Миранда Кастро (США)

Гомеопат Миранда Кастро

Бесконечная проблема антидотов

Hpathy Ezine, январь 2008 г.
Перевод Ирины Соколовой (Новосибирск)
Миранда Кастро, FSHom, ССH — практикующий с 1983 г. американский гомеопат, автор книг "Полный справочник по гомеопатии", "Гомеопатия для беременности, родов и первых лет жизни ребенка" и "Руководство по гомеопатическому лечению стресса". Обучалась акупунктуре, иридодиагностике, гуманистической психологии. Веб-сайт Миранды Кастро http://www.mirandacastro.com/

Оригинал по адресу http://www.hpathy.com/papersnew/castro-antidotes.asp






В гомеопатии считается, что определенные вещества могут обращать или "антидотировать" действие гомеопатических лекарственных средств, в результате чего возвращаются исходные симптомы. Поэтому гомеопаты часто предлагают своим пациентам воздерживаться от употребления даже малых количеств кофе, камфоры, масла чайного дерева и других сильно пахнущих веществ.

Посмотрим, что означает слово "антидот". Словарь Вебстера определяет его так: лекарство или другое средство, которое нейтрализует действие яда.

Это не описывает то, как процесс антидотирования осуществляется в гомеопатии — так, как я это понимаю. Наши лекарства не являются ядами. Именно над решением проблемы антидотов не перестает биться гомеопатическое сообщество. Итак, рискуя открыть старую ржавую жестянку с червями, снимем крышку и посмотрим еще раз.

Когда я только начинала свою практику, я с энтузиазмом впитывала в себя все гомеопатическое, в том числе и концепцию антидотов. Я написала брошюру с информацией для пациентов, где запрещалось все, от мятной зубной пасты до кофейного мороженого и пастилок от кашля. Я считала, что пациенты рады, что они могут что-то сделать для своего выздоровления, меня так учили. Я считала, что мои лекарства очень уязвимы и тонки, и внешние воздействия — тепло, рентгеновское излучение и сильные запахи — легко могут повлиять на них. Я даже не позволяла пациентам касаться их собственных лекарств… пилюль, которые они принимали. Я никогда не доходила до крайности, как некоторые гомеопаты, запрещавшие своим пациентам готовить пищу с чесноком. Вся моя итальянская кровь просто негодовала при одной только мысли!

Итак... примерно десять лет назад я заметила в своей практике тревожное обстоятельство, касающееся отношений между мной и моими пациентами. Вот что обычно происходило. Иногда (возможно, один раз в течение загруженного дня) на повторную консультации приходил пациент… обычно через 4-6 недель после первого приема, и говорил, что сначала у него был хороший отклик на лечение. Наступало некоторое улучшение, которые длилось только неделю-две, а затем следовал рецидив.

Вот что меня беспокоило. Я замечала, что в мой голос вкрадывались определенные нотки, когда я задавала Важные Вопросы. "Вы антидотировали свое лекарство? Вы пили кофе?" Ответы варьировались от возмущенного "Конечно, нет!" до смущенных смешков и "Ну, я действительно забыл об этом один раз", виноватых взглядов и "мы отправились на выходные в Париж и я просто не мог устоять" или трогательных жалоб: "Мне так этого не хватало, я выпил всего одну чашку, это ведь не так страшно".

Конечно, я повторяла это лекарство и внушала своим злополучным пациентам важность следования правилам. Я не думаю, что грозила пальцем провинившимся — во всяком случае, я на это надеюсь! Но определенно в воздухе витали невысказанные слова о плохом мальчике или плохой девочке.

На другом конце спектра находилась встревоженная мать, которая звонила в панике и спрашивала, что делать с ее ребенком, взявшим в рот кусочек жевательной резинки. Или добросовестный новый пациент, желавший знать, можно ли ему съесть салат, приготовленный женой, куда было накрошено немного мяты с огорода.

И тогда я вспомнила, что читала о старых французских гомеопатах, которые отсылали пациентов-женщин домой с дозой Nux vomica для мужа-пьяницы с указаниями положить это в суп ничего не подозревающего супруга… и это работало. Я вспомнила, что читала это, и прямо-таки услышала, как мой ум резко затормозил. Меня не беспокоили этические вопросы. Меня удивило, как могло сработать лекарство, принятое в горячем супе. Мои пациенты отмеряли 30 минут перед каждой дозой и после нее с каким-то почти религиозным усердием, чтобы принимать лекарства в соответствии с правилами о "чистом рте".

Я начала экспериментировать. Я дробила лекарства и засыпала их в пищу своей собаке. Они работали. Я говорила матерям, чтобы они не переживали, если их дети ели до или после принятия лекарства. Лекарства работали. Одна подруга положила лекарство своего ребенка ему в макароны с сыром. Оно сработало. Другая пациентка очень хотела дать лекарство своей пожилой матери, которая не хотела его принимать, хотя страдала. Я боролась здесь с этической проблемой и, наконец, сдалась. Я предложила, чтобы эта пациентка положила лекарство в утренний чай матери. Оно сработало.

И тогда я задумалась над своей практикой и создаваемыми мной отношениями с пациентами, добавив в эти размышления свои надежды и цели, которых эти отношения призваны были достичь. Я поняла, что многие правила, которые я создала вокруг своего лечения, действовали как ограничения, а иногда и как ловушки. Я также поняла, что сама идея принуждения пациентов мешала мне не обвинять тех из них, кто "провинился", а это ставило их в неприятное положение жертвы. И это был не тот тип отношений, который я искала.

Я обнаружила, что некоторые из пациентов лгали мне (их выдавали их друзья). Я чувствовала себя ужасно из-за этого. Я создала ситуацию, когда пациенты утаивали от меня некоторые вещи. И пациенты, и я вели себя в соответствии с самым скверным сценарием взаимоотношений родителя и ребенка. И это была моя вина. Ну и дела! И я обнаружила, что я такая не одна. Я сталкивалась со многими пациентами, лгавшими гомеопатам с аналогичными строгими правилами. Когда мы действуем, как требовательный родитель, объявляя правила, которым необходимо следовать, мы автоматически пробуждаем в наших пациентах напуганного или непослушного ребенка, независимо от их возраста.

Я решила все полностью поменять, и назвала это экспериментом. Целый год я никого ничего не лишала. Результаты были интересными. Самым быстрым и ощутимым результатом было то, что совершенно испарился, исчез целый пласт напряжения, создавшегося в моей практике. Я расслабилась, как и мои пациенты. Мы никогда не раскаивались в содеянном. Я больше не вернулась к прежнему мнению об антидотах, хотя и прошу своих пациентов избегать сильных ароматических масел, особенно камфоры, эвкалипта и перечной мяты (но подчеркиваю, что обычные зубные пасты и мята при готовке позволительны).

Так и слышу ваш вопрос: "И что же произошло?" У некоторых пациентов улучшения не наступило. Число их не отличалось от аналогичного числа в предыдущем году. Как вы знаете, мы не можем помочь всем и всегда, и я отправила этих пациентов к другим врачам. У некоторых пациентов было улучшение, сменившееся рецидивом. Их число не очень отличалось по сравнению с предыдущим годом. Я поняла, что это были пациенты, которым было дано неверное лекарство — во многих случаях подобное, но не подобнейшее — и я прорабатывала эти случаи усерднее, чтобы найти средство помочь им, вместо того, чтобы обвинять кофе. Кроме того, для каждого из этих пациентов я проверяла взаимоотношения между кофе и его лекарством (в конце репертория Кента или по "Клиническим взаимоотношениям" П. Шанкарана). Если кофе был перечислен в списке антидотов, то я вступала в переговоры с пациентом об отказе от кофе на некоторый период времени, который согласовывался. Это хорошо работало. Если симптомы опять возвращались после того, как пациент выпил кофе, то мы опять садились за стол переговоров и вырабатывали долгосрочный план. Так как я живу в мировой столице кофе-латте, такой способ очень ценят мои пациенты, для которых утренний кофе является священным.

Вот мой итог, каков бы он ни был. Все, что сильно действует на человека, может действовать на любой целительный отклик, в том числе и на отклик на гомеопатическое лекарство. Любое лекарство (например, кофе, кортикостероиды или конопля), сильно воздействующее на психику или тело человека, может нейтрализовать целительный отклик, будь позитивный ответ вызван гомеопатическим лекарством, акупунктурой или влюбленностью. Пациентам, на чью нервную систему воздействует кофе, или страдающим от головной боли из-за алкоголя, необходимо избегать этих веществ в любое время, но особенно когда они проходят какое-либо лечение, чтобы суметь излечиться.

Я спрашиваю, не ощущают ли пьющие кофе пациенты сильное сердцебиение или "трясучку" после сравнительно малых доз кофе, не испытывают ли они трудностей с засыпанием вечером, если днем они выпили кофе. Для пациентов, положительно отвечающих на эти вопросы, кофе — сильное средство, и его следует избегать. Они очень хорошо это знают и обычно счастливы, что кто-то побуждает их к отказу от кофе.

Я слышала о пациентах, чьи лекарства "антидотировались" одним леденцом с ароматом кофе. Мне очень трудно в это поверить. Интересно, неужели гомеопат и пациент верят в это настолько, что не потратили ни времени, ни усилий на поиск других возможных факторов? Наши убеждения — мощные мотивирующие силы в нашей жизни. До некоторой степени они определяют то, как мы думаем, чувствуем и ведем себя. И в возможно даже большей степени они определяют наши ожидания.

Мы считаем, что гомеопатическое лекарство работает через стимуляцию жизненной силы и что оно действует как катализатор излечения. Поэтому гомеопатическое лекарство не лечит само по себе.

Таким образом (это логический переход), гомеопатическое лекарство само по себе нельзя антидотировать. Поэтому, после пятнадцати лет практики и сотен обсуждений этой темы, я пришла к заключению, что нам необходимо исследовать и рассмотреть концепцию антидотов тщательней. Верно, что на целительный отклик — другими словами, на реакцию на гомеопатическое лекарство — может повлиять любой значительный стресс, физический, эмоциональный или умственный. Будут ли эти факторы антидотами? К чему?

Наши лекарства стимулируют целительный отклик. Я считаю, что этот отклик может быть тонким процессом и что он может быть нейтрализован. Сильными физическими стрессами, среди которых могут быть несчастный случай, аллопатическое лекарство и лекарство, принимаемое ради удовольствия, гомеопатическое средство, действие которого противоположно действию ранее прописанного средства. Эмоциональные стрессы, которые могут мешать целительному отклику, включают в себя абсолютно все, что сильно влияет на пациента. К эмоциональным стрессам пациенты особенно чувствительны из-за своей слабости и напряженности.

У меня нет простого ответа, как писать об этом аспекте нашей работы. Послушная долгу, я написала раздел по антидотам в каждой из своих книг. Я предпочла бы иначе назвать эти разделы, но не знаю, как. У нас нет другого названия. Может, знаете вы — я бы с радостью послушала, что вы думаете об этом!

Наше лечение может быть тонким процессом. Как гомеопат, я верю, что мои пациенты заслуживают лечения с доброжелательностью и уважением. Быть гомеопатическим пациентом непросто. Я приняла решение не вносить ненужное напряжение в наши отношения, устанавливая жесткие или излишние правила.