Д-р Сайрус Максвелл Богер

Image

Исследования в области философии излечения

(1964)

Перевод Светланы Субботиной и Юлии Артемьевой (обе — Москва)

Оригинал по адресу http://www.homeoint.org/books/bogphilo/phirep.htm

Философия и реперторий

Кажется, наш старый грубый материализм медленно исчезает, постепенно смешиваясь с тем, что при ближайшем рассмотрении кажется действием, взаимообратным на каждом уровне; даже медицина не избежала метаморфозы. Природа, демонстрировавшая, что выживает наиболее приспособленный, теперь вступает в новую стадию развития, когда хорошее развивается за счет того, что таковым не является.

Ранняя медицина во многом двигалась наощупь до тех пор, пока эпоха Возрождения не открыла разуму врачей скрытые сокровища прошлого и побудила их любопытство искать новые нехоженые тропы.

Знание этих предпосылок позволяет нам понять, что вдохновило Ганемана и в конце концов привело его к исследованиям, результатами которых мы пользуемся сегодня. От нас зависит, будем ли мы и дальше иметь право пользоваться этим наследием. Отсюда не следует, что разум, открывший миру столь высокое понятие жизненно важных процессов, обязательно должен положить начало радикальным преобразованиям. Процесс мышления в высшей степени консервативных представителей врачебной профессии еще слишком дарвинистский для подобных вещей. Нам следует помнить, что концепции, имеющие законченную форму, с самого своего зарождения движутся к смерти.

В тот год, когда я получал диплом, г-жа Блаватская сформулировала постулат о том, что "суть жизни единосущна с электричеством". Только сейчас мы начинаем понимать, насколько она была права. Также она говорила, что в конце XIX века новые открытия пошатнут диктат науки. Возможность исполнить это пророчество выпала на долю мадам Кюри. И то, насколько хорошо ей это удалось, мы с каждым днем осознаем все больше. Действительно, разрушительная сила радия не ограничивается его применением при злокачественных образованиях. Следует признать, что развитие физики стало похоронным звоном для невежественного врачевания, а также свело медицину лицом к лицу с опытами и выводами Ганемана. Остается только наблюдать за тем, как всеобщее просвещение или прогресс в медицине разрешат этот вопрос. Топор уже вонзился в древо предрассудков и исключительно материалистических обоснований.

Чтобы правильно понимать остроту имеющихся в его распоряжении инструментов, врач должен адекватно воспринимать физику жизни, как это подразумевает философия "Органона". Тогда он сможет понять, что Similia similibus curantur это высшая стадия закона действия и противодействия. Стабилизация происходит на уровне метафизики, через преобразование энергии. Иными словами, человек снова прочувствует себя здоровым только тогда, когда расходование жизненной энергии станет гармоничным. Сейчас уже невозможно не согласиться с тем, что этой гармонии можно достичь только благодаря контакту с синхронно действующей или вибрирующей силой. Очевидно, что этого возможно добиться, действуя через нервные каналы.

Возможно, вывод о текучей природе жизненной силы не является преждевременным, хотя, по всеобщему признанию, мы сейчас только находимся на пороге этого открытия. Также взаимопроникающее свойство этой силы выражается в том, что она одновременно действует не только локально, но и повсеместно. Подобное представление о ее действии объясняет, почему сначала мы чувствуем улучшение состояния рассудком, и оно продолжается до тех пор, пока не происходит изменение в сознании. Это служит первым признаком того, что реакция на лекарство начинает убывать.

Большой опыт в назначениях лекарств часто ведет к использованию всего лишь нескольких из них или же, в лучшем случае, к выбору одного наиболее перспективного из небольшой группы. Таким образом, он идет по пути наименьшего сопротивления, пренебрегая мелкими симптомами, а результатом становится менее точное и эффективное лечение. Такой подход отдает леностью и недостаточной сообразительностью, обращая наше внимание на то, что универсальности применения здесь добиться не проще, чем где-либо еще.

Мы изо дня в день сталкиваемся с типичными случаями, поэтому особое значение приобретает тщательный сбор всех симптомов для того, чтобы получить ясную картину заболевания и затем искать ему эквивалент. Для этого сначала мы ищем совокупности признаков и затем сравниваем их с теми симптомами, которые имеются у нас в распоряжении до тех пор, пока не убедимся в их подобии. Пока это единственный целесообразный способ, однако удивительно, насколько мало людей действительно знают, как им правильно пользоваться. Постоянная практика способствует наработке мастерства, особенно это касается оценки симптомов, так как они играют огромную роль в прогнозе течения болезни. Придание чрезмерного значения одному-единственному или же ложному признаку может легко привести к выбору некорректного лечения, временному облегчению симптомов и, в конечном счете, запутать дело. Если мы хотим преуспеть, то в идеале мы должны стремиться составить целостную картину с несколькими выдающимися симтомами.

Существует около дюжины лекарств, которые часто по действию похожи на обычные болезни в патогенезе. Такие средства Ганеман назвал полихрестами, и если у вас есть среди них любимцы, то прежде всего постарайтесь узнать о них как можно больше. Особенно это касается Aconitum, Belladonna, Bryonia, Chamomilla, China, Cina, Ferrum phos., Gelsemium, Hepar sulph., Ignatia, Ipecac, Lachesis, Mercurius, Natrum mur., Phosphorus, Pulsatilla, Rhus tox., Sulphur и всех представителей Veratrum. Свойства этих лекарств, составляющие болезнь, напоминают характерные черты больного человека, а не болезней. Для гомеопата это жизненно важное отличие.

Большинство лекарств может только отчасти имитировать какую-либо болезнь. Ни один человек не может продемонстрировать все или хотя бы большинство симптомов, принадлежащих какому-либо лекарству или одному виду болезни. Наиболее близкий подход к этой особенности отражен в отношении Mercurius к сифилису, и даже Ганеман, как и все мы, дополнял его назначение другими средствами, когда действие ртути замедлялось из-за присутствия разнородных факторов. Последние проявились как побочные симптомы, казалось бы никак не связанные с имеющейся болезнью, поэтому мы рассматриваем их как выражение других миазмов, которые таким образом угнетают жизненную силу.

Раньше гомеопаты обвиняли в неудовлетворительных результатах лечения некий охвативший весь организм миазм, делающий неясным и искаженным настоящие симптомы заболевания. По мере значительного роста числа известных нам патогенетических симптомов, мы больше не испытываем такой острой нужды в этих оправданиях, хотя порой это играет против нас. Большинство врачей постепенно расширяет область применения своих лекарств, выходя, казалось бы, довольно далеко за рамки их сферы действия. Это происходит из-за того, что подобнейшее лекарство высвобождает реактивную энергию организма настолько, чтобы она могла восстановить гармонию, что в свою очередь позволяет изгнать любое болезненное состояние. Однако подобное лекарство в грубой дозе может снять лишь незначительную часть симптомов, оставив нам искаженный образ болезни, и лечить его будет намного сложнее. В пользу такого частичного назначения можно лишь сказать, что иногда оно снимает нагрузку на организм, препятствующую началу эффективной реакции. Такое препятствие возникает, если в организме присутствует какой-либо миазм, имело место злоупотребление разрушительными лекарствами или подавление. Ганеман был ярым борцом с чрезмерным кровопусканием и вредоносным назначением многокомпонентных лекарств; мы же сейчас сталкиваемся с еще более опасными методами применения сывороток и лучевой терапии. Первый таит в себе угрозу возникновения сенсибилизации и вазомоторных реакций, в то время как последний поражает все выделительные реакции жизненной силы; более опасное воздействие трудно себе представить. В целом можно утверждать, что полная неразбериха в лечении, царящая в медицине, более чем очевидна для того, кто обладает ясным мышлением. Все более явным становится, что аутоантидотализм, а именно применение сывороток старой школой и изопатии нашей школой, захватил значительную часть лечебной сферы. В обоих случаях происходит лишь облегчение имеющихся симптомов, а основной миазм остается нетронутым, лекарство не оправдывает ожиданий и не приносит максимально возможную пользу.

ОБСУЖДЕНИЕ

Д-р Дональд Макфарлан: Мы обязаны руководствоваться философией в жизни, и особенно в профессиональной жизни. Тремя основополагающими вещами, можно сказать, триединством, наиболее ценным в гомеопатии, являются законы излечения, назначения одного лекарства и минимальной дозы. Именно такой разработал Ганеман свою систему. Сначала он догадался о закономерностях излечения, затем, чтобы способствовать выздоровлению и избежать обострений, он начал применять минимальные дозы. Эти три принципа должны соблюдаться при каждом правильном гомеопатическом назначении, они неделимы. С ними тесно связана и частота применения. Я полагаю, что единственный способ научиться грамотно применять лекарственные средства — через прувинги, потому что от вас зависит, станет пациенту лучше или, наоборот, хуже. Первое, что приходит мне в голову, когда ко мне приходит больной, это "Какое из лекарств, которые я испытывал, может заставить человека так выглядеть?". И если мне на ум приходит Phosphorus, то я прописываю ему Phosphorus.

Д-р Гриммер: Работы д-ра Богера всегда великолепны, а в этой он превзошел самого себя. Это действительно своего рода учебник. Он показал нам основы, важнейшие вещи, о которых всегда нужно помнить: прежде всего, о правильном подходе к каждому случаю, затем — об оценке симптомов, помните об этом. Можно описывать и описывать десятки симптомов, и за ними не видеть самой болезни, а другой врач может дать вам три-четыре симптома, и вы сразу же четко представите необходимое лекарство. Подобный навык является результатом искусства оценки симптомов, знания, какие из них действительно принадлежат больному, умения отделять их от симптомов болезни, патологических признаков, симптомов, которые являются диагностическими признаками. Они не представляют большой ценности. При назначении они зачастую практически бесполезны. Д-р Богер в своей работе пошел еще дальше. Он показал отношения между этими тонкими силами. Именно изучение этих сил и их источника может способствовать принятию гомеопатии, и наука, по крайней мере прогрессивная ее часть, включающая в себя ведущих физиков своего времени, начинает обращать внимание на эти силы.

Они вышли так далеко за пределы обычной науки, что сами признают невозможность доказать некоторые утверждения. Артур Холи Комптон заявлял, что некоторые явления мы должны просто принять на веру. Он отрицал идею автоматической природы Вселенной и утверждал это, основываясь не на доказательствах, а на особой интуиции, которая была присуща также Ганеману. Он знает, что за пределами материальных вещей, которые нас окружают, существует нечто. Об этом же говорит и гомеопатия. Она выходит на новые уровни. Она достигает психического состояния, даже духовной стороны жизни. Вот почему гомеопатия является виталистическим учением. Вот почему она излечивает. Вот почему она способна искоренять наследственные заболевания.

Задумывались ли вы когда-либо, почему гомеопатические потенции особенно хорошо приспособлены для избавления от наследственных проблем? Ученые утверждают, что маленькая частица клетки, одна из ультрамикроскопических клеток, несет в себе все патогенные организмы и хромосомы прошлых поколений. С этим может справиться только гомеопатическое средство, вот почему мы можем научно это доказать.

Д-р Богер: Один из комментаторов упомянул об отсутствии действия. Когда лекарство не вызывает какого-либо действия, и нет вообще никакой реакции, это всего лишь означает, что вы не затронули струны гармонии. Вот и все, но у вас всегда есть в запасе лекарства, вызывающие реакцию, такие как Psorinum, Sulphur и так далее. Человек не может пойти на поправку без реакции и восстановления гармонии. Это справедливо как в отношении физической, так и психической сфер.

Физическое тело содержит определенный запас энергии. Когда вы даете больному лекарство, вы выпускаете эту энергию, равномерное распределяя ее по всему телу. Таким образом, вы восстанавливаете гармонию точно так же, как если бы вы включали электричество, нажимая на кнопку.

Есть еще один момент, который я отразил в своей работе настолько полно, насколько должен был; он касается того, что мы не видим подобия так хорошо, как следовало бы. Иногда мой разум настолько хорошо работает, что я вижу сходства, которых не замечает другой врач, а иногда все бывает наоборот и я ничего не нахожу, даже если на это мне указывают мои коллеги. В этом заключается особенное свойство разума.

Чтобы проиллюстрировать вышесказанное, мне бы хотелось кратко описать случай, произошедший со мной недавно. Ко мне приехал человек из отдаленного города и заявил, что ему не помогает прописанное лечение. У него была генерализованная экзема с головы до ног, а такие случаи всегда очень тяжелые. Я обычно затрудняюсь с назначением в таких случаях, потому что, скажу откровенно, справляюсь с ними с переменным успехом.

Я немного побеседовал с этим человеком. Его состояние было настолько тяжелым, что кожа местами потрескалась и издавала отвратительный сладковатый запах. Лицо у него было синеватого оттенка, и сам он имел отталкивающий вид. Чем больше я с ним разговаривал, тем сильнее убеждался, что он представлял собой живой пример отравления Rhus venenata. Я даже не стал сверяться с Материей медикой, а сразу дал ему одну дозу Rhus venenata ММ. Я предупредил его: "Не принимайте лекарство, пока не доберетесь до дома, потому что после приема может начаться нечто". Больной сделал, как я просил. На третий или четвертый день у него началось обильное потоотделение, которое затем перешло на левую часть грудной клетки. Пот имел запах гнилостного дыма. В мочках обоих ушей у него были подагрические камни. Оба камня выпали, а он весь очистился, все высыпания сошли.

Rhus venenata не исцелил этого человека, так как спустя некоторое время болезнь вернулась, но не в настолько тяжелой форме, чтобы начать беспокоиться, поэтому я не дал больному повторную дозу лекарства. Я собираюсь оставить все, как есть, и понаблюдать, сколько жизненной силы у него в запасе, чтобы нормализовать его состояние.

Язык болезни Язык болезни   оглавление книги Богера о гомеопатической философии Оглавление   Некоторые мысли о назначении лекарств Некоторые мысли о назначении лекарств