Д-р Ричард Юз (Англия)

Ричард Юз

Руководство к лечению болезней по способу Ганемана

Санкт-Петербург, 1900

Перевод со 2-го англ. изд. д-ра мед. Владимира фон Дитмана под ред. д-ра мед. Льва Бразоля

ПИСЬМО XXXI
Болезни органов дыхания.
Легкие, подреберная плева, грудобрюшная преграда и грудные стенки

В настоящем письме я должен прежде всего говорить о лечении более тяжелых легочных болезней легких, туберкулеза, сифилиса и рака легких.

Чахотка, phtisis pulmonalis

Я не намерен вступать здесь в полемику, которая теперь ведется относительно патологии бугорка и отношения к нему легочной чахотки. Единственно, что важно в ней для терапии, это то, что взгляды Niemeyer’a и его единомышленников, по-видимому, согласны с теми воззрениями, которые уже давно установлены клиническим опытом, а именно, что существуют две различных формы этой болезни. Каково бы ни было их патологическое единство, но их история, предсказание и течение под влиянием лекарств весьма различны. Тип одной формы это то, что теперь называется острым милиарным туберкулезом, который для легких то же самое, что острая головная водянка для мозга, и подобно последней почти всегда имеет смертельный исход. Когда он встречается в хронической форме, то характеризуется скрытным течением, упадком сил, исхуданием, одышкой и лихорадкой, несоразмерно высокой сравнительно с физическими признаками, и имеет почти наверное такой же исход. С другой стороны, мы нередко видим случаи, которые ведут свое начало от одного или нескольких приступов воспаления, где очевидны признаки хронической пневмонии, которой соответствуют общие симптомы и лихорадка. Тут при благоприятных условиях лечение может сделать многое, и исцеление наблюдается нередко. Называть эту форму пневмонической чахоткой, а первую легочным туберкулезом, во всяком случае, полезно для клинических целей, и я без всякой предвзятости к единству болезней позволю себе так сделать. Обе формы, по моему мнению, развиваются на почве золотушного худосочия.

Теперь, переходя к терапии чахотки, я желаю выразить искреннее и беспристрастное свидетельство успехам, достигнутым старой медицинской школой в лечении этой болезни. Несомненно, что при чахотке смертность стала меньше и продолжительность жизни больше, чем это было тридцать лет тому назад, и это настоящее торжество научного исследования. Единодушное согласие всех новейших ученых относительно принципов лечения чахотки достойно удивления, и оно само по себе говорит в пользу самого метода с чрезвычайной убедительностью.

При рассмотрении же этого метода мы находим, что он зиждется всецело на режиме и диете, так как железо и тресковый жир — единственные применяемые лекарства, относятся к последней. И этим иллюстрируется положение, на котором настаивает д-р Madden1, а именно, что новые успехи старой школы сделаны на общей для нас почве гигиены и не имеют никакого отношения к употреблению лекарств. Мы можем их с благодарностью признать и принять, между тем как в собственной нашей области специфического лечения мы, к сожалению, остаемся одиноки. Но мы надеемся, что настанет время, когда предрассудки не будут составлять препятствия к соглашению между собой всех искренних искателей истины.

Поэтому необходимо твердо усвоить себе факт, что в основе нашего лечения чахотки у нас так же, как и других, будет гигиена. Мы будем кормить нашего пациента хорошо и разумно, он будет постоянно дышать свежим воздухом и иметь достаточно телесных упражнений, мы выберем для него, если возможно, подходящий климат, дадим ему рыбий жир и даже, может быть, железистую пищу, за исключением редких случаев быстротечной чахотки. Но гомеопатия дает Вам возможность сделать больше этого. Она дает Вам возможность сдерживать легочное воспаление без ослабления организма больного. Она дает Вам средства от кашля, не расстраивающие желудка, видоизменяющие, свободные от ядовитости меркуриальных препаратов, и лекарства против поноса, не производящие запора. Она имеет даже лекарства, весьма действительные, чтобы противодействовать самому туберкулезному процессу. Итак, позвольте мне изложить Вам все, что я знаю относительно лекарств, полезных при чахотке.

1. Прежде всего мы коснемся предварительных симптомов так называемого "дотуберкулезного" периода. Новейшие исследования, как говорит д-р Aitken, "допускают мало сомнения, что при золотушных заболеваниях плохое телосложение, в связи с развитием бугоркового вещества, устанавливается, в первую очередь, через пищеварительные процессы, как впервые описано покойным д-ром Tweedy Todd’oм под именем золотушной диспепсии (dyspepsia strumosa), которая впоследствии была так подробно изучена сэром James Clark’ом, Веrnett’ ом, Hutchinson’ом и другими". Характерные черты этой диспепсии — отвращение к жирам и трудность их усвоения, "желчность", изжога, вздутие от газов и больше всего кислая отрыжка после приема пищи. Для такой диспепсии, равно как и для золотушного худосочия, лежащего в основе ее, мы имеем весьма обещающее средство в Calcarea сarbonica (как я показал в моих лекциях), и на него я советую Вам полагаться, если неспособность к употреблению жирной пищи выражается в вышеописанных симптомах, и питание пациента в других отношениях удовлетворительно. Pulsatilla также может быть полезна. Бывают, однако, случаи, в которых затруднение, по-видимому, лежит не столько в переваривании, сколько в усваивании жиров, что указывало бы на расстройство в поджелудочной железе, а может быть, и в брыжеечных железах. Я подразумеваю такие случаи, где исхудание бывает первейшим признаком какого-то нездоровья. Здесь именно Iodium начинает играть ту важную роль, которая ему принадлежит между противочахоточными лекарствами. Он дает возможность, как говорит д-р Nankivell2, принимать молоко и тресковый жир c удовольствием и пользой. Употребляя одно из этих лекарств вместе с подходящей диетой и гигиеной, контролируя преуспевание Вашего пациента скорее его весом и температурой, нежели выслушиванием его груди, и обращая больше внимания на состояние его лимфообразовательных органов, чем на легкие, Вы можете много сделать, чтобы предотвратить угрожающую чахотку.

2. Теперь я прослежу те случаи, которые я назвал настоящими туберкулезными. Самая серьезная форма, которую они могут принимать, это острый милиарный туберкулез по современной номенклатуре. Можем ли мы надеяться предотвратить обычный здесь смертельный исход, я не могу сказать. Д-р Pope упоминает об одном случае, по всем вероятиям подобного рода, в котором Arsenicum и Calcarea, назначенные попеременно, произвели необыкновенно скорую и неожиданную перемену в состоянии больного, имевшую в результате его полное выздоровление. Я сам имел другой случай, в котором физические признаки указывали лишь на рассеянный бронхиальный катар, но в котором частый пульс, высокая температура, обильные поты и исхудание с огромной вероятностью указывали на существование острой бугорчатки. Тут, когда Phosphorus оказался недействительным, Iodium в третьем десятичном делении произвел быструю перемену в состоянии больной (это была девочка), и привел к полному восстановлению ее здоровья.

Когда к нам приходит больной с признаками уже существующего отложения бугорков в легких, принадлежащий к чахоточному семейству, страдающий слабостью сил, исхуданием и одышкой, я боюсь, что мы мало можем сделать, чтобы остановить ход болезни. Вы, конечно, примените весь противочахоточный режим и особенно действие горного воздуха, если это возможно. Если в таких случаях можно помочь лекарством, то это будет Sulfur. Он особенно полезен, когда пациент или родители его вообще болезненны, имея то, что Ганеман называл псорической конституцией, которая обнаруживается в накожных сыпях. Надо давать его (как рекомендует д-р Jousset) в высших делениях и не слишком часто. Иногда, сверх того, можно улучшать конституционные симптомы посредством Iodium, даваемого таким же образом. Если же в таком случае уже началось размягчение, то тут придется применить лечение, которое я буду рекомендовать в другой разновидности болезни, но оно только паллиативное.

3. Когда чахоточный пациент имеет ясную историю воспаления дыхательных органов, которым началась его болезнь, и общие симптомы довольно пропорциональны местным изменениям, то мы можем лечить его с большой надеждой на успех. Здесь также болезнь может являться в острой или хронической форме. Первая известна под именем скоротечной чахотки. В одном из таких случаев у взрослого человека я успел остановить болезнь, давая Arsenicum 3 и Phosphorus 2 попеременно через день, и на эти лекарства я готов полагаться за исключением тех случаев, в которых наш покойный товарищ Clotar Müller так справедливо рекомендовал Ferrum 3. Частое кровохаркание есть важнейшее показание для него, и где этот симптом существует, я давал бы его вместо Arsenicum.

В хронической форме пневмонической чахотки Arsenicum и Phosphorus также остаются нашими главными лекарствами, первое — для продолжительного употребления, последнее — против промежуточных приступов воспаления. Д-р Nankivell, место жительства которого, Bournemouth, дает ему широкую возможность наблюдать многочисленные случаи чахотки, имеет высокое мнение о действии Arsenicum в форме Arsenicum iodatum (от 2-го до 6-го десятичного растирания), и он сообщил несколько превосходных примеров его действительности4. В моей лекции об Arsenicum я упоминал о репутации, приобретаемой им в старой школе как противочахоточное средство, и показал гомеопатичность его, по крайней мере, к существующему общему состоянию. Присутствие йода в этом соединении, вероятно, имеет свое значение, и от самого йода часто получаются прекрасные результаты в этой болезни. Быстрое исхудание и явственная изнурительная лихорадка здесь, как и вообще, — главные показания для него. Я предпочитаю здесь (как и Bähr) низшие десятичные деления. Единственный соперник Arsenicum, Iodium и Phosphorus в этой форме болезни — Lycopodium. Он подходит к случаям более хронического и пассивного характера и, я думаю, особенно полезен, когда чахотка поражает молодых людей. Для таких больных сверх того может опять подходить Calcarea, и д-р Nankivell отдает предпочтение Calcarea phosphorica (которую весьма рекомендует д-р Verdi в Вашингтоне), Calcarea iodata и Calcarea arsenicosa перед Calcarea сarbonica. Д-р Martiny из Брюсселя, имеющий пристрастие к систематическому чередованию лекарств, применяет как главные противочахоточные лекарства Arsenicum iodatum и Calcarea phosphorica, назначаемый им попеременно в течение одной недели то одно, то другое. Он сообщает очень хорошие результаты, которые подтверждает и д-р Jousset. Употреблялись средние деления.

До сих пор я говорил о лечении, посредством которого возможно иногда достигнуть исцеления. Однако слишком часто лечение легочной чахотки может быть только паллиативным, и Вам важно знать, что мы можем делать, чтобы умерять симптомы и прекращать случайности болезни.

а) Чахоточная лихорадка в начале болезни редко потребует особого лекарства. Другое дело, когда размягчение уже наступило, и с появлением гнойной мокроты лихорадка принимает изнурительный характер. Я привык предписывать таким больным China, но хотя она и поддерживает их, я не могу сказать, чтобы это средство обнаруживало какие-либо замечательные противолихорадочные свойства. Д-р Mitchell в Чикаго недавно обратил наше внимание на ценность Baptisia в таких случаях. Он говорит, что видел от нее "понижение пульса со 120–130 до 80–70 ударов, изменение крутой температурной кривой на сравнительно более пологую", и вместе с тем "обильная гнойная мокрота уменьшалась до почти ничтожного выделения, и кашель почти совершенно исчезал". Если Baptisia может все это сделать, то она окажет большую помощь нашим чахоточным больным.

б) Кашель бывает одним из самых ранних, самых постоянных и самых мучительных симптомов чахотки. Когда уже наступило размягчение, кашель представляет неизбежное усилие, требуемое для выхаркивания мокроты, и может быть облегчен только уменьшением количества ее. Это иногда может быть достигнуто, как мы видели, посредством Baptisia. Если же лихорадка, показующая это лекарство, недостаточно сильна, чтобы требовать его, то мы часто можем получить хорошие результаты от Stannum, несколько реже от Kali саrbonicum. В более ранних стадиях чахотки кашель, если он чрезмерен, указывает либо на необыкновенное распространение процесса на дыхательные пути, либо на усиление рефлекторной раздражительности. В первом случае, я думаю, мы извлечем наибольшую пользу от Phosphorus, в последнем можно иметь в виду различные лекарства — Ipecacuanha, Lobelia, Lachesis, Crotalus и Corallium rubrum, но самое важное — Drosera. Главные показания для него — щекотание в гортани и рвота пищей при кашле, и когда эти симптомы налицо, то д-р Jousset утверждает, что мы почти во всех случаях будем в состоянии облегчить или устранить кашель. Возможное отношение Drosera к самому туберкулезному отложению (о чем я уже упоминал) подкрепляет здесь показание для нее, хотя я еще не могу с уверенностью рекомендовать ее как фундаментальное средство в этой болезни.

в) Из пищеварительных расстройств при чахотке я должен указать на два: рвоту и понос. Рвота, когда она находится в связи с кашлем, будет обыкновенно уступать Drosera, в помощь которой можно в случае необходимости прибавить Ipecacuanha. Когда же она является независимо от кашля, то она обыкновенно будет уступать Kreosotum, который (по мнению д-ра Hilbers’a) также имеет поддерживающее и укрепляющее влияние на общее состояние чахоточных. Что касается поноса в чахотке, то по моему опыту, Arsenicum (в 3-м десятичном растирании) часто будет останавливать его, но если это средство не поможет, то не поможет и никакое другое (? — Ред.). Частая зависимость этого симптома от туберкулезного изъязвления в кишках объясняет его упорство.

г) Гортанные симптомы, встречаемые в течение чахотки, часто бывают только катаральные, и в этом случае они уступят Spongia. О туберкулезном воспалении гортани я уже говорил в главе об этой болезни.

д) Поты, часто изнурительные, представляют важную причину слабости чахоточных больных. Когда они бывают только ночью и составляют лишь одну стадию изнурительной лихорадки пациента, то их можно значительно уменьшить посредством Iodium. Позже пот появляется каждый раз, когда больной засыпает, и просто свидетельствует о большой слабости его. Stannum, который Вы, быть может, дадите вследствие обильного отхаркивания мокроты, будет часто помогать и в этом отношении, но обыкновенно больше всего оказывает действие Acidum phosphoricum, который вообще будет благодетелен для Вашего пациента вследствие многочисленных потерь, которые в это время истощают силы больных. Не следует забывать и Jaborandi, а если бы гомеопатия осталась безуспешна, то мы имеем еще в точности антипатическое средство, которое иногда имеет паллиативный успех, — это Atropinum.

В лечении чахотки, казалось, была открыта новая глава, когда Кох предложил свой туберкулин. Нет надобности говорить, что история окончилась неудачей и разочарованием. Тем не менее опыт некоторых из наших французских и бельгийских товарищей, по-видимому, показывает, что коховское средство, приготовленное по методу гомеопатических разведений и назначаемое внутрь, может занять свое особенное место в терапии чахотки. В самом деле, наш товарищ д-р Burnett еще раньше Коха в течение нескольких лет употреблял туберкулезный яд, несколько иначе приготовленный, назначая его в разведениях от 30-го вверх, и сообщает немало успешных случаев5, причем приемы его, разумеется, не имеют вредного действия коховского препарата.

Вот все, что я могу вам сказать о гомеопатическом лечении чахотки.

Сифилис легких

встречается в двух формах. Он может проявляться в виде хронического раздражения бронхов вместе с общими симптомами чахотки, как сопровождение вторичных кожных сифилидов, или в виде образования гуммозных узелков, которые иногда подвергаются размягчению как туберкулы (сифилитическая чахотка). В первой разновидности йодистые соединения ртути, вероятно, могут оказаться целительными, в последней я не могу предложить какое-либо улучшение, кроме обычного употребления Kali iodatum.

Рак легких

должен быть назван здесь ради полноты. Но я не могу дать никаких указаний или советов относительно лечения его. В единственном случае, который я видел, Hamamelis остановил кровохаркание, и это было все, что я мог сделать.

Чтобы покончить с болезнями дыхательных органов, мы должны рассмотреть еще болезни плевры, диафрагмы и грудных стенок.

Воcпаление подреберной плевы, pleuritis

Гомеопатическое лечение плеврита так же хорошо установлено, как и лечение пневмонии. Средства, указанные д-ром Wurmb’oм 35 лет тому назад (я говорю о его превосходной монографии по этой болезни, переведенной из XII тома Hygea в I томе British Journal), до сих пор остаются те же самые, на которые мы почти все полагаемся до сегодняшнего дня. Кроме того, мы имеем уверенность в нашем умении бороться с плевритическим воспалением без героических средств — уверенность, которой, по-видимому, не существует в настоящее время в старой школе. Fraentzel, автор статьи об этом предмете в "Энциклопедии Димсена", высказавши свое личное мнение о "бесконечном вреде", произведенном выжидательным методом лечения в плеврите, советует возвратиться к опыту наших предшественников, а именно "к строго противовоспалительному лечению в связи со средствами, способствующими всасыванию", а в случае безуспешности этих мер приступать к проколу грудной клетки. С другой стороны, Behier и Peter сообщают, что смертность в среде заболевающих плевритом в парижских госпиталях в течение последних шести лет удвоилась, так что новейшие французские воззрения на эту болезнь, по-видимому, не приводят к особенно благоприятным результатам!

В простом остром плеврите, происшедшем вследствие простуды у вообще здорового субъекта и сопровождающемся явной лихорадкой, по всеобщему признанию достаточно одного Aconitum. Плевра — одна из немногих частей тела, для которых Aconitum является специфическим раздражителем и потому он может исцелить всю болезнь. Когда состояние больного таково, что показуется это средство, то Aconitum может излечить очень скоро и посредством самых минимальных доз; "Все страдание, — как говорит Jahr, — иногда устраняется как бы по мановению волшебного жезла в течение 24 или 48 часов при употреблении каждые 2 или 3 часа Aconitum 30". Как прекрасный пример действия его, я укажу Вам на случай, сообщенный д-ром Науlе’ем на нашем Бристольском конгрессе6. Этот случай, по-видимому, относится к тому времени ("много лет тому назад", по его словам), когда еще не существовало ни термометрии, ни физикальной диагностики, но по моему мнению, не может быть сомнения, что это был начинающейся плеврит, прерванный посредством Aconitum 30.

Но Вы, вероятно, согласитесь со мной, что такой типический плеврит встречается редко. Не говоря уже здесь о появлении его в виде вторичного поражения, плеврит обыкновенно начинается более скрытым образом, без ясного озноба и с ранним образованием фибрино-серозного выпота. Поэтому наше важнейшее антиплевритическое средство для этой разновидности болезни — Bryonia. Вы вспомните мои цитаты из Trinks’a о действии этого лекарства во всех серозных воспалениях7. Возьмите затем во внимание отчеты Леопольдштадтской больницы, в которых из года в год Bryonia стоит во главе всех лекарств против плеврита, и Вы увидите, что почти неизменное употребление этого средства в рассматриваемой мной форме этой болезни и в этом периоде ее находит себе достаточное основание. Советуют также давать Bryonia вслед за Aconitum, когда это последнее лекарство не успело остановить развитие болезни, и я сам обыкновенно полагаюсь на это средство в ограниченном пластическом плеврите, который встречается нередко и, не будучи распознан, легко ведет к весьма неприятным сращениям.

Д-р Jousset (сколько я знаю) — единственный терапевт, не возлагающий доверия на Bryonia при плеврите. Как только произошел выпот, он вместо Bryonia дает Cantharis, который он считает главным антиплевритическим средством и приводит убедительные примеры его действительности8. Он также указывает на некоторые позднейшие опыты над животными, где это средство вызывало у них в плевре настоящее серозно-гнойное излияние. Д-р Dudgeon находит Cantharis полезным также и в столь часто встречаемом ограниченном пластическом плеврите. Jousset допускает, что это средство иногда бывает безуспешно (в одном случае его с успехом заменил Apis), но как общее правило он советует настойчивое употребление Cantharis, напоминая, что перемены при плеврите происходят постепенно.

Другие лекарства могут понадобиться смотря по особенным чертам индивидуальных случаев. Если выпот преимущественно пластический и медленно исчезает, то Sulfur отлично может способствовать всасыванию его. Еще позднее от начала первичного заболевания Wurmb весьма сильно рекомендует Hepar sulfuis для удаления залежалых отложений лимфы, и Вы можете прочесть поучительный случай этого рода в 18-м томе British Journal of Homoeopathy. Он же горячо хвалит Arsenicum, когда серозный плевритический экссудат развивается необычайно быстро или в большом количестве. "Arsenicum, — говорит он, — особенно показан в серозном плеврите, и наше доверие к нему так велико, что мы совсем отчаиваемся в возможности исцеления случаев серозного плеврита, в которых Arsenicum не произвел никакой благоприятной перемены, как, например, в не поддающемся искусству геморрагическом излиянии. Первое хорошее действие лекарства обнаруживается в облегчении мучительного астматического дыхания; потом уменьшаются водяночные отеки, припадки лихорадки становятся менее частыми и, наконец, наступает всасывание излияния. Arsenicum — также одно из тех средств, которые помогают быстро, если вообще помогают". Wurmb так же (как Fleischmann и Bähr) рекомендует Digitalis для этого "серозного плеврита". Позднейший опыт добавил Apis как отличное лекарство в том случае, когда серозный выпот в плевру слишком долго противится всасыванию.

Когда плевритический выпот подвергается гнойному метаморфозу и являетcя эмпиема, то весьма сомнительно, можно ли достигнуть чего-нибудь без выпускания жидкости. Если симптомы не очень опасны, мы можем попытаться (как рекомендует Bähr) задержать эту перемену посредством Mercurius или же способствовать всасыванию гноя посредством Hepar sulfuris, но в практике, я думаю, лучшее правило будет выпустить гной и стараться предупредить новое его образование посредством Silicea. Вы можете также впрыснуть в полость плевры раствор этого средства (Aqua silicata) и в то же самое время давать его также и внутрь. Вы, конечно, будете также помнить действие China против изнурительной лихорадки, вызываемой нагноением.

Вторичный плеврит, когда он требует особенного внимания, надо лечить по тем же правилам, которые мы уже изложили. Если он присоединяется к острому ревматизму, Вы можете продолжать Aconitum и Bryonia. Если болезнь встречается в связи с легочными бугорками, быть может, будет достаточно одной Bryonia; но здесь именно приобрел себе большую известность Kali сarbonicum. Плеврит, осложняющий Брайтову болезнь, вероятно, скорее уступит Arsenicum, нежели всякому другому лекарству.

Переходим к гидротораксу.

Грудная водянка, hydrothoraх

Это название я позволяю себе употреблять, чтобы обозначить скопление жидкости в грудной полости, каково бы ни было ее происхождение. Это может быть оставшийся после воспаления выпот или вторичная водянка. В первом случае мы можем приступить к лечению с порядочной надеждой на успех и прибегнем к проколу только в том случае, когда скопление жидкости становится чрезмерным. Когда воспалительный процесс имел место не особенно давно, то часто получаются хорошие результаты от Apis. Но главное наше средство здесь Sulfur. Я могу сослаться на свидетельство в пользу его д-ра Cate’a из Салема в Соединенных Штатах, давшего продуманную статью о грудной водянке в "Трудах Американского гомеопатического института". В плевритическом выпоте, как в том, который медленно всасывается, так и в том, который скрытно развивается с самого начала, "я не знаю, — пишет он, — лучшего лекарства, как Sulfur… Эти формы грудной водянки я часто излечивал продолжительным употреблением тинктуры Sulfuris, давая ее сперва три или четыре раза в день, а потом, когда продолжается улучшение, один или два раза в день. При употреблении этого средства я имел удовлетворение видеть, как выпот постепенно уменьшался со дня на день, пока он не исчезал совершенно. После исчезновения жидкости я находил, что исчезают также уплотнения и утолщения и при продолжительном употреблении того же самого лекарства, вполне восстановляется здоровье. С этой целью я продолжал употребление его в течение нескольких месяцев подряд, а в некоторых случаях даже полтора года". Д-р Cate также находит действие его значительным в тех случаях, где образовались сращения. "При продолжительном употреблении этого лекарства сращения постепенно всасываются, грудь расширяется и изувеченное легкое принимает опять, по крайней мере до известной степени, свой прежний объем и деятельность".

Когда hydrothorax представляет водяночное скопление жидкости (и именно этой форме, собственно, и должно принадлежать название гидроторакса), то возможность устранения его должна зависеть от его причины. Когда он происходит от механической причины, связанной с препятствиями в легких или с недостаточностью правого сердца, Digitalis или Arsenicum иногда могут улучшить состояние сердца, и мы можем доставить пациенту значительное временное облегчение (как это показал д-р Cate), воздействуя на переполненные легкие посредством Tartarus emeticus и Phosphorus. Но радикально болезнь неизлечима. Когда гидроторакс есть часть общей водянки, имеющей свою коренную причину в почках, то его часто можно устранить теми мерами, которые мы принимаем для улучшения состояния этих органов и исправления состава обедневшей крови.

О скоплении воздуха в полости плевры, pneumothorax, я здесь ничего не могу сказать, так как эта болезнь, очевидно, стоит вне сферы действия каких-либо лекарственных влияний.

О болезнях диафрагмы мы очень мало знаем как в патологическом, так и в терапевтическом отношениях. Kafka — единственный из наших авторитетов, дающий нам некоторые сведения относительно их. Воспаление диафрагмы всегда происходит путем распространения плеврита или перитонита на ее серозную оболочку и не требует специального лечения, разве только против спазмодического состояния, которому подвергается этот мускул. Когда это состояние продолжительно и причиняет сжимающую боль, опоясывающую тело подобно обручу, то могли бы найти показания Cactus или Cuprum. Иногда оно причиняет, как говорит Kafka, судорожный смех, и тогда он рекомендует Cuprum попеременно с Belladonna, Hyoscyamus и Ignatia. Еще чаще это состояние проявляется икотой, которую, по его словам, можно прекращать теми же лекарствами, заменяя Belladonna атропином, если он показан, но остается без успеха. Я полагаю, что икота всегда бывает признаком клонической судороги диафрагмы, и она встречается иногда как тягостный симптом в связи с другими болезнями, или же имеет, очевидно, идиопатическое происхождение. В таких случаях я рекомендовал бы Вам Cicuta, и если она находится в связи с истощением (как в последнем периоде чахотки), то Moschus.

Я видел один случай острого ревматизма диафрагмы. Он очень хорошо поддался Bryonia.

Грудные стенки бывают подвержены различным формам боли, которые я все включаю под одно наименование плевродинии.

Плевродиния, pleurodynia,

в этом пространном смысле может быть либо ревматизмом, либо миалгией, либо невралгией.

В ревматической плевродинии Вы дадите Aconitum в повторных дозах низкого деления, когда приступ недавнего происхождения, особенно если есть лихорадка. Но если Вы не достигнете скорого облегчения, то хорошо будет заменить Aconitum лекарствами, имеющими более сильное местное сродство к грудным стенкам. Bryonia, Actaea racemosa, Ranunculus bulbosus и Colchicum — вот средства более или менее гомеопатичные и целительные. Я выбрал бы первое, когда есть ясно выраженный ревматический диатез, второе — для женщин, третье — когда боль так сильна, что больной боится пошевельнуться9, четвертое — когда имеется как подагрическое, так и ревматическое расположение.

Миалгическая плевродиния также нашла свое лекарство в Ranunculus, как это видно из случаев д-ра Strong’a в X томе Monthly Homoeopathic Review. Но главное ее лекарство — Arnica. Когда плевродиния настолько похожа на плеврит, что диагноз становится очень затруднительным ("ложный плеврит"), то несколько доз этого лекарства часто разрешают вопрос прекращением симптомов.

Невралгическая плевродиния (межреберная боль, боль под грудной железой) является в двух главных формах. Первая — у молодых женщин, в других отношениях вполне здоровых, где она бывает истерического происхождение или служит симптоматическим выражением нарушенных маточных отправлений. Здесь специфическое средство — Actaea racemosa. Вторая форма является как идиопатическая невралгия, у малокровных или расслабленных субъектов. В таких случаях Arsenicum или Ranunculus будут облегчать боль. Но, конечно, надо предотвратить возвращение ее, принимая меры, способные укрепить вообще весь организм больного.

Таков мой собственный опыт относительно плевродинии, но я должен добавить еще указание д-ра Jousset к терапии этой болезни. Он говорит под этим заглавием только о той форме, которую я назвал ревматической, т. е. происходящей от влияния холода или сырости. Он рекомендует Nux vomica предпочтительно перед Bryonia, когда пациент не может лежать на больном боку (улучшение же от лежание на больном боку требует Bryonia), и Actaea racemosa, когда Bryonia хотя и хорошо показана, но не помогает, особенно, когда замечается характерное для этого средства чувство замирания в желудке. Для межреберной невралгии у геморроидальных субъектов он считает Nux vоmіса весьма верным лекарством и хвалит Pulsatilla, когда боль облегчается каждый раз при перемене положения пациента.

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См. статьи The Renewal of Life в Monthly Hom. Review, 1867—68 г.
2 Monthly Hom. Rev., XVII, 632.
3 См. Brit. Journ. of Ноm., ХVIIІ, 76.
4 См. Brit. Journ. of Hom., XXX, 515; и Monthly Hom. Rew., ХVIII, 62.
5 См. D-r Burnett: New Cure of Consumption by its own Virus, 1891.
6 См. Monthly Ноm. Review, XX, 671.
7 См. "Фармакодинамику", sub voce.
8 См. L’Art Médical, 1892, Octobre.
9 См. случаи д-ра Dudgeon’ a в XXIV томе Brit. Journ. of Ноm., р. 160.

письмо XXX Письмо XXX   Оглавление книги Ричарда Юза Оглавление   Письмо XXXII письмо XXXII