомимого сотоварища нашего, американца д-ра Гемпеля (2-е изд., 1865). Первая книга представляет блестящее сочинение, но в ней слишком много гипотез. Вторая содержит в себе обильные сведения, но местами слишком растянута, а с другой стороны, требует пополнения некоторых недостатков. Недавно вышедшие в свет "Лекции о фармакологии" покойного Кэррола Данхема (Caroll Dunham) не нуждаются в рекомендации с моей стороны. Затем, существует более скромный труд, но которым я не могу не интересоваться, потому что это мое сочинение — Manual of Pharmacodynamics. Третье издание этой книги, заключающее в себе лекции, читанные мной в нашей больнице в 1875–1876 гг., послужит основанием для настоящего курса, с такими, конечно, добавлениями и изменениями, которых требует ход науки.

Я должен здесь заявить, что мои лекции отнюдь не заменят самой фармакологии, а только послужат введением к ней, а затем ее руководителем и спутником. Приводимые в фармакологии подробные патогенетические свойства лекарств получат у меня форму описательного очерка, анализа и, где возможно, физиологического описания, но руда, где лежит самое сокровище, хотя бы и в грубом виде, это сама фармакология. Указать на жилу, где можно эксплуатировать каждый минерал, оценивать его значение, выставлять добытые из него продукты, и в особенности такие, которые пошли в дело, — вот в чем будет состоят моя задача. Если кто не пожелает обрабатывать самую руду, то он может довольствоваться и теми сведениями, которые будут мной сообщены, но я надеюсь возбудить в вас любовь к самостоятельным изысканиям.

Какой наилучший способ изучать фармакологию, т. е. каталоги патогенетических симптомов, вопрос весьма важный. Я советую вам прочитать три превосходные статьи по этому предмету. Первая написана д-ром Константином Герингом во втором томе British Journal of Homoeopathy, вторая — д-ром Данхемом в его сочинении Homoeopathy the Science of Therapeutics, впервые появившейся в 1863 г., а третья составлена д-ром Мадденом и была прочитана на нашем конгрессе в 1870 г., и напечатана в Monthly Homoeopathic Review в том же году. В первой статье рекомендуется простое сличение симптомов, во второй — физиологический анализ, а в третьей — патологическое отношение. Д-р Геринг советует ознакомиться с лекарствами так, чтобы знать их, как лесник знает каждое дерево в его регионе. Д-р Данхем вникает в их сокровенную сущность, а д-р Мадден группирует их вокруг болезненных состояний так, чтобы окончательным результатом изучения патологических явлений было знание полного действия каждого лекарства. Все три метода имеют свои достоинства. Первые два соответствуют более начинающим, а последний практикующим. В связи с этими лекциями быть может лучше всего следовать сравнительному методу д-ра Геринга, тогда как я сам буду держаться способа, рекомендуемого д-ром Данхемом.

В заключение несколько слов о гомеопатической фармацевтике.

Я не намерен входить в подробности, а хочу только показать вам, чтó именно дается под таким-то разведением растительного или минерального вещества. У нас теперь имеется прекрасная фармакопея7, и к ней вы можете обратиться за дальнейшими сведениями по этой части.

Цель гомеопатической фармации — приготовлять каждое вещество так, чтобы сохранять все его силы в удобной форме для приема лекарства. Из растительных веществ лекарство приготовляется следующим образом: выжимается сок всего растения, если оно свежее, и смешивается с алкоголем, в котором оно предварительно смачивалось в продолжении нескольких часов; полученное таким способом лекарство называется эссенцией. Если растение можно добыть только в сухом виде, то из него приготовляется тинктура посредством настаивания, так, чтобы в ней содержалось лекарственного вещества в пропорции около одной части в десяти частях спирта. Это крепкая, или цельная, тинктура, которая так же, как и эссенция, обыкновенно обозначается греческой буквой θ или φ. Из нее приготовляются разведения. Для 1-го разведения берут одну часть цельной тинктуры или эссенции на девять частей алкоголя; для 2-го разведения смешивают одну часть первого с девятью частями алкоголя, и т. д. до шестого. Это так называемая децимальная (десятичная) система.

При лечении болезней чаще употребляются лекарства, приготовленные по сотенной системе, при которой берется одна часть лекарственного вещества на 99 частей спирта.

Сравнивая десятичные и сотенные разведения между собой, можно видеть, что 2, 4 и 6 десятичные разведения соответствуют 1, 2 и 3 сотенным разведениям.

Сотенная пропорция была употребляема в гомеопатии первоначально, и ей нужно отдать преимущество и теперь. Таким образом, когда я буду в этих лекциях говорить о каком-нибудь разведении, то нужно подразумевать сотенную пропорцию; десятичная же будет мной специально упоминаема. Эта последняя система полезна тем, что дает нам разведения промежуточные между θ и 1-м, и между 1-м и 2-м сотенными делениями. После 3-го десятичного такие промежуточные деления не требуются, и последующие разведения можно всегда продолжать по сотенной системе.

Минеральные вещества, употребляемые в нашей практике, приготовляются различно, смотря по тому, растворимы они или нет. В первом случае они растворяются в воде, как и минеральные кислоты. Металлы же и нерастворимые соли приготовляются по способу Ганемана растиранием, причем первые шесть растираний приготовляются по десятичной системе, т. е. для первого деления растирается один гран лекарственного вещества с девятью гранами молочного сахара; один гран первого растирания с девятью гранами молочного сахара образует 2-е, и т. д. до 6-го. После 6-го децимального дальнейшее деление продолжают растворами по сотенной пропорции. Гран 3-го растирания растворяется в 50 каплях воды, и к ним прибавляется 50 капель алкоголя. Капля этого четвертого разведения смешивается с 99 каплями алкоголя, образуя пятое разведение, и т. д. Д-р Мадден уже давно советовал приготовлять все деления нерастворимых веществ растиранием, и это ныне практикуется в довольно обширных размерах.

Ганеман, пораженный замечательным развитием врачебных сил от этого процесса растирания, причем даже инертные тела, каковы металлы, приобретают активные болезнетворные и целебные свойства, стал применять его к приготовлению растительных веществ, как, например, ликоподия и древесного угля, доводя их до высокой степени силы как лекарства. Процесс растирания употребляется также для таких продуктов как коралл и губка, а равно для таких сухих растений, как ипекакуана и нукс вомика.

Употребляемые в гомеопатической практике маленькие крупинки и пилюли (мелкие шарики, приготовленные из молочного сахара) смачиваются соответствующим раствором лекарства. Крупинки введены Ганеманом с целью уменьшить количество даваемого лекарства, а пилюли употребляются ради удобства. Наиболее же употребительные формы лекарств — растворы и растирания, или порошки, и, по моему мнению, они далеко предпочтительнее всяких других. Впрочем, крупинки удобнее для детей.


1  Materia Medica and Therapeutics. Vegetable Kingdom. By Charles D. J. Phillips, 1874.
2  A. Handbook of Therapeutics. By Sidney Ringer, M. D., 7th. Edition, 1879.
3  A Treatise on Therapeutics. By H. C. Wood, Junr. M. D. 3rd. Edition, 1879.
4  Therapeutic and Materia Medica. Bу Alfred Stilld M. D., 4th. Edition, 1874.
5  Practiced Treatise оf Materia Medica and Therapeutic. By Robert Bartholow, 1877.
6  Magazin für physiol. und klinisch. Arzneim. und Toxikol. 4 тома. Лейпциг, 1845–1855 гг.
7  British Homoeopathic Pharmacopoeia, published by the British Homoeopathic Society, 1870. 2nd edition, 1876.

предисловие  Предисловие    Содержание    Лекция II  Лекция II