Харрис Л. Култер

История, прививки и "смешанные назначения".
Интервью с Харрисом Култером (1)


The Prover. The Journal of the Chiropractic Academy of Homeopathy, 1996, v. 7, 1, pp. 63–67

Перевод д-ра Ли Юн (г. Рамат-Ган, Израиль)
Култер Харрис Л. (1932—2009), PhD — историк медицины, историк гомеопатии. Автор знаменитых книг — 4-томного "Разделенного наследства", "АДКС — выстрел в темноте" (вместе с Б. Л. Фишер), "Прививки: социальное насилие и преступность" и др., редактор ряда гомеопатических изданий.

Оригинал по адресу http://www.whale.to/vaccines/coulterint.html




Мы публикуем ниже интервью с д-ром Култером, которое нам удалось взять у него во время круиза "Гомеопатия на море" в октябре 1995 года. Д-р Култер прочитал несколько лекций и любезно ответил на наши вопросы.

Image

Уильям Берно: Когда впервые вас заинтересовала гомеопатия?

Харрис Култер: Я учился тогда в докторантуре, был специалистом по России и изучал политологию. Пришло время писать диссертацию, а я женился на Кэтрин. Она страдала ужасной аллергией. Мы поехали в отпуск в Париж, и с переменой климата и пищи ей там стало хуже. Кто-то посоветовал сходить к гомеопату. Мы никогда ранее не посещали гомеопатов, но никто из докторов до того времени не смог помочь ей. Так мы попали к французскому гомеопату.

Это был крайне забавный опыт. Его кабинет не был похож на кабинет врача, который вы привыкли видеть. Гомеопат был очень неопрятным маленьким человечком лет около шестидесяти, глядевшим из-за груды книг, покрытых пылью. Каждый раз, когда он перелистывал книгу, столб пыли поднимался в воздух. Наконец, он сказал: "Я проконсультировался с Джеймсом Тайлером Кентом по вашему случаю". Я подумал: "Прекрасно, видимо это один из его коллег здесь, в Париже". Он дал моей жене препарат, и тот сработал чудесным образом. Я помню, она не могла есть рыбу из-за тяжелой аллергии. Она не ела рыбу десять лет, а блюда из рыбы в Париже очень хороши. После первой дозы лекарства она смогла есть ее. Мы оба были поражены. Прежде, если она ела рыбу, у нее появлялись высыпания на лице. Многие проявления ее аллергии прошли в течении нескольких дней, остальное ушло постепенно в течение по меньшей мере десяти лет.

Какой препарат он дал ей?

Не знаю. После этого случая я очень заинтересовался гомеопатией. Вернувшись в Колумбийский университет, я решил написать докторскую диссертацию об истории гомеопатии. Позднее она стала третьим томом "Разделенного наследства". Получилось так, что я написал его до того, как написал первый, второй и четвертый тома. Университет не мог утвердить диссертацию, потому что я был из другой области. Я был специалист по России и должен был писать о политических группах в Америке, поэтому я сказал себе: "Прощай, моя докторая степень, мне все равно..." Это был 1961 год. Я ушел и написал книгу. В 1968 году я закончил ее, и один из моих профессоров спросил меня, что случилось. Я рассказал ему, что я написал книгу, а университет не утвердит ее. В это время студенты неистовали вокруг, избивали профессоров, поджигали здания, и он сказал: "Это просто смешно. По крайней мере, вы проводите исследования, я не думаю, что мы должны настолько придерживаться буквы закона, чтобы не утвердить тему". Он был деканом университета. Он позвонил, добился защиты, и мне была присуждена ученая степень доктора философии (PhD).

Каким вы видите будущее гомеопатии в свете ее возрождения?

С точки зрения моего понимания истории медицины, это циклический процесс. Когда усиливаются рационалисты (аллопаты), эмпирики (гомеопаты) слабеют. Это как инь и ян в китайской философии. Цикл обычно составляет 60 или 70 лет. Гомеопатия появилась в США в 1830 году, и цикл продолжалось до 1910 года. Из 15000 врачей около 15% называли себя гомеопатами. С 1910 по 1970 года гомеопатия угасала, а теперь она возрождается вновь. Гомеопатия будет сильна до 2020 года, а затем рационалисты снова возьмут верх.

Гомеопатия и эмпирическая традиция очень открыты для новых лекарств, таких как изопатические препараты. Аллопаты не заинтересованы в новых лекарствах. Они скорее объявят всех вокруг шаманами, чем будут искать новый препарат для людей. Гомеопатии должна добиться, того чтобы врачи имели доступ к новой информации о лечении. Когда гомеопатия развивалась в XIX в., аллопаты воровали препараты у гомеопатов десятками. Я написал на эту тему книгу, которая называется "Влияние гомеопатической медицины на аллопатию в XIX веке". Я нашел сведения о приблизительно пятидесяти препаратах, которые перешли из гомеопатии в аллопатию, и поэтому аллопатическая традиция не исчезла. Когда эмперическая традиция расцветает, аллопаты воруют лекарства, не сознаваясь в этом. Это то, что произойдет в следующие несколько десятилетий. Аллопаты испытывают сейчас трудности. Люди отвергают их лекарства, так как знают, что все эти назначения антибиотиков и кортикостероидов в таких больших количествах вредят здоровью. Аллопаты вынуждены искать выход, искать новые лекарства и в конечном итоге воровать у гомеопатов. Хирурги уже начали применять арнику и другие препараты. Этот процесс ведет к нивелированию разницы между гомеопатией и аллопатией. Аллопатия реально укрепляется гомеопатией.

С развитием гомеопатии, гомеопаты начинают воевать друг с другом. Они никогда не были способны быть единой организацией. Это естественный феномен, так как имеются две группы: одна хочет стать частью аллопатической профессии (например, Британский факультет), а другая хочет держаться от аллопатов насколько возможно дальше. Когда гомеопатия начинает развиваться, в нее вливаются многие, кто недостаточно хорошо обучен. Это врачи-аллопаты, которые собираются практиковать гомеопатию, чтобы приобретать и удерживать пациентов, однако мыслить они продолжают аллопатически. Они думают, что гомеопатические лекарства это просто группа новых препаратов, которые они будут выписывать вместо тех, к которым они привыкли. "Не используй красные пилюли, используй желтые, а если они не работают, используй зеленые". Это усугубляет внутренний конфликт в гомеопатии. Неофиты могут составить большинство. Это произошло в 1860—1880-х годах. Константин Геринг заявил в свое время, что он не может больше посещать конференции Американского института гомеопатии, так как на них не говорят о гомеопатии. Он отказывался посещать их после гражданской войны. Я думаю, что это повторится. Поэтому полезно знать историю, чтобы она не повторялась слишком точно, и вы могли пойти в другом направлении.

Как можно предотвратить это?

Единственный путь это знать собственную историю (смеется). Каждый должен купить "Разделенное наследство" и изучить его. Может быть, это поможет вам не повторять ошибок.

Мы изучаем классическую гомеопатию. Каково ваше мнение о смешивании препаратов в Европе?

Сегодня и в США, и в Европе практикуются оба типа гомеопатии. США находятся больше под влиянием Кента, так как он был американцем. У нас сильнее тенденция к классической гомеопатии. В Европе пошли назад, вернулись к докентианству, когда препараты смешивались. Антикентианское мышление до сих пор сильно во Франции. На этой почве всегда будет конфликт. Реальная причина за всем этим та, что полифармацистская гомеопатия очень симпатична аллопатам. Им нравится видеть гомеопатию частью аллопатической профессии. Например, Британский факультет гомеопатии довольно враждебен Кенту и хочет вернуться к Ричарду Юзу, что является смехотворной идеей. За пределами Британского факультета никто не слышал о Ричарде Юзе. Британский факультет рассматривает себя частью медицинской профессии. Они чувствуют, что Кент стоит на их пути объединения с аллопатией. Они утверждают, что Кент был спиритуалистом и был слишком подвержен влиянию Сведенборга. Все это надуманные аргументы. Мы следуем Кенту, потому что по его системе пациенты выздоравливают. Аллопаты никогда не примут философию Кента. Аллопатическое мышление распространено на континенте, особенно во Франции, где гомеопаты втайне хотят быть частью аллопатического сообщества.

Многие люди используют такие методы лечения как акупунктура и хиропрактика вместе с гомеопатией. Что вы об этом думаете?

Дополнением к этим дисциплинам может быть натуропатия, диетология и классическая остеопатия. Они рассматривают организм как реагирующую живую сущность, и лечение должно стимулировать реакцию. Есть разные пути стимулировать ее, все они сочетаются один с другим. Базисная философия та же. Аллопатия это нечто другое. Аллопатическая медицина видит тело механистически, и ее вмешательство должно носить противоположный характер. Гомеопатия несочетаема с аллопатией.

Какова была цель вашего исследования?

Моей целью было открыть древнюю историю гомеопатии. После написания диссертации я понял, что гомеопатия это не что-то, открытое Ганеманом на ровном месте, как мы думали. Она не была порождением единственно мозга Ганемана. Его величайшим вкладом была работа по испытанию препаратов — источник наших знаний об их лечебном действии.

Все идеи, например, закон подобия, существовали уже 2000 лет. Идея микродозы была выдвинута Парацельсом. Знание о том, что симптомы это положительный феномен и не должны подавляться, тоже существовало до Ганемана. Все эти идеи можно найти в трудах Гиппократа. Я могу утверждать, что я открыл, что гомеопатия образует эмпирическую часть медицины, чего никто не знал до того, как я обнаружил это в гомеопатических работах 1830—40-х годов. Это имеет очень важное значение для гомеопатов, для их уверенности в себе и самоуважения. Им важно знать, что гомеопатия является частью древней традиции и имеет одинаковую базу с аллопатией, что она не порождение мозга одного человека. Каждый предпочтет быть скорее последователем традиции, нежели последователем одного человека.

Помочь процветанию гомеопатии было моей второй целью. К 1961 году гомеопатия практически перестала существовать. Во всей Америке осталось только 15-20 врачей-гомеопатов весьма преклонного возраста. В 1970-х годах положение изменилось к лучшему. Сейчас гомеопатия переживает возрождение.

В чем, по-вашему, слабости гомеопатии?

Я не вижу в ней слабостей. Хочу отметить, что компьютеризация гомеопатии дала ей возможность сделать огромный шаг вперед. Компьютер берет на себя всю черновую работу и помогает быстрее и легче найти правильный препарат. Это большой вклад в гомеопатию. И это также хороший обучающий инструмент.

Вы в курсе нынешних дел, происходящих в гомеопатии изменений?

Я практически не занимаюсь гомеопатией. Имеется достаточно более квалифицированных и лучше меня знающих Материю медику людей. Я не возьму не себя ответственности практиковать гомеопатию. На данном этапе я работаю над лечением рака. Я купил лицензию на препарат от рака у доктора из Москвы, предполагающий использование экстракта человеческой плаценты. Этот экстракт впрыскивается больному, и он подрывает иммунную систему опухоли. Как вы знаете, опухоль и хозяин имеют каждый свою собственную иммунную систему. Они борются друг с другом. Иммунная система опухоли защищает себя от атаки хозяина. Этот врач нашел путь, как подорвать иммунную систему опухоли, так что она становится уязвимой для иммунной системы хозяина. После инъекции опухоль размягчается, растворяется и исчезает.

Что вы можете сказать в поддержку молодым студентам?

Во-первых, по мере того, как гомеопатия растет и развивается, непременно возникнет конфликт. Разные люди практикуют разные виды гомеопатии. Я вижу это как пирамиду. Классическая гомеопатия на вершине и "нечистокровная" в основании. Но для существования вершины вы должны иметь основание, поэтому не расстраивайтесь сильно из-за того, что кто-то практикует скверную разновидность гомеопатии. Самый лучший выход — поощрять и быть терпимым. Это мой первый совет. Второй — нынешний цикл процветания гомеопатии продлится еще около 40 лет, так что вас ожидает хорошая карьера в гомеопатии.

Кроме случая с вашей женой, пришлось ли вам наблюдать другие случаи удивительного излечения при лечении гомеопатией?

Да, один из первых случаев из практики моей жены. Пациентка было около 30 лет. Она страдала вздутием живота. Аллопаты не могли определить, в чем дело. Они удалили ей матку, но это не помогло. Боли в животе продолжались. Кэтрин дала ей три дозы. Пациентка должна была принять одну дозу, а через три дня сообщить о своем состоянии. Это были дозы 1М. Но больная приняла их одну за другой с интервалом в полчаса. У нее была очень сильная реакция. Все тело начало невыносимо чесаться. Ее кожа стала отшелушиваться. Пациентка позвонила в панике. Она хотела найти какую-нибудь мазь против зуда. Кэтрин сказала: "Нет, попробуй успокоить зуд холодной водой". Это состояние продолжалось еще три дня. Но когда все прекратилось, больная избавилась и от вздутия.

Вы затронули вопросы вакцинации на семинаре. Вы также написали несколько книг на эту тему. Можете поделиться с нами вашими мыслями?

В 1982—1983 годах Барбара Фишер и я написали "АКДС — выстрел в темноте". Я не осознавал, насколько была опасна эта вакцина. Эта книга вызвала очень интересную реакцию. В конгрессе прочли ее и приняли закон о компенсациях, на которые имели право семьи, имевшие ребенка, пострадавшего от прививок, и до сегодняшнего дня по этой программе было выплачено свыше 700 миллионов долларов семьям, которые пострадали от прививок. Сегодня в судах лежат дела еще на сумму от трех до четырех миллиардов долларов. Когда мы закончили книгу, я понял, что осталось неосвещенным еще очень много материала, и поэтому написал вторую книгу, которую назвал "Вакцинация, социальное насилие и преступность". Она была опубликована в 1990 году.

Эта книга освещает долгосрочные последствия прививок на эмоциональную жизнь и психологическую стабильность. Я пришел к заключению, что эта прививка оказала очень серьезный долгосрочный эффект на американское население, и она напрямую связана с эпидемией агрессивного поведения, которую мы наблюдаем в обществе сегодня. Придти к такому выводу было несложно. Доктора признают, что прививки вызывают энцефалит. Одним из многочисленных последствий энцефалита является агрессивное поведение. Все, что требуется, это прочитать литературу, чтобы убедиться, что прививки являются причиной эпидемии агрессивного поведения. Мне не посчастливилось убедить в этом аллопатов, но я надеюсь, что они убедятся до того, как будет слишком поздно.

Очень часто задаваемый вопрос — почему гомеопаты не проводят контролируемых испытаний.

Несколько лет назад я написал книгу в сто страниц о контролируемых клинических ипытаниях, потому что устал слышать, как врачи восхваляют их как золотой стандарт для проверки лекарств. Идея контролируемого клинического испытания базируется на совершенно ложной предпосылке, что можно набирать гомогенную группу пациентов. Из гомеопатии мы знаем, что это невозможно. В аллопатии берется группа людей и называется гомогенной. Затем им дают лекарство и плацебо, и фиксируют, у кого наступило улучшение, а у кого не наступило. Эта процедура порочна в самом своем корне. Вы не можете собрать гомогенную группу людей, как бы ни пытались, а об остальном нечего и говорить. Окончательный результат предназначен для продвижения продукции крупных фармацевтических компаний за счет более мелких. Научные исследования очень дороги. Они стоят от 10 до 100 миллионов долларов, и их может позволить себе только большая компания, которая собирается выпустить новый препарат на рынок. Чему в действительности это помогает, так это монополии в бизнесе.

Copyright © The Global Homeopathic Alliance 2001