Д-р Джеймс Комптон Бёрнетт

Д-р Дж. Комптон Бёрнетт

Пятьдесят причин, почему я гомеопат

(1888)
Причины 21—30-я

Причина двадцать первая

Вы пишите, что мои последние письма как бы рассчитаны на то, чтобы выказать превосходство моей гомеопатии перед гомеопатией других врачей.

Могу сказать, что такого намерения у меня не было: я имел в виду показать, что верования часто не имеют ничего общего с фактами: так, например, вы, аллопаты, издеваетесь над гомеопатией, а тем не менее эта система медицины верна. Многие врачи-гомеопаты насмехаются над некоторыми из самых блестящих торжеств той самой системы, которой они придерживаются. В обоих случаях заблуждение однородно: и те, и другие ребячески полагают, что присущая им способность действия составляет предел возможного. Я только хотел показать ошибочность такого суждения, а это важно, потому что худшими врагами гомеопатии часто бывают ее неспособные практиканты. Чтобы пояснить мою мысль, позволю себе привести как двадцать первую причину нижеследующий случай.

Меноррагия, длившаяся пятнадцать лет и излеченная фосфором

Дама эта имела 51 год от роду и потому, если хотите, можете назвать этот случай метроррагией, хотя регулы ее еще не прекращались. Она пришла ко мне в октябре 1882 г. и сообщила, что кровотечения у нее началось 15 лет тому назад после выкидыша. У нее бывали сильные кровотечения во время родов. Phosphorus высокого деления вылечил ее. Она сделалась значительно тоньше в талии и сказала, что чувствует себя молодой девушкой. Я давал ей другие промежуточные средства — Lachesis, Thuja, Ferrum и Arnica, но кровотечение было излечено фосфором, к которому я прибегал три pаза с промежутками в несколько месяцев, и в последний раз я назначил Phoshorus высокого деления.

Привожу этот случай, потому что он представляет пример чистейшей гомеопатии, а между тем большинство врачей-гомеопатов не верит в так называемые высокие деления. Из этого следует, что или они ошибаются, или я заблуждаюсь. Если бы Вы просили эту даму поверить, что я назначал ей слабодействующие средства, то она засмеялась бы Вам в лицо. И на самом деле они были очень сильны. А подумайте только о тех бутылях железных капель и разных укрепляющих средств, которые она без пользы принимала в течение этих пятнадцати лет!

Причина двадцать вторая

Вы говорите, что очень ошиблись во мне, полагая, что я всегда назначал очень крупные "для гомеопатии дозы", и что фосфор, который я однажды приготовил в стакане для Вашей тетушки, просто "дымился"!

Я не могу рассуждать с Вами о гомеопатической (или, если хотите моей) позологии, но сообщу Вам мое правило, а именно: доза зависит от степени подобия — чем ближе сходство, тем выше разведение и менее часты приемы, чем слабеe степень подобия, тем ниже приемы и чаще их повторения. Мои дозы простираются от нескольких крупинок двухсотого деления через неделю до десяти капель крепкой тинктуры (разумеется, слабых средств) четыре раза в день.

Доза нередко имеет такое же важное значение, как и лекарство, и гомеопаты исключительно придерживающиеся одних низких или одних высоких делений являются одноглазыми практиками, хотя, разумеется, и они цари среди слепых, т. е., аллопатов.

Вы сами виноваты, что я коснулся спорного вопроса о дозе, относящегося к гомеопатии как бесконечный ирландский вопрос к британской политике.

Двадцать второй причиной, почему я гомеопат, я приведу случай, опубликованный мной несколько лет тому назад под заголовком

Костный нарост на правой пяточной кости, излеченный посредством Hecla lava

Д-р Гарт Уилкинсон (Garth Wilkinson) во время своей экскурсии в Исландию заметил у животных, пасущихся на местах, куда попадает мелкая зола с горы Геклы, огромные наросты на челюстных и других костях. Как приверженец научной системы медицины, основанной Самуилом Ганеманом, он воспользовался этим наблюдением для целей лечения, привез с собой небольшое количество лавы с горы Геклы, и она успела уже проявить себя очень действенным средством в страданиях, подобных тем, которые она способна вызывать.

3 июля 1880 года ко мне пришла девица пятнадцати лет, у которой на правой пяточной кости находился нарост несколько меньшей величины и площе половинки скорлупы грецкого opеxa. В наросте этом временами ощущалась боль. В других отношениях здоровье ее было удовлетворительно, только зубы у нее были не совсем крепкие, а в холодное время года она сильно зябла и у нее появлялись на руках и ногах ознобления. Назначена Hecla lava 2-го растирания по шести гран три раза в день.

17-го июля. Нарост уменьшился в объеме, боли в нем вовсе не ощущаются.

Продолжать.

25-го сентября. Нарост исчез совершенно, и при сличении двух пяток между ними не заметно ни малейшей разницы.

Hecla lava, как показывает анализ, состоит из кремнезема, глинозема, кальция и магнезии c примесью окиси железа, поэтому нисколько не удивительно, что он может производить и излечивать костные наросты.

Товарищ-аллопат, вот научная терапия, а ты чем заменяешь ее? Даешь всасывающие средства и смазываешь йодом? Но поручишься ли ты, что твои всасывающие не всосут вместо нароста частичку поджелудочной железы или другой мелкой железы?

Или ты так же верен своему правилу сontraria contraribus curantur? B таком случае потрудись сказать мне, что представляет противоположное костному наросту?

Причина двадцать третья

Ссылаясь на мою заметку в предпоследнем письме относительно того, что многие врачи-гомеопаты не верят в так называемые высокие деления лекарств, мне бы хотелось прибавить еще одно или два слова, так как я вижу из Вашего ответа (только что полученного), что Вы меня не так поняли. Я не хотел сказать, что никто из врачей-гомеопатов не верит в сказанные разведения, но что верит в них незначительное меньшинство — у нас, быть может, около одной четверти. Затем, описанное мной излечение кровотечения фосфором вовсе не "изолированный случай этого рода", а один из очень многих; массы подобных случаев были опубликованы в гомеопатической литературе задолго до того времени, когда я познакомился с предметом. Вы, очевидно, забываете, что я поставлен в невозможность ссылаться на нашу литературу.

Чтобы Вы не приписали такого же ограничения употребления Hecla lava при костных наростах, я скажу, что в нашей литературе Вы можете найти еще более замечательные случаи, и не подумайте, что тут действует вера — один дублинский врач излечил у лошади своей большой нарост тем же самым средством. В виде двадцать третьей причины, почему я гомеопат, позвольте сообщить Вам следующий случай.

Излечение черепного нароста посредством Аurum metallicum

Случай этот был опубликован мной уже давно, и потому я не стану утруждать Вас подробностями. Скажу только, что с помощью золота в гомеопатическом препарате мне удалось вполне излечить костный нарост в черепе одного мужчины. Это также вовсе не единственный случай; напротив, такие случаи попадаются часто за последнее полустолетие и еще раньше того.

Причина двадцать четвертая

Мне очень желательно показать Вам разницу между эмпирическим и научным, т. е. гомеопатическим, излечением, и с этой целью я приведу Вам как двадцать четвертую причину, почему я гомеопат, некогда опубликованную мною статью об аралии. Я избираю ее, потому что Вы, по-видимому, считаете мои отдельно взятые случаи "изолированными".

Кашель аралии

Aralia racemosa не есть общепринятое гомеопатическое средство, и испытание, произведенное д-ром Джонсом, помещено д-ром Алленом не в самой Энциклопедии, а в Прибавлении.

Д-р Юз также включил ее теперь в свою хорошо известную Фармакодинамику, но лишь в числе дополнительных средств. Поэтому она, кажется, только начинает боязливо заглядывать в нашу обширную лекарственную обитель. Мне неизвестно, были ли произведены какие-либо клинические опыты с этим средством, кроме тех, которые мы находим в Терапии Гэйля (Hale).

Оказывается, что растение это пользуется обширной славой в Соединенных Штатах как средство от кашля, и это дает нам основание предполагать, как справедливо говорит профессор Гэйль, что оно должно иметь какое-нибудь специфическое сродство к дыхательным органам. Простой народ каким-то образом узнал, что аралия полезна при кашле, а д-р Гэйл записывает себе это для памяти. Затем еще шаг вперед сделал д-р Джонс, который в 1870 г. испытал ее на себе и, таким образом, извлек народное средство из полезного эмпиризма и возвел его в научную почву ганемановой индукции.

Лет шесть или семь тому назад мне случилось читать отчет об исследовании д-ра Джонса, помещенный в книге Гэйля "Новые средства", и меня поразил характер кашля, вызываемого аралией. Быть может, я обратил на это особенное внимание ввиду того факта, что я как раз в это время пользовал одну даму, у которой кашель появлялся, когда она ложилась спать. Я пробовал разные лекарства, но мне никак не удавалось излечить этот кашель, и потому я стал винить сырость дома, в котором жила моя пациентка, и близость его к ручью, живописно заслоненному ивами. Были употреблены Hyoscyamus, Digitalis и много других средств, но кашель не поддавался. Рассказывать ли мне печальную историю, как больная лишилась доверия к своему врачу (автору) и к его хваленой "патии" и стала прибегать к патентованным средствам и разным успокаивающим микстурам? Понятно, что я почувствовал себя униженным и решился прилежнее заняться своим лекарствоведением. Очевидно, что кашель был излечимым, так как самое тщательное физическое исследование не обнаруживало ничего, кроме нескольких влажных хрипов, соответствовавших очень умеренному отделению мокроты.

Неудачи иногда бывают весьма поучительны. Непосредственно после получения отказа от этой дамы я был занят чтением "Новых средств" Гэйля, и мне попалось то место в испытании аралии д-ром Джонсом, где он говорит: "В 3 часа пополудни я принял десять капель цельной тинктуры в двух унциях воды. Интересная книга заставила меня забыть мой прием, но события ночи освежили мою память". Затем он говорит, что отправился спать в двенадцать часов совсем здоровым, но едва только успел лечь, как с ним сделался припадок удушья.

Я положил книгу и сказал себе: "Да ведь у г-жи N. совершенно такой же кашель. Она ложится в постель, и ее тотчас начинают мучить кашель и удушье".

Прошло немного времени, меня попросили приехать, так как у одного из детей этой дамы была экзема. Прописав мальчику лекарство, я боязливо спросил ее о кашле. "Ах, мне нисколько не лучше; я перепробовала все и не знаю, что и делать". Я сел за стол и написал: Rp. Aralia racemosa 2, и она излечила cito, tuto et jucunde, не потому только, что аралия полезна при кашле и имеет сродство к дыхательным органам, а потому что она способна возбуждать кашель, схожий с тем, который подлежал излечению.

С того времени я излечивал такого рода кашель посредством аралии раз тридцать или сорок.

Случай II. Tussis Araliae. Прошлым летом ко мне пришла за советом дама. Она живет в Лондоне и пользовалась у хороших врачей-гомеопатов от страдания горла, которое несомненно облегчилось, но ее не покидал кашель, и она уже собиралась отправиться на юг, свою родину, так как родные стали опасаться за ее грудь. Кашель у нее был идентичен с кашлем г-жи N., но единственная разница состояла в том, что он появлялся лишь после первого кратковременного сна. Она ложилась совсем здоровой (как г-жа N. и как д-р Джонс) и засыпала, но после короткого сна просыпалась с сильным приступом кашля, который продолжался целый час и более. Aralia 3 излечила ее совершенно в несколько дней, и она отказалась от намерения отправиться на юг.

Случаи III. Tussis Araliae. У шестилетней девочки в сырую погоду появляется крупозный кашель, который обыкновенно уступает дулькамаре. Иногда же остается ночной кашель, подобный тому, который описан в случае II, т. е. она ложится, засыпает и скоро просыпается с сильным припадком кашля. Сначала я не подумал об аралии и без пользы давал Hyoscyamus, Gelsemium, Aconitum, Spongia, Hepar, Dulcamara, Phosphorus и Bryonia. Затем ввиду появления кашля ранней ночью я решился испробовать аралию, которая подействовала очень быстро.

Случай IV.Tussis Araliae. Мужчина лет пятидесяти, страдающий одышкой, с умеренной эмфиземой легких, уже давно находится под моим попечением. Первоначально у него появлялась одышка при движении, а по ночам бывали приступы удушья и кашля. После продолжительного курса конституционального лечения ему стало легче, но когда он простужается, у него появляется бронхиальный катар с ранним ночным кашлем.

Было бы утомительно подробно описывать лечение; достаточно будет сказать, что оно состояло из антипсорных средств и лекарств, действующих на печень.

Однажды господин этот спросил меня, не могу ли я дать ему лекарство от кашля, которое он мог бы держать у постели, потому что когда он схватывает простуду (как теперь), он ложится спать здоровым, но скоро просыпается от сильного припадка удушья, который длится от одного до двух часов, после чего, отхаркнув немного мокроты, он снова засыпает.

Я прописал порошки аралии 3 pro re nata. Когда я в следующий раз увиделся с ним, он воскликнул: "Я думал, что эти порошки меня убьют! По вашему наставлению я принял один порошок и у меня сделался кашель хуже чем когда-либо, но он скоро прекратился и более не возвращался".

С того времени он держит эти порошки у постели и они неоднократно помогали ему. Ухудшения после первого раза не было.

Эти наблюдения представляют только образчики, но они полезны; приводить же другие было бы утомительно.

Из этого видно, что хотя аралия еще новое средство, но сравнительно мой старый друг, и я могу с доверием рекомендовать ее против раннего ночного кашля, появляющегося или непосредственно, когда ложишься спать, или чаще после первого дополуночного сна.

У профессора Джонса кашель появился тотчас как он лег в постель, но это было уже в полночь; мои же пациенты, кажется, ложились раньше. Из довольно обширного опыта я прихожу к заключению, что аралия гомеопатична своему кашлю в силу времени его появления и лежачего положения больного.

Она не помогает, кажется, при кашле, появляющемся во всякое время ночи и бесполезна также при кашле от удлиненного язычка; она также, насколько мне известно, не излечивает страдания легкого, идущие дальше бронхиального раздражения и катара. Она положительно бесполезна при настоящем удушье, наступающем после полуночи или в 2 и 3 часа утра. В таких случаях я не имел от нее успеха. Но в вышеописанной разновидности кашля она представляет remedium probatissimum. Здесь мы в тысячный раз усматриваем точность нашей гомеопатической науки.

В заключение выражаю мою признательность профессору Гэйлю за то, что он обратил мое внимание на мою дорогую подругу аралию, и еще более глубокую благодарность професcopу Джонсу, который ближе познакомил меня с ней. Как гомеопаты мы должны быть глубоко признательны всем исследователям лекарств.

Причина двадцать пятая

Года три тому назад мне пришлось дать мнение о положении одного живущего в Лондоне господина средних лет, которого считали умирающим. Он не особенно верил никаким врачам и никакой "патии", и уже много лет переходил от одного врача к другому по поводу серьезного порока сердца и страшной диспепсии. По его мнению, аллопатические средства помогали ему лучше, но только ненадолго. Сигнатурки показывали, что диагноз был поставлен верно, и с точки зрения аллопатов его пользовали недурно. Он принимал укрепляющие средства, противокислотные и соли йода, но его болезнь, аневризма аорты, ухудшалась.

Гомеопаты лечили его симптоматически, а симптомов было довольно — были дни, когда ему казалось, что он совсем оправился, но затем ему опять становилось хуже — аневризма, очевидно, увеличивалась. Когда я впервые увидел его, он казался почти умирающим и уже принял последние церковные обряды.

Исследовав его хорошенько и приняв во внимание состояние его тканей и органов и величину аневризмы, насколько возможно было ее определить, я высказал мнение, что он может медленно поправиться и окончательно выздороветь. Господин этот впоследствии женился и аневризма, хотя не совсем прошла, постепенно поддается гомеопатическому лечению, применяемому на основании диагностического здравого смысла. Главные средства были Aurum metallicum, Chelidonium majus, Сarduus, Ceanothus, Glandium quercus, Aconitum, Ferrum, Cactus grandiflorus и Baryta muriatica; из них первое и четыре последних оказались непосредственно-специфическими. Знанием бариты я обязан д-ру Флинту, и это уже не в первый и не во второй раз, что гомеопатия излечивает аневризму. Несколько дней тому назад я встретил моего пациента с женой на улице и был просто поражен его здоровым pумяным видом.

Эта власть гомеопатии над аневризмой доставляет мне двадцать пятую причину, почему я гомеопат, и как раз доводит меня до полпути моих пятидесяти причин. Питаете ли Вы теперь несколько большее уважение к гомеопатии или Вы в состоянии перетолковать все мои причины? Во всяком случае, Вы видите, что сказанное мной в доме Вашего дяди было не похвальбой, а простым заявлением факта. Поймите, пожалуйста, что я не имею ни малейшего желания сделать Вас или кого бы то ни было гомеопатом; для меня это решительно все равно. Для истины это также безразлично, она и без всех вас обойдется.

Не ожидаю также никакой особенной пользы от сообщения Вам моих пятидесяти причин; делаю это только для того чтобы оправдать мое положение и дать отпор издевательству и невежеству правоверной медицины.

Причина двадцать шестая

Вы жалуетесь, что я слишком заносчив и без нужды дерзок. Быть может, так. Но разве Вы не имели беззастенчивости обозвать всех гомеопатов шарлатанами? Вы, ничего об их трудах не знающий! И разве вы, аллопаты, все до единого, не злословите постоянно на гомеопатов?

Вы, аллопаты, лжесвидетельствуете на ваших ближних, гомеопатов, каждый день вашей жизни — я ведь слышал, как Вы за столом сказали Вашей тетушке: "Да, тетушка, примите ваши гомеопатические пилюльки, они вам не повредят".

Вы требовали, чтобы я дал Вам пятьдесят причин из моей собственной практики как я обещал, или чтобы я "слез с дерева".

Что же, я крепко сижу на очень большом сучке стаpого древа истины, и уж никак не аллопату сбить меня с него.

Лет шесть тому назад необыкновенно миловидная девица уже на третьем десятке своей жизни, проживающая в одном из больших провинциальных городов, стала чахнуть и худеть с особенными неопределенными горловыми симптомами, слабостью в спине, раздражением прямой кишки и матки. Окружающие не могли понять, что с ней случилось. Она принадлежит к числу тех высоких натур, которые не щадят себя, когда того требует долг, полагаясь на свою энергию, а не на физические силы. В жизни такие натуры обыкновенно бывают непонятыми, и так как они в случае надобности проявляют замечательную энергию, то несведущие и малонаблюдательные люди полагают, что они крепки и только ленятся или притворяются.

"Да ведь она по целым неделям, не снимая платья, ходила за больными племянницами, и это по-видимому ей было нипочем, а теперь она хочет казаться такой нежной и слабой; она просто прикидывается".

Но тут никакого притворства нет; если вы рассмотрите голову у таких личностей, то найдете, что животная сфера у них почти совсем отсутствует.

Д-р Тётль (R. М. Tuttle) по этому поводу говорит:

Некоторые могут с легкостью исполнить такую физическую работу, которая убила бы других людей. То же самое относится и до умственной работы. Такой человек как Гладстон исполнял труд, за который другой не решился бы и приняться. Он был одарен высокоорганизованным мозгом, но вместе с тем он обладал хорошо уравновешенными органами животной жизни, необходимыми для порождения той энергии, которую такие мозги превращают в интеллектуальную силу. Чтобы быть в состоянии совершить человеческую работу вполне, нужно быть хорошим животным.

Молодая девушка, о которой идет речь, обладает превосходным интеллектуальным развитием, у нее чудный лоб, но почти полный недостаток затылочной силы.

Семейное горе надломило эту девушку. Пользовавший ее добрый, ласковый аллопат диагностировал Брайтову болезнь почек. Он сказал матери: "Мне сердечно жаль, но я должен сказать Вам, что у мисс* неизлечимая болезнь почек. Вам нужно ее беречь, она должна носить фланель на всем теле и избегать холода и сырости; при тщательном уходе она может прожить долго, но не ожидайте, чтобы она поправилась".

После долгих семейных совещаний решено было привезти ее ко мне.

Гомеопатия вылечила ее месяцев в восемь, она вышла замуж и теперь у нее несколько крепких детей, сама она здорова и в продолжение почти пяти лет в моче не было следов белка. Что ее вылечило? Mercurius vivus. Она принимала это средство по два раза в день несколько месяцев. Я не сразу напал на него, и сначала без пользы испытал два или три других лекарства.

Это моя двадцать шестая причина, почему я гомеопат, одной этой причины было бы вполне достаточно, и пока Бог сохранит мне жизнь, я буду считать своим долгом бороться за гомеопатию изо всех сил: если бы я этого не делал, я страшился бы смерти.

Молодой человек, ужасна ответственность не быть гомеопатом!

Причина двадцать седьмая

Заглазничная невралгия, длившаяся двадцать лет

Этот случай, долженствующий быть моей двадцать седьмой причиной, подпал под мое наблюдение 9-го января 1882 г.; он интересен во многих отношениях. Знатная дама, лет с лишком пятидесяти, поочередно обращалась почти ко всем лучшим лондонским окулистам по поводу этой невралгии глаз, т. е. страшной боли позади глаз, появлявшейся приступами, которые продолжались по целым дням, а иногда до шести недель. В легкой же степени невралгическая боль продолжалась постоянно. Ни один из окулистов не находил структурной ненормальности в ее глазах, и потому они единодушно объявили, что это невралгия пятого нерва. Само собой разумеется, что были употреблены всевозможные тонические, болеутоляющие и альтернативные средства... Окулисты посылали ее к терапевтам, а терапевты к окулистам. Д-р Куин и другие известные врачи-гомеопаты также пользовали ее, но никто не помог. В последние годы она бросила всякое лечение; когда появлялся приступ, она оставалась в затемненной комнате с повязанной головой, оплакивая свою участь. "Мое существование есть пожизненное распятие", — сказала она мне.

Mне следовало упомянуть, что невралгии предшествовал и ее сопровождал грипп. Эти припадки гриппа в заглазничной невралгии средним числом продолжались до шести месяцев в течение года. Барыня эта имела здоровый вид с некоторым излишком тучности и казалась довольно крепкой. Я помог одной из ее подруг, и поэтому она теперь пришла ко мне "в совершенном отчаянии".

Таковы простые факты этого случая, хотя они и могут показаться преувеличенными.

Теперь относительно лекарства. Ресурсы аллопатии были истощены, и к тому же я им не доверяю; гомеопатия — и гомеопатия основательная, так как пользовавшие ее лица знали свое дело — оказалась также безуспешной. Ничегонеделание, в настоящее время столь модное, равным образом пользы никакой не принесло. Я рассуждал так: даме этой, по ее заявлению, была привита оспа раз пять или шесть, и поэтому она быть может страдает хроническим вакцинозом, одним из главных симптомов которого бывает такая головная боль; ввиду этого я прописал тую 30. Она излечила больную. Невралгия исчезала медленно; недель через шесть (14-го февраля 1882 г.) я сделал пометку в своей записной книжке: "Глаза поправились!"

Так как я уже давно не получал известий о своей пациентке, то я написал ей, чтобы узнать, возвращалась ли невралгия по настоящее число (30-го декабря 1882 г.) Ответ ее я присовокуплю.

Само собой разумеется, из того, что туя излечила этот случай невралгии, продолжавшейся около двадцати лет, не следует, что дама эта страдала вакцинозом; бесспорно то, что туя излечила ее, и что я наведен был на это средство предположением о вакцинозе. Больше этого утверждать нельзя. Во всяком случае, наблюдение это должно быть безусловно признано клиническим торжеством туи 30.

В ответ на мой запрос я получил следующую записку 1-го января 1883 г.: "...Мое здоровье гораздо крепче с того времени, как я обратилась к Вам; исключая одну или две попыток возвращения со стороны врага, я нисколько не страдала".

Ко времени отдачи рукописи в типографию дама эта более не страдала заглазничной невралгией. По излечении невралгии она получила от меня несколько лекарств против симптомов расстройства пищеварения.

Причина двадцать восьмая

Хроническая головная боль, длившаяся двадцать лет

Мисс Г., 19 лет, пришла ко мне 12-го марта 1881 г., жалуясь на сильные головные боли, которыми она страдает уже девять лет. Боли были такого рода, как будто задняя часть головы в тисках; иногда боль ощущалась во лбу и была бьющей, точно голова собиралась лопнуть. Она была очень бледна, лоб у нее быть лоснящийся и местами бурый.

Эти приступы головной боли повторялись один или два раза в неделю.

Наклонность к запору, месячные правильные, на левом веке виден старый ячмень; аппетит плох, не любит мяса, печень несколько увеличена; осенью 1880 г. она страдала чирьями. Ноги холодные, прежде у нее бывали ознобления. Уже несколько лет не может ездить в закрытом экипаже, так как у нее появляются тошнота и бледность; кожа становится грубой при ветре; губы трескаются; по временам обморочное состояние.

Назначен графит 30.

Апреля 13-го. Аппетит и расположение духа несколько поправились, в других же отношениях перемены нет. Спросил ее, как долго длятся приступы головной боли; она отвечает, что предпоследний продолжался три недели, а последний — три дня. Над правым глазом красное чувствительное пятно, на лице два или три прыща с белыми головками.

Ей была привита оспа, когда ей было три месяца; ревакцинация произведена на седьмом, и опять на четырнадцатом году. У нее была оспа лет десять тому назад.

Итак, она имела оспу лет около десяти тому назад, и сверх того ей быта привита оспа трижды, в последний раз после натуральной оспы.

Назначена туя ЗХ, четыре драхмы, принимать по пяти капель в воде два раза в день.

Мая 13-го. Гораздо лучше, головная боль появилась только однажды, была очень незначительна и продолжаюсь всего один или два часа, пятно на лбy теперь нечувствительно, обморочного состояния не было. Губы трескаются. Прыщи на лице исчезли и кожа совершенно чиста.

Туя 12, по одной капле на ночь.

Июня 17-го. Вчера захворала болью в желудке с лихорадкой, тошнотой и пóтом. Вслед за тем появились пятнышки, похожие на прыщики, восемь на лице, по одному на большом пальце и запястье, одно на ступне и два на спине — они наполнились материей, продолжались пять дней, пожелтели и исчезли. Мать ее говорит, что симптомы были совершенно такие же, когда она имела оспу. До этого высыпания головных болей не было.

Июля 1-го. Здорова.

Июля 27-го. Головные боли не возвращались.

Февраля 24-го, 1882 г. Головной боли не было, и в других отношениях она здорова. Впоследствии я давал ей другие лекарства от опухоли на веке и маленького нароста на нижней челюсти, но до того времени как прошли головные боли, она не принимала ничего, кроме туи, а следующее лекарство было дано две или три недели спустя.

По прошествии нескольких месяцев девица эта пришла ко мне с матерью, чтобы показаться, как она здорова, и окончательно проститься со мной. Через два года я узнал от матери, что она продолжает пользоваться хорошим здоровьем; следовательно, излечение было полное.

Интересную черту в этом наблюдении представляет странное заболевание, случившееся в начале июня. Я смотрю на него, как на настоящее испытание туи или реакцию всего организма, вызванную ею. Ввиду этого я впоследствии стал часто употреблять тридцатое разведение этого средства, хотя иногда находил, что третье десятичное pазведение действовало успешнее.

Впрочем, это не относится до моего тезиса, так как в данном случае целебным оказалось низкое разведение, а когда низкие разведения излечивают, и притом скоро, хотя не очень приятно, но хорошо, то нет нужды употреблять высшие деления, тем более что и без того приходится достаточно напрягать свою веру.

Причина двадцать девятая

Увеличенные железы. Катар верхушки легких.

Мальчик, 11 лет, поступил под мое попечение 18-го августа 1881 г., жалуясь на кашель, который ухудшался в 7 часов 30 минут вечера; он кашлял также днем и по ночам, хотя кашель его не будил. Он потел страшно, в особенности потела голова; хуже ночью. Над верхней половиной левого легкого слышны влажные трескучие хрипы. Шейные лимфатические железы над верхушкой левого легкого отвердели и ясно прощупываются. Вес мальчика составлял два пуда. Рубцы от прививки оспы находились на левом предплечье, и железы над верхушкой правого легкого не были тверды. Отвердение левых шейных желез (когда вакцинация произведена на левой стороне) составляет общее правило после прививки оспы, в чем всякий может удостовериться, если потрудится освидетельствовать здорового ребенка непосредственно вслед за вакцинацией или во всякое время после нее. Я говорю во всякое время после нее, потому что отвердение это продолжается очень долго, если не будет излечено медицинским искусством.

Rp. Thujae 30 m. ii.
Sacch. lact. q. s. fiat pulv. tales XXIV.

По одному порошку трижды в день.

27-го августа. Kашель прошел, пот продолжается. Не принимать лекарства.

6-го сентября. Самое тщательное освидетельствование груди не обнаруживает ни малейшего хрипа; кашля нет, пот совсем прекратился; сказанных шейных желез нельзя отыскать. Теперь мальчик весит два пуда пять фунтов, т. е. с того времени как он стал принимать тую, вес его увеличился на 5 фунтов.

Отпущен излеченным.

Мальчик этот находился в школе, откуда врач отправил его домой к родителям по случаю его упорного кашля и общих симптомов, возбуждавших опасения. Мне казалось, что это была первая стадия чахотки. Что вес мальчика увеличился тотчас по возвращению домой, конечно, могло и не быть результатом лекарства: домашняя жизнь могла исправить общее питание и даже способствовать удалению катара верхушки легкого, кашля и пота. Но чем объяснить тот факт, что исчезло отвердение шейных желез?

Причина тридцатая

Вы, конечно, заметите, что подразумеваемое мной под вакцинозом не имеет необходимой связи с гомеопатией, потому что туя гомеопатична этим случаям. Позвольте мне в виде тридцатой причины, почему я гомеопат, сообщить Вам другое наблюдение, касающееся туи, а именно:

Угри на лице и на носу и воспаление кожи носа

Девица лет двадцати приехала ко мне с матерью 28-го октября 1882 г. У нее был очень красный прыщеватый нос; не такой, какой бывает у пожилого пьяницы или является следствием диспепсии или затягивания корсетом, а представлявший прыщеватый чешуйчатый дерматит, простиравшийся с носа на щеки, где, впрочем, он более походил на лицевые угри. Носовой дерматит формой своей напоминал седло. Понятно, что такое положение вещей было крайне неприятно и тяжело как для девицы, в других отношениях миловидной, так и для ее родных, и притом оно могло существенно повредить ее будущей перспективе, тем более что оно продолжалось уже шесть лет и не было признаков, чтобы оно собиралось проходить. Она жаловалась также на запор. Головки прыщей на носу и лице наполнялись гноем.

Rp. Thuja occidentalis 30

30-го ноября. Прыщи на лице решительно поправляются. Нос не так красен. Запор не облегчился.

Rр. Thuja occidentalis 100

3-го января 1883 г. Лицо чисто! Ее мать с благодарностью восклицает: "Ей удивительно лучше!" Спрашиваю молодую девушку, который из порошков ей больше помог. Она говорит: "Последний". Кожа на носу нормальна, но запор продолжается, и против него я даю ей средства.

Что туя излечила этот случай — неопровержимо.

предыдущая часть Причины 11—20   Причины 31—40 следующая часть